Приручить и обезвредить - Витта Лин

– Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Лёша аккуратно поднимает фату, целует и, придерживая спину, резко опускает меня назад. И уже в этот момент я знаю, что фотография этого долгожданного поцелуя будет висеть в нашей спальне долгие годы.

Всё празднование мы раззадориваем друг друга касаниями. Во время нашего первого танца мне хотелось, чтобы все гости исчезли и Лёша начал покрывать моё тело поцелуями прямо там. Ужин протекал в тёплой атмосфере. Даже мама приятно удивила, не устроив ни одной неприятной сцены. Может, конечно, стоит за это благодарить отца. Ближе к ночи гости стали разъезжаться, я меня охватило волнующее возбуждение. Я наспех попрощалась с последним уезжающим и, пока Лёша закрывал ворота, убежала, чтобы сменить платье и встретить его во всеоружии. Надеюсь, этот сюрприз ему понравится.

Глава 37. 18+ Сдержанное обещание.

Алексей

Захожу в дом, Марта куда-то делась, пока я прощался с Кириллом.

– Жена, ты где? Настало наше время! – испытываю особое удовольствие от того, что теперь могу так её называть.

Вижу полоску света из-под двери ванной. Стучу по ней костяшками пальцев.

– Марта? Всё хорошо?

– Да-да, иди в спальню и жди меня там. Я буду через минуту!

Меня интригует её поведение. Что она там делает? Сажусь на край кровати в ожидании новоиспечённой Беркушевой. Она не заставляет себя долго ждать. Поднимаю голову, как только слышу цоканье каблуков. Марта появляется в дверном проёме, а у меня сердце останавливается, зато кое-что другое, наоборот, оживает. Она в новом платье плавно движется в мою сторону с кошачьей грацией. Сейчас её шея и плечи открыты. Грудь прикрыта, облегающей как вторая кожа, тканью. Замечаю заострившиеся соски. Марта останавливается напротив меня и ставит ногу на моё колено. Отчего подол распадается на две части, полностью открывая ножку в чулке. Я рефлекторно кладу руку на её ногу, наклоняюсь и целую колено.

– Поможешь снять туфельки?

– Чертовка, я сниму с тебя всё! – рычу, сдерживая себя из последних сил.

Снимаю с неё туфлю и опускаю на пол, Марта ставит вторую обутую ножку мне на колено.

Чёрт возьми, в белом платье, источая похоть и уверенность, она выглядит как самая невинная и самая порочная одновременно. Снимаю вторую туфельку, и опускаю её ногу на пол. Я встаю, не отводя взгляда от её глаз, снимаю пиджак и расстёгиваю рубашку. Взгляд Марты опускается сначала мне на грудь, которая высоко поднимается от каждого вдоха предвкушения. А затем смотрит ниже, и уперевшись взглядом в мой возбуждённый пах, закусывает губу. Не выдерживаю томительного ожидания. Подхватываю Марту за талию и кладу на кровать. Снимаю брюки вместе с боксерами. Развожу её ноги и встаю между ними на колени.

– Малышка, ты так прекрасна. И я больше не могу ждать. Хочу тебя безумно!

Я провожу рукой по твёрдому члену. Марта буквально пару секунд следит за моей рукой. А потом садится на кровати и, смотря мне в глаза, ведёт своим языком по моей мошонке. Я убираю руку и кладу ей на голову, зарываясь в волосах. Её язычок скользит выше, от этого касания член дёргается, а из головки выделяется прозрачная смазка. Марта слизывает каплю и охватывает губами головку, дразнит языком уздечку. После месяца воздержания – удовольствие на грани боли становится по истине мукой.

– Марта, нет, всё! Чёрт… шшш.... слишком хорошо. Остановись!

Она выпускает член изо рта и с довольной улыбкой облизывает губы. Я толкаю её на постель, впиваюсь в её губы поцелуем. Мне всё равно на собственный вкус, кайфую от того, что могу вообще её целовать без цензуры после вечера сдержанных улыбок и невинных касаний. Опускаю руку, провожу по её ноге до края чулок, веду по внутренней стороне бедра, нащупываю полоску трусиков. Сдвигаю в сторону и проникаю сразу двумя пальцами в абсолютно мокрую дырочку. Марта со стоном выгибает спину, сильнее насаживаясь на мою руку. Сгибаю пальцы и делаю несколько движений вперёд-назад. Моя девочка впивается пальцами в мою руку. Чувствую, как она начинает устремляться к оргазму. Вынимаю пальцы до того, как её накроет. Марта распахивает глаза, зрачки почти закрыли радужку.

– Ты почему остановился?

Я улыбаюсь, глядя ей в глаза, облизываю пальцы, которые только что были в ней. А затем одним движением разрываю её трусики, откидываю остатки в сторону. Ложусь на неё, прижимаю головку к её входу и шепчу на ухо:

– Сегодня ты будешь много раз кончать, не волнуйся. Но только от моего члена. Он соскучился по тебе.

Я толкаюсь в неё и, прижавшись лбом к её лбу, закрываю глаза от удовольствия. Наши губы сталкиваются в жарком поцелуе, я совершаю несколько медленных движений бёдрами. Она так крепко обхватывает член своими стенками, что кажется я просто сойду с ума. Марта обнимает меня ножками, затянутыми в чулки, подталкивая к себе. А её руки ласкают мои плечи и грудь, зарываются в волосы. Она в таком же нетерпении, как и я.

– Быстрее, пожалуйста.

– Как скажешь, жена.

Я опираюсь на локти по бокам от её головы, целую и начинаю ускоряться до тех пор, пока среди шлепков и громкого дыхания, не появляется её полустон-полукрик.

– Девочка моя....

Марта стискивает грудь прямо через ткань платья. Я поднимаюсь на руках, упираюсь ладонями. Выхожу из неё почти полностью. Смотрю вниз, в место, где её нижние губки обхватывают меня. До чего красиво! И полностью вхожу в неё со шлепком. Проделываю так несколько раз. Кошечка моя выгибается, цепляется за простыню своими коготками. Замираю на секунду, беру подушку, подсовываю ей под попу и возвращаюсь в прежний темп. Мне нравится наблюдать, как я тону в её смазке. Веду рукой вдоль её тела вверх, сжимаю грудь, поднимаюсь выше. Чувствую, как поджимаются яйца, скоро сам кончу, но хочу, чтобы сначала она меня сжала в оргазме. Кладу одну руку ей на шею, а вторую на клитор. Марта закрывает глаза и прикусывает губу.

– Не сдерживайся, покричи, давай. Марта, давай, хочу услышать.

Делаю глубокие фрикции, и, наконец, девочка не выдерживает, по её телу пробегает дрожь, и она начинает ритмично меня сжимать. Надавливаю на клитор. Марта пытается вывернуться, но я удерживаю её, продлевая ощущения.

– Не могу больше, не могу.... Хорошо… слишком....

Вдоль позвоночника бежит волна мурашек, чувствую, что я тоже уже на грани, выхожу из малышки. Тяжело