Любовь приходит в сентябре - Ника Крылатая

Закрыв дверь, девушка просто не поверила, что осталась одна. Почти два месяца продолжалось их странное соседство. Она прошлась по квартире: в ванной осталась одна зубная щетка и только женские банно-ванные принадлежности, в шкафу скромно пару полочек заняли ее вещи, на полу больше не было второго спального места. Теперь даже пижама не нужна – никого она смущать не будет.

Села рисовать на кухне, а утром обнаружила на столе три грязные кружки. Даже не заметила, что столько замарала. Проснулась она сама, резко, будто от толчка. Телефон показывал семь утра – именно в это время у Вадима звонил будильник. Илонка вздохнула. Первое самостоятельное утро выдалось тоскливым. Привыкла собирать завтрак и пить кофе, обсуждая планы на день или просто всякие глупости.

Вадим переехал вчера, то есть в четверг, потому что у нее вечером нет занятий. Так было удобнее, но она бы хотела, чтобы это случилось хотя бы в воскресенье, чтобы провести его не в одиночестве. И пусть день рождения она праздновать не собиралась, даже бы не сказала о нем, а Мельников вряд ли запомнил дату ее рождения, когда в тот раз показала ему паспорт. Просто было бы веселее.

Вадим в новой квартире в тот же вечер разложил вещи по местам. Неожиданный переезд обернулся определенными неудобствами – нет еще ни кровати, ни дивана, даже постельного нет. Но большую часть этих мелких проблемок он решит завтра. Главное, что успел уехать вовремя. С каждым днем все труднее было удержать себя в руках.

Включив ноутбук, поставил первый попавшийся фильм, чтобы тишина в квартире не была настолько давящей. Все же это ненормально – так противоречиво реагировать на девушку. И в который раз попытался убедить себя, что слишком стар нее. Илоне нужно учиться, общаться со сверстниками, ходить с друзьями в клуб, а не проводить вечера дома с таким скучным типом, как он.

Удивительно, но именно рядом с Илоной он снова стал улыбаться и перестал грызть себя за неудачный брак. Как будто не было его и тяжелого развода. Девушка даже не понимала, что все это он делал не только для нее, но и для себя даже в большей степени. Сначала просто хотел помочь, а потом, когда увидел ее на остановке, чуть на месте не прибил тех дебилов.

Наверное, именно в тот момент, когда она выдохнула изумленно-обреченное "Вадим, опять ты", внутри него что-то перевернулось. Сам не ожидал от себя такой выдержки, а ведь в машине, когда она доверчиво прижималась к нему после ссоры с матерью, едва не поцеловал.

– Вадя, Вадя, и когда ты успел стать таким дураком? – спросил сам у себя, но ответа не нашел. – Закрутил бы роман и всё, а у тебя тут чуть ли не шекспировские страсти.

А что лучше всего помогает отвлечься? Работа. Вот в нее Мельников и нырнул с головой, стараясь проводить в новой квартире как можно меньше времени, потому что она была пустой. И виной тому не отсутствие мебели, из которой у него есть только хороший матрас, а одиночество, ставшее в тягость.

На интересного мужчину сыпались знаки внимания разной степени откровенности, но ему было все равно. А ведь каких-то пару месяцев назад он, несмотря на развод, не отказался бы просто перекинуться парой слов. А уж в “добрачный” период своей жизни вообще бы с удовольствием пофлиртовал и не только. Завтракал он теперь на работе, лишь бы не проводить в этой квартире лишней минуты. Не хватало утренних и вечерних разговоров, и что стало совершенно неожиданным открытием – под скрип карандашей и сосредоточенное сопение Илоны даже работалось лучше.

За последние несколько лет это и были самые лучшие, почти семейные вечера. Но как бы все это ему ни нравилось, продолжать играть в “семью” было просто неправильным по отношению к одной хрупкой блондинке с огромными голубыми глазами. Полчаса в такси, пока провожает ее домой – все, что разрешил себе. Но как только Илона сообщит, что у нее появился парень, тут же перестанет ее встречать после курсов. Ему бы очень не понравилось, если бы рядом с его девушкой крутился непонятный взрослый мужик. При мысли о гипотетическом парне неизменно портилось настроение. Но ведь это же не ревность? Просто ему хочется, чтобы у Илоны было все хорошо.

Но пока все хорошо у нее не получалось. Ну почему все не может быть нормально хоть некоторое время? Самое привычное – работа в кафе, было вычеркнуто почти сразу из-за графика. Уборщицей тоже не брали по той причине, что убирать нужно вечером, а вечером она не могла, да и как-то подозрительно относились к молоденькой девчонке, пытающейся устроиться на такую работу. В офис-менеджеры тоже не стремились нанять – образование не то совсем. И вакансии есть, и работать негде!

Илонка злилась и ругалась, в том числе и на Вадима. Как у него все просто было – купил, нашел, организовал. Да, забирает после занятий, но лучше бы вообще не появлялся. Было бы гораздо проще. Пусть найдет себе кралю, а от нее отстанет. Хотя, если признаться честно, он и не приставал. И от этого было еще обиднее.

Первое сильное чувство редко проходит бесследно, а тут оно стало вишенкой, увенчавший весь клубок противоречивых чувств. Илонке нравились мальчики в школе, но кому нужна странная робкая девчонка? Да и теть Маша уши бантиком на затылке завяжет, если ей что-то не понравится. В колледже лучше не стало – парней было мало, и за них были такие битвы, что она тоже предпочитала не выражать своих симпатий. Да и на нее как-то внимания сильно не обращали – короткая стрижка, непонятный цвет волос и в целом образ непойми какой неформалки противоположный пол не привлекали. Самые длинные “отношения” продолжались с коллегой, если можно так сказать, целых три месяца. А потом Илонке была дана отставка, потому что она слишком сложная. Даже на веселой тусовке умудрялась умничать. Девушка не вписывалась в этот круг общения, несмотря на попытки выглядеть как большинство знакомых. Хорошо удавалось только злить мать. Как перейти в другой круг общения, в другую компанию – она не знала. Ужасно отличаться ото всех, а дети и подростки бывают порой более жестоки, чем взрослые.

Общаться же сейчас на курсах было