Одно небо над нами - Марта Заозерная

тот день, он похоже понял – это последний. Точно конец. На кухне случилось, взял нож и в спину сестре вогнал. Испугался, правда, тут же. Мне позвонил и скорую вызвал. Благо всё обошлось, – Дина голову закидывает, часто моргает. – Почти месяц она в больнице провела, Агата с нами была, ей тогда двух ещё не было. Сидел козлина недолго, Лена слишком гуманная. Поплакал – ей его жаль стало. Засадить на полжизни можно было, мы с Андреем договорились, – смотрит на мужа, который сидит напряженным. – Он её доставать продолжал. Лена сначала с Агаткой к маме на несколько лет уезжала, квартиру продала и вернулась уже в другую. Последние лет десять он не объявлялся, насколько я знаю.

Слышу, как в моих висках кровь стучит, закипая. Лечу и проваливаюсь неизвестно куда. Я тут ещё не был. Тоска и отчаяние захлестывают. Нахрен никому не нужные принципы не мне одному жизнь испортили.

Мама всхлипывает.

– Дина, Дина, болтуха ты моя любимая, – в зале появляется Лена. Выглядит как всегда изумительно, но впервые в жизни удовольствия увиденное мне не доставляет. Думаю о том, сколько преодоления во всем этом. – Всем добрый вечер, – Лена подходит к сестре, наклоняется, в щеку целует. – А если бы не я, а Агата зашла? Думай немножко. Дочка не знает, – поясняет для нас. – Надеюсь, никто из присутствующих ей не расскажет. Ей не к чему это узнавать, тем более сейчас.

Всё, что дальше происходит, проходит мимо меня. Момент жесткого переосмысления.

Активных действий я не предпринимал. Пи*ц как трудно принять, что ты впустую потратил уйму времени. Поэтому просто общался с ней, получая от этого удовольствие и думая о том, что так было надо, что ничего бы у нас всё равно не вышло.

Образ мыслей, убеждения – всё полной чушью оказалось. Был у неё кто-то и что? Так, болт, имеющий мужские первичные половые признаки. Не более того. Благородство моё оказалось мнимым.

На празднике присутствует немного народа. К нам, вышеупомянутым, присоединяются Агата со Степаном, Вера со своим мужем, несколько коллег именинницы и ещё одна подруга с мужем и дочерью, весьма колоритные люди: женщина с девушкой славянской внешности, супруг – местный цыганский барон. Если не знать, то так и не скажешь, что день рождения празднуем. На то и расчет.

Уверен, со стороны я выгляжу странно, но весь вечер, как уже повелось, смотрю на Лену, стараясь унять нарастающее желание уехать с ней отсюда поскорее. Она делает вид, что не замечает.

Фоном слушаю рассказ девчушки о том, что в школе с ней дружить никто не хотел, из-за косоглазия и лишнего веса, и только Агата мужественно и упрямо вступалась за неё раз за разом. Так девочки подружились, затем и их матери. Лена помогла найти работу подруге, оплатила операцию девочке ко коррекции глаз, а затем и с мужчиной познакомила, чисто случайно. Девчонка с таким восторгом рассказывает, что я в очередной раз проникаюсь.

Что я там за образ говорил выдуманный? Оригинал явно получше будет.

В какой-то момент Лена дергается, оборачивается ко входу. В паре метров от дверей в заведение стоит мужчина с букетом цветов. Рожа немного знакомая.

– Могла бы и сама пригласить, – произносит он с укоризной. – Приходится от третьих лиц всё узнавать, – смотрит на Агату. Тоже мне, сваха малолетняя. – Иди, обниму тебя что ли.

Хмырь тянет ручонки свои к Лене, обхватывает цепко и к себе прижимает. Действо в крайней степени меня раздражает. И до этого на взводе сидел, всё бесило. Сам себя раздражал. Но этот досаждает поболе.

В одиннадцатом часу отвожу родителей в их городскую квартиру. Затем – злой, как сатана, у которого в преисподней все котлы потушили, —направляюсь к себе. Дороги пустые, народец всё ещё после нового года в себя приходит, но домой добраться быстро не получается. Кружу по району. Стараюсь хоть немного успокоиться, но куда там. Столько лет убеждал себя, что так всем во благо. Фантазии в моей голове и не боле.

Когда Вера нас познакомила впервые, равнодушие Лены меня порядком так остудило. А сейчас снова, как пацан малолетний. Захожусь в тахикардии от одной только мысли.

Достаю телефон и набираю Стёпе сообщение, прошу сбросить адрес её. Племянник в ответ присылает, без лишних вопросов.

Через пятнадцать минут в лифте уже поднимаюсь на нужный этаж. Не дай Бог дверь «Олежа» откроет… Но нет.

Не спросив кто, Лена, в шелковой пижаме со штанами, дверь распахивает. Глаза её при виде меня шире становятся, казалось бы, куда уж. Кого-то другого ждала?

– Лучше молчи, – произношу хрипло, шагая в квартиру и Лену во внутрь проталкивая.

Глава 38

Елена

Лежу у Лёши на груди и безрезультативно стараюсь глаза разодрать. Слипаются. Хорошо, что успела умыться. Мысли, как козы, через забор в голове моей скачут, но я легкость такую испытываю, что до них нет дела.

– Никто не стучит? – уточняю, потому что сама всё ещё туго соображаю. А ещё в ушах противненько так постукивает.

– А ты ждешь кого-то? – судя по интонации, ему мой вопрос не понравился.

– Вообще-то да. Будешь смеяться, но я жду сантехника, – давлю в себе смешок. Вроде бы выпила всего ничего, пару бокалов вина. Обычно нас с Верой разносит на «посмеяться» немного попозже.

– Можешь продолжать. Я тебя слушаю, – даёт мне свое царское разрешение.

– А так не понятно? Зачем ночью он может быть нужен? Течь в трубах.

Лёша ворчит, что у некоторых чувство юмора совсем не смешное. Глаза мои так и закрыты, но я знаю – он улыбается.

– В квартире две ванные комнаты, пользуюсь я только своей, – были бы силы, указала на дверь, ведущую из моей спальни. – Но приехав, решила зайти во вторую, а там лужа на полу. Соседей навряд ли такой затопить можно, но неприятно. Я позвонила, обещали приехать.

– В старый новый год, ты серьёзно? Да