Вишневое лето - Карина Бартш

Пять этажей. Ступенька за ступенькой. Я тащилась наверх, проклиная все на свете. Со вчерашнего дня я снова была в Берлине, и у меня было полно дел — мне необходимо было наверстать все, что я пропустила за последние три недели. Но, по мнению Алекс, ее проблема с Себастьяном была намного важнее всех моих проблем. Так что я решила пожертвовать собственным субботним вечером и провести его за просмотром кино. Но только в том случае, если смогу живой добраться до ее квартиры.

Первым делом Алекс, конечно, пригласила звезду вечера — Себастьяна. Но для того, чтобы ситуация не выглядела такой напряженной, в качестве отвлекающего маневра были также приглашены Элиас и я. И зачем я только согласилась? А, ну да, я была готова почти на все, лишь бы Алекс наконец получила свой поцелуй.

Я тащилась наверх, задыхаясь и ощущая, как у меня болят ноги, и с каждой пройденной ступенькой меня все сильнее охватывало чувство неловкости. И я была бы рада списать это чувство на что угодно, но его источником был один-единственный человек. Сейчас, спустя три недели, от одной мысли, что мы увидимся, мне становилось не по себе.

Как обычно, забравшись на пятый этаж, я остановилась перед дверью квартиры, чтобы отдышаться. У меня не было желания выслушивать глупые комментарии о том, в какой я плохой физической форме. А зная Элиаса, я была уверена, что он не сможет от них удержаться. И я не хотела напоминать ему о происшествии в парке, которое случилось два с половиной месяца назад.

С третьей попытки я все же сумела заставить себя позвонить в дверь. Но мое чувство неловкости только усилилось. Как он меня встретит? Что изменилось в наших отношениях, пока мы не виделись? Почему он мне больше не звонил?

Я предпочла бы развернуться и отправиться домой, но дверь открылась раньше, чем я успела решиться сбежать. В дверном проеме стоял Элиас, который не выглядел удивленным, он улыбался как обычно. Смерив меня взглядом, он оперся на приоткрытую дверь и сказал:

— Ты как всегда неотразима…

Нет, совершенно ничего не изменилось. Когда я это поняла, то, закатив глаза, ответила:

— А я-то, дура, надеялась, что ты перестанешь.

— Перестану? Что ты такое говоришь, зайка?! — Элиас многозначительно улыбнулся. — Я точно знаю, когда не стоит действовать тебе на нервы.

Я подняла брови. Так вот почему он не беспокоил меня, пока я была у родителей.

— Ты знаешь, когда не стоит действовать мне на нервы? Это что-то новенькое.

— Ты многого обо мне не знаешь. — Элиас так многозначительно ухмыльнулся, что я ему вполне поверила, но главный вопрос в том, хотела ли я это знать.

Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, пока из квартиры не донесся голос Алекс:

— Элиас, хватит флиртовать с Эмили, впусти ее в квартиру!

— Ты слышал? — сказала я, обрадовавшись тому, что нас прервали, и зашла в квартиру. Я проигнорировала тяжелый вздох у себя за спиной и вошла в гостиную, где меня ждали главные действующие лица сегодняшнего вечера. Я поздоровалась и засунула руки в задние карманы джинсов. Алекс сидела с ногами на диване и ела хрустящую соломку. Себастьян помахал мне. Он сидел рядом с Алекс, но между ними все же оставалось расстояние.

Алекс велела мне наблюдать за Себастьяном во все глаза, чтобы можно было заметить все детали и понять, не обманывает ли она себя напрасными надеждами. Поэтому я сразу обратила внимание на расстояние между ними. Но, понаблюдав за ними, я пришла к выводу, что это расстояние не обязательно что-то значит. Может быть, он страдал от панического страха перед хрустящей соломкой.

— Я слышал о том, что произошло с твоими родителями, — сказал Себастьян. — Мне очень жаль, надеюсь, что они скоро поправятся.

— Спасибо, — ответила я. — Да, они уже ведут себя как до аварии, причем они стали так себя вести намного раньше, чем мне бы хотелось.

— Похоже, прогноз положительный, — усмехнулся Себастьян.

Я посмотрела на подошедшего Элиаса.

— Что будешь пить, золотце?

Золотце, зайка… Как мне надоели эти дурацкие прозвища! Я так надеялась, что он наиграется и однажды прекратит ко мне приставать, если я буду его игнорировать. Но пока эта тактика не принесла результатов. Я пожала плечами.

— Мне все равно.

— Вина? — не отставал Элиас.

Немного подумав, я кивнула.

— Но, только если у тебя есть десертное.

Любое другое казалось мне слишком кислым.

— Десертное? — переспросил он. — Надо посмотреть, я ничего не могу обещать.

— Ничего страшного, вода тоже подойдет, — перебила я Элиаса, пока он не успел направиться к холодильнику.

Я снова посмотрела на большой черный диван. Алекс сидела слева, рядом с Себастьяном, значит, мне обязательно придется сесть рядом с Элиасом. Я застонала, потому что отлично помнила, чем закончился прошлый раз, когда мы с ним сидели рядом на этом диване. Я прикинула, не попросить ли Алекс подвинуться, но решила, что это плохая идея. Если ей придется сидеть между мной и Элиасом, это никак не поможет ее отношениям. Осталось только выяснить, что может помочь мне самой.