Любовь не по сценарию - Ася Лавринович

Федя вошел на кухню, и его тут же схватила за локоть какая-то девушка. Не отпуская, зашептала что-то на ухо. Федя склонил голову и, слушая ее, заметил нас с Женей. Тогда я обратилась к своему новому знакомому:

– А вы давно дружите с Федей?

– С первого класса.

– Вот как. И всегда он был таким самовлюбленным?

Женя рассмеялся.

– Может, не будем говорить о нем, а поговорим о нас с тобой? – Женя низко наклонялся к уху. А рукой как бы невзначай коснулся моего колена.

Я снова посмотрела на Федю. Теперь он точно не сводил с нас взгляда.

– О нас так о нас, – согласилась я. – Ты не мог бы немного подвинуться? Слишком близко ко мне сидишь.

Женя кисло улыбнулся, но просьбу мою выполнил. Тогда Федя подошел к подоконнику и бесцеремонно уселся между нами. Теперь мы были как кильки в банке, но близкое присутствие Феди не раздражало. Наоборот, было приятно чувствовать его крепкое плечо. Женя хмыкнул и закурил. Мы молча слушали спор незнакомых мне ребят за кухонным столом. Вытяжка монотонно гудела.

– Ты бы не курил при девушке, – сказал Федя, внезапно пихнув Женю локтем под ребра.

– Понял тебя, старик, – снова усмехнулся Женя. Затушил окурок о пепельницу и слез с подоконника. Пошел вразвалочку к той самой девчонке, которая несколько минут назад шептала что-то Феде на ухо.

– Что за повод? – обратилась я к Феде, имея в виду вечеринку.

– Пятница, – ответил парень. – Мы простой рабочий класс, отдыхаем.

Этот его «простой рабочий класс» показался мне издевкой. Тут же вспомнился наш разговор о «камердинере» и «мажордоме». Кем он меня считает? Избалованной кисейной барышней? Хотя, возможно, в чем-то он и прав. Благодаря отчиму и его «бабкам» я ни в чем себе с малых лет не отказывала. Хотя здесь, наверное, стоит сказать спасибо маме, которая раскручивала своего второго мужа на все наши «хотелки».

Я вспомнила, как Федя рассказывал о том, как он не поступил в универ своей мечты. Может, теперь он занимается нелюбимым делом? Или считает, что мне поступление дастся так же легко, как на экономический? Ведь тогда отчим оплатил мою учебу…

– Я сама поступлю, – сказала я.

Федя удивленно посмотрел на меня.

– Я знаю, что поступишь. Я видел твои работы.

Стало приятно. И немного стыдно. Я ведь с чего-то вдруг решила, что Федя на меня злится. Вечно всех во всем подозреваю.

– Поступишь, если отнесешься к этому серьезно, – продолжил парень. – А не так, как я три года назад.

Он первым спрыгнул с подоконника и протянул мне руку.

– Пойдем, кое-что покажу.

Мы вышли из кухни и двинулись по длинному коридору. Я попутно выглядывала Роню с Юлей, но так их и не встретила.

Мы остановились у закрытой белой двери.

– Спальня, – сообщил Федя. – Никого туда не пускаю.

– М-м, – промычала я.

– Будешь сегодня моей первой?

Я на секунду опешила, а затем покраснела.

– Вот дурак, – пихнула я его в плечо.

Федя хрипло рассмеялся и толкнул дверь. Здесь было темно и прохладно. Парень зажег свет, и теперь я с интересом разглядывала уютную комнату с большой кроватью.

– Спальня моих родителей, – пояснил Федя. – В общем, здесь все так… как было всегда.

– Давно они развелись? – спросила я, присаживаясь на край кровати.

– Два года назад.

– Ты расстроился?

Федя усмехнулся.

– Я уже взрослый мальчик. Пережил как-то. К тому же нет худа без добра. Теперь это моя квартира. Мама съехала к новому мужу, а отец отчалил в Москву работать.

– Понятно, – кивнула я. – Ты мне хотел что-то показать.

Федя стоял, привалившись спиной к двери, и долго смотрел на меня.

– Хотел показать тебе свою любовь, – наконец сказал он.

– Боже, перестань! – снова вспыхнула я. – Твои шутки…

– Но я серьезно люблю тебя…

Я лишь открыла рот от изумления.

– …люблю тебя троллить, – закончил Федя с улыбкой.

Я нащупала одну из подушек и запустила в него. Ловко перехватив ее, Федя снова рассмеялся и тоже подошел к кровати. По-хозяйски развалился и открыл ноутбук. На темном пледе я даже не сразу его заметила.

– Раз уж у нас есть точки соприкосновения… – начал Федя. – Вот, посмотри. Это то, над чем я сейчас работаю. Интерфейс для одной крутой игрушки.

Я долго и внимательно изучала рисунки на экране.

– Федя, это круто, – наконец сказала я.

– Спасибо, Агния.

– Нет, серьезно. Я не очень во всем этом разбираюсь, у меня мало геймерского опыта… Но это прямо уровень. Почему ты все-таки не уедешь?

– Не уеду? – не понял Федя.

– Представляешь, сколько ты можешь получать за такую работу в столице? Тем более тебе самому приносит это удовольствие. Чистый кайф! А учеба… Ты можешь отнестись на этот раз ко всему серьезнее и поступить. Тем более у тебя папа живет в Москве! Но конечно, если тебе нравится закатывать тусовки по пятницам и прожигать жизнь…

– Я не могу уехать, Агния, – жестко прервал меня Федя. – У меня есть обязательства. И с отцом я больше не общаюсь.

Стало неловко. Я и сама чувствовала, что задала совсем не тот тон беседе.

– Мне нужно в туалет, – сказала я, поднимаясь с кровати.

В коридоре столкнулась с девчонками. Роня была сама не своя. Пряча расстроенное лицо и слегка покачиваясь, она подошла к разбросанной в прихожей обуви.

– Что случилось? – забеспокоилась я. – Роня, что с тобой? Тебе плохо? Тошнит?

Но Вероника мне не ответила. Будто меня здесь не было.

– Вероника… – позвала я.

Тут между нами вклинилась рассерженная Юля.

– Тебе какое дело?

– Что? – растерялась я. Мне ведь снова начало казаться, что мы хорошо общаемся. Какая обманчивая штука эта дружба. Никогда мне в ней не разобраться.

– Если она из-за Мороза… – шепотом начала я, поглядывая на Роню, которая возилась с замком. – Так я могу…

– Ох, да идите вы обе со своим Морозом к черту! – выпалила вдруг Юля. – Друг друга стоите!

Я искренне не понимала, что могло произойти за то недолгое время, что мы находимся в этой квартире.

– И телефон свой не оставляй где попало, – пихнула мне в руки мой забытый на подоконнике айфон Юля. Затем она вылетела вслед за Роней из квартиры, громко хлопнув дверью. 

* * *

Я так и застыла с телефоном в руках посреди коридора. Взглянула на экран. Отчим уже успел отправить несколько сообщений. Я прочитала лишь последнее: «Сама не понимаешь, какую яму себе роешь. Жду тебя дома. Серьезно поговорим».