Развод. После… - Дарья Белова

– Да, Оскар.

– Я не люблю все связанное с тайнами, склоками и сплетнями. А то, что происходило и вилось вокруг тебя, не что иное, как завистливые сплетни.

Вспоминаю первые принтскрины переписки Ксении с редактором желтой газеты, в которую она обратилась. В ее просьбе было столько желчи, горло покрывается горечью после прочтения. До сих пор не могу смыть с себя этот злостный и противный вкус.

Сестра Макса посылала разные заметки, еще когда мы с Оскаром были вместе. Писала о разном: мой образ, мои будни, косяки в моей работе. Просто плевала в мою жизнь, а я даже и не замечала.

Подозреваю, равнодушие и неведение задевало ее еще больше. И Кречетова подсунула информацию о моей беременности. Пока не знаю, как Ксения узнала о ней. Но думаю, это простое совпадение. Она рассчитывала на мегасенсацию. Учитывая, что она в курсе моих отношений с ее братом за спиной Брандта, это могло было встревожить всех нас и вывести на чистую воду.

Меня задеть должно было сильнее всех.

– Но после случившегося…

– Я просто поступил, как правильно, Оля. Я не знал про статью о… беременности, ничего не знал. Сейчас у меня нет времени смотреть светские издания, а тем более те, что с желтым отливом.

– Как тогда получилось, что за пару дней ты все раскрыл?

Мне удается смутить Брандта. Невиданно. Оскар даже взгляд увел в сторону, чтобы только не смотреть на меня.

– Сплетнями очень быстро обрастает офис. А мой слух все еще настроен на твое имя, Оля.

Коротко киваю, но меня лихорадит по-крупному.

Господи, я никогда не ненавидела Ксению так, как сейчас. Еще узнаю, зачем ей все это понадобилось, но пока и думать не могу о том, чтобы встретиться с ней.

Разорву же на мелкие кусочки.

– Кречетова останется работать на тебя?

– Как специалист она неплохой, – выпив бокал воды и тихо его поставив, отвечает.

Брандт взял себя в руки и передо мной снова холодный и неприступный мужчина.

Взглядом фиксирую, как мои пальцы подрагивают. Волнение от встречи никуда не делось, я все еще сижу как на иголках и мечтаю уже уйти отсюда. Оскар видит мое состояние, чувствует.

– Надеюсь, она получит по заслугам, – шепчу.

– Все мы рано или поздно получаем по заслугам.

Голос, который врывается в голову через ушную раковину и барабанные перепонки, и звучит эхом в черепе. Этот голос теперь клещами не вытянуть оттуда. А слова Оскара застряли навечно.

– Думаю, это наша последняя встреча, Оля.

Киваю.

Непонятно накатывает грусть. Как с частью жизни прощаюсь. Странной мне, чуждой, но… вроде как моей.

– У тебя на руках материал, с которым ты можешь пойти в органы и заявить на Ксению. Но решать тебе. Пока, Ольга.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Бранд аккуратно поднимается со стула, откладывает салфетку и просто уходит. Я смотрю на его широкую спину и отчетливо понимаю – это и впрямь наша последняя встреча.

Выдыхаю шумно и подзываю официанта. Брандт кроме воды ничего не просил, а я хочу оплатить свой кофе.

– Счет, будьте добры.

– Мужчина все оплатил, – официант мило улыбается, а я вновь чувствую себя предательницей.

Даже в такой мелочи Оскар не изменил себе.

Из ресторана выхожу какой-то побитой. Впрочем, это мое состояние последних дней. Я выяснила все, что хотела, поблагодарила Брандта, попрощалась и с ним, и со своей прошлой жизнью. Практически расставила все точки.

А внутри черные пустоты как дыры в космосе.

Машину Макса вижу на противоположной стороне. Не выдержал, приехал. Хорошо, что не помешал. Я уже знаю, чем закончилась их встреча в больнице, у меня под дверью.

Привязанные гири к щиколоткам превращаются в воздушные шары, когда замечаю Кречетова, выходящим из машины. Насупленный, обиженный.

Сердце исходится в нервных метаниях, когда он улыбается краешком губ. Через силу, знаю. И не представляю, что муж чувствовал, пока я была в ресторане. Макс ведь даже не знал, что я проговорила с Оскаром всего пятнадцать минут.

– Я начал думать, что ты решила сбежать, – сквозь натянутую улыбку говорит.

– Ты же знаешь, что уже без шансов на побег, – отвечаю в губы.

– А я кое-что придумал. Для нас.

Его глаза как подожженные фитили свечей. Светят, греют и чуть обжигают.

– Разрешите пригласить вас на свидание, Ольга Кречетова.

глава 36

Оля.

В машине Макс не говорит, куда нас везет. Но выглядит несколько напряженным. То и дело посматривает на меня. За секунду, кажется, считывает мое состояние. И думает о чем-то, думает.

– Может, поделишься планами? – на выдохе произношу.

Часть вопросов закрыта. Я теперь знаю, кто стоял за всеми сливами и статьями. Осталось только понять, что мы ждем друг от друга.

Готовы ли идти дальше и пробовать снова?

– У меня много планов, – размыто отвечает.

Перевожу взгляд на его руки, которые плотно сжимают ободок руля. Тот скрипит от его силы трения.

И… улыбаюсь. Первый раз за последние дни я искренне улыбаюсь.

– Ну, для начала, куда мы едем. Ты сказал свидание?

– Именно.

И снова молчит.

Намеренно ничего не говорит.

Вспоминаю, как раньше меня раздражало его молчание. Ведь хотелось все знать и контролировать. Дурная привычка, возможно, связанная с работой. Нужно было постоянно держать руку на пульсе.

А с Максом так нельзя.

И сейчас стараюсь расслабиться, пробую довериться. Откидываюсь на спинку кресла, прикрываю глаза. Рука рефлекторно ложится на область живота.

– Я помню, что ты не совсем любишь сюрпризы, – спустя несколько светофоров говорит.

– Но ради тебя я к ним готова, – уверенно сообщаю и поворачиваю