Братья Карилло. Обретая надежду - Тилли Коул

– А внешность? Как он выглядит? Хочу его себе представить, – продолжила Кэсс.

– Темноволосый, красивый, мускулистый… чертовски близок к совершенству, – прошептала я, понимая, что выдаю свои чувства к Акселю больше, чем намеревалась. – Проще говоря, он самый невероятный и потрясающий из всех, кого я когда-либо знала. Во всех смыслах, не только в физическом плане. Хотя и в этом отношении он просто неописуем.

– Вот черт, Эл! – необычно тихо проговорила Кэсс. – Я и не знала, что ты влюбилась в этого парня, по уши втрескалась. Я думала, это просто секс.

Сердце бешено забилось в груди, сравнявшись по скорости с взмахами крылышек колибри, и я быстро заморгала. Кэсс обняла рукой меня за плечи.

– Тебе и правда нравится этот загадочный парень?

Судорожно вздохнув, я искоса взглянула на Акселя, который крепко сжал горлышко бутылки и, затаив дыхание, ждал моего ответа.

– Он украл мое сердце, – прошептала я. – Оно безнадежно и безвозвратно слилось с его собственным.

– Элли… – Лекси замолчала, и я увидела слезы в ее глазах. – Я и понятия не имела…

В комнате повисла оглушительная тишина. Подняв глаза, я заметила, что все друзья удивленно уставились на меня. Прочистив горло, я нервно поинтересовалась:

– Что вы все на меня так смотрите? Она спросила, а я честно ответила.

Молли, привлекая внимание, подалась вперед.

– Просто прежде я никогда не видела, чтобы ты так привязалась к парню, милая. И наблюдать за этим – настоящее благословение.

Глядя в золотисто-карие глаза лучшей подруги, я произнесла:

– Потому что он – не просто парень. Он – нечто большее. Разряд молнии, которого я ждала всю жизнь. – На губах появилась улыбка и, глядя в пол, я прошептала: – Él es mi corazón.

Я знала, они не поймут, что миг назад я назвала Акселя своим сердцем, и радовалась этому. Потому что произнесенное признание адресовалось лишь самой себе.

Когда я вновь подняла голову, Аксель подался вперед на кресле, упершись локтями в колени. Затем, словно почувствовав мой пристальный взгляд, не в силах справиться с только что услышанным признанием, он молча поднялся на ноги и вышел из комнаты.

Ощутив, словно из легких украли воздух, я допила остатки вина и тоже встала.

– Простите, я на минутку, – проговорила я. – Мне нужно в туалет.

Оставив друзей обдумывать свое признание, я вышла в коридор и заметила, как Аксель, повернув налево, вошел в кухню.

Взглянув на зажатый в руке пустой бокал, я поняла, что, если нас с Акселем застанут, можно использовать его, как предлог. Мне просто захотелось еще вина. Это ведь походило на правду?

Больше не думая об этом, я вошла в огромную кухню и сразу же заметила Акселя. Он склонился над столешницей, упершись в нее руками. Спина его поднималась и опадала в такт глубокому дыханию.

Убедившись, что никто не последовал за мной, я прошла вперед и встала рядом с ним. Почувствовав мое присутствие, Аксель подскочил. Но когда понял, что это я, настороженность на его лице сменилась сильным желанием.

Не отрывая рук от столешницы, он медленно раздевал меня глазами. Я ощутила, как под его жестким взглядом затвердели соски.

– Черт, Элли, – хрипло произнес он низким гортанным голосом, и я заметила под тканью джинсов растущую выпуклость. – Подобным видом ты просто меня убиваешь. Черт возьми, я едва сдержался, чтобы не взять тебя прямо на полу в гостиной.

Услышав его слова, я крепче стиснула бедра, борясь с нахлынувшим желанием. И, отвернувшись, сделала вид, что ищу шкаф. Когда я потянулась наверх под предлогом раздобыть еще вина, то прекрасно сознавала, что ткань блузки поднялась, обнажая живот. Я чуть выгнула спину, и груди подались вперед. Аксель не сводил с меня жесткого взгляда.

Услышав тихий стон, я затаила дыхание. Аксель, будто бы невинно протискиваясь мимо меня, чтобы достать стакан, задел грудью мою спину.

От резкого прикосновения меня пронзила дрожь. Когда его теплое дыхание коснулось шеи, я сумела сдержать стон. Хотя даже подобная малость заставляла желать, чтобы он прижал меня к этой столешнице и трахнул сзади, целуя и покусывая кожу на затылке.

Я прижала ладонь к гранитной поверхности, чтобы устоять на ногах. Почти неслышно он велел:

– Надень эти туфли сегодня вечером, когда мы будем одни. Я хочу, чтобы ты осталась лишь в них, и с такой же прической, как сейчас. И пусть эти каблуки вонзаются мне в спину.

Продолжая притворяться, будто что-то ищу, я неуверенно открыла еще одну дверцу шкафа. Он вытянул руку рядом с моей, опалив прикосновением.

– Ты хочешь быть со мной? – спросила я, зная, что лишь он один сможет меня услышать.

Аксель склонил голову ближе ко мне. И скользнул горячим языком по ушной раковине. Я закрыла глаза, а он прорычал:

– Даже не сомневайся, черт возьми. Прошлой ночью тебя со мной не было, и мне это не понравилось. Я… – Он прочистил горло, и я услышала, как он затаил дыхание. – Я… скучал по тебе, carina…³⁴

Столь откровенное признание, вырвавшееся из его скрытных уст, потрясло меня до глубины души. Обычно молчаливый, он говорил сейчас так искренне и нежно, что на глаза навернулись слезы.

– Аксель…

Я заставила себя сдержаться. Но сердце уже переполнилось чувствами, а в крови разлилось желание, и я сомневалась, что мне это удастся. Аксель не отходил от меня. Он коснулся ладонью живота, блуждая пальцами по обнаженной коже, а потом двинулся вниз, очерчивая контуры моего естества. Отведя губы от уха, он слегка прикусил мне шею.

– Ты говорила серьезно? – прошептал он, и я распахнула глаза.

– О чем именно? – задержав дыхание, спросила я.

– Что я украл твое сердце, – прошептал он. Он так сильно хотел это знать, что в голосе звучало отвращение к самому себе. – И оно безнадежно слилось с моим.

Когда он повторил мною же сказанные абсолютно честные слова, в груди разлилось тепло. Встав позади меня, твердой рукой он обхватил меня за талию и прижал мою задницу к своей твердой промежности.

– Ну, это правда? Мне чертовски нужно знать… – настаивал он.

Я почувствовала, как его сердце быстро билось у меня за спиной и улыбнулась. Он нервничал. Аксель Карилло, обнимающий меня сильными, покрытыми татуировками руками, отчаянно жаждал, чтобы эти слова оказались правдой. Он очень хотел, чтобы кто-то заботился о нем… Ему нужно было ощущать себя… желанным.

– Да, – тихо прошептала я, зная, что, если бы так не боялась, могла бы сказать ему гораздо больше. – Каждое слово правда. Ты полностью поглотил меня, завладел и сделал своей, querido. Toda tuya…³⁵

Хватка Акселя на моей талии граничила с болью. Он все плотнее прижимался бедрами к моей заднице, и мы оба не могли сдержать стонов. Его затвердевший член явно был готов оказаться внутри моего уже влажного лона.