Обитель Синей Бороды - Вера Колочкова

А день-то наклевывается – замечательный. Как всегда после дождя. Небо промытое, ни одного облачка, и запах от земли, от травы такой свежий, вкусный. И птицы звонко поют… И ветер лицо оглаживает, прикасается нежно. Солнце греет…

– Ваш кофе.

Соня вздрогнула, открыла глаза. Как неслышно подкралась.

– Тина… А вы не знаете, где Наталья живет, вторая жена Марка? – спросила она вдруг ни с того ни с сего первое, что пришло в голову.

Тина поджала губы скобочкой. Испуганно взглянула на Соню. Потом еще раз глянула, уже более осмысленно.

– Нет. Не знаю. А вам зачем?

– Да так… Надо.

– Так вы у Марка Анатольевича спросите, если надо. А меня избавьте от подобных вопросов, пожалуйста. Мое дело – завтрак-обед приготовить да чистоту в доме блюсти. А остальное меня не касается – сами ж понимаете, наверное. Да, кстати, совсем забыла. Марк Анатольевич велел вам ключи отдать!

– Какие ключи?

– От машины.

– От кабриолета, что ли?

– Ну да. От красной машины. Она там, у ворот, на стоянке стоит. Он сам ее утром из гаража выгнал. А ключи, стало быть, вам велел отдать. Вот… – Она выложила на столешницу красивый красный брелок с ключами.

– М-м-м… Спасибо. Кофе у вас получается замечательный, Тина.

– Да пожалуйста, на здоровье… Я рада, что вам нравится.

Как-то немного уныло она последнюю фразу произнесла, подумала Соня. Должного эффекта не дождалась, что ли? Думала, гостья увидит ключи от машины, подпрыгнет и завизжит от счастья? Да не дождешься, не завизжит гостья. Не даст тебе лишний повод для скрытого презрения.

Она глянула на домоправительницу со спокойным вызовом – ну, чего над душой стоишь? Поблагодарили тебя вежливо – и иди себе дальше. Та чуть подалась вперед, словно собиралась что-то еще сказать, да передумала, видно. Вздохнула, взяла поднос со стола, деловито зашагала прочь.

Ну и ладно. Ступай себе. Не захотела сказать адреса, и не надо. В здешнем околотке болтливых теток и без тебя полно. Вот Майя, например, пьяница-бизнесменка. Уж она-то наверняка все выложит…

Допив кофе, Соня сунула в карман джинсов ключи, спустилась с крыльца, не спеша пошла к воротам. Подумалось вдруг с удивлением – откуда, из какого дальнего уголка сознания вдруг вопрос выскочил – про Наталью… Вроде и близко в больной голове не было. Но раз выскочил вопрос, ответ на него должен быть найден. Значит, так надо. И вообще ничего не бывает зря. Кинуло тебе подсознание клубок под ноги – иди за ним, не раздумывай.

На кабриолете, что ли, до Майиной усадьбы проехаться? Вот они, ключи в кармане. Почему бы и нет? Правда, давно уже за руль не садилась… А раньше, бывало…

И всплыло вдруг в голове – яркой картинкой. Тот день, когда они с Олегом купили ее, подружку, старенькую «японку» «Тойоту Короллу»… Денег назанимали везде, где можно было. Олег только-только права получил, ездил из рук вон плохо, но изо всех сил старался изобразить бывалого водителя. Взялся ее учить… О, какой это был заговор для двоих, какое переплетение раздражения с любовной страстью! Выруливали ночами по дворам, вокруг помоек, и он покрикивал на нее со знанием дела, психовал, ругал последними словами… А потом вдруг набрасывался, целовал жадно. Так целовал, что невмочь было до комфортных постельных условий добежать… Да, много их бедная «японка» перевидала. Может, потому она и водить научилась довольно сносно. Когда права получала, инструктор похвалил – у вас, говорит, врожденный талант к вождению… Если бы он знал, откуда этот талант взялся! Из каких любовных страстей вырос!

Жаль, потом не пригодились полученные права. Забеременела, и Олег больше за руль не пустил. Боялся, что нервничать начнет, навредит ребенку… Так и пылятся ее права теперь где-то в бумагах. И за руль старой «японки» она больше не садилась. Сбежала «японка» из дома вместе с Олегом…

Ну, да чего уж теперь вспоминать. Было и прошло, в прошлое кануло. А красный кабриолет – вон он стоит, красавчик! Садись, езжай не хочу! Правда, без прав страшновато как-то… Но ничего, судьба не выдаст, свинья не съест. Тем более тут два шага – пятый дом налево. Проедемся!

На сей раз калитка в усадьбу была закрыта. Соня нажала на кнопку звонка, вглядываясь вглубь через прутья решетки. Тишина… Наверное, дома нет. Хотя идет кто-то по дорожке… Женщина. На Майю совсем не похожа. Щупленькая, семенит ножками, явно торопится.

– Вам кого, девушка?

Лицо простецкое, глаза любопытные, улыбка чересчур вежливая. Домработница, наверное.

– Скажите, а Майя дома?

– Нет, к сожалению… Майя Михална в отъезде нынче. Будет только дня через три. А вы чего хотели-то? Скажите, я передам…

– Да мне, собственно… Майя обещала мне в одном деле помочь. Я разыскиваю Наталью, бывшую жену Марка Оленина… У него усадьба вон там, через пять домов.

– Да знаю, знаю. Кто ж его здесь не знает. Я у Майи Михалны-то уж пятнадцать лет как служу, про всех в этом околотке подноготную знаю. Кто на ком женат, кто с кем развелся, все знаю. И про оленинских жен тоже наслышана, а как же. Нет, лично, конечно, я с ними не знакома…

– А про Наталью, его вторую жену, что-нибудь знаете? Где она живет?

– Так там и живет, где жила… На Трубниковской. Ей Оленин там квартиру купил, когда разводился. Ох, как тут все тогда возмущались! Это ж надо!..

– А где это, на Трубниковской?

– Да в старой части города, за стадионом! Там старые дома снесли, а вместо них новостройки затеяли… Хорошие такие новостройки, квартиры большие, с лоджиями… У меня там дочка с зятем квартиру купили. В одном доме, стало быть, с Натальей-то. Даже в одном подъезде. У дочки с зятем квартира на втором этаже, а у нее – на первом. Я еще удивлялась – чего она на первый-то этаж согласилась?.. Надо было выше брать! Оно понятно, конечно, что подороже… Моим-то как раз подешевле надо было, а Наталья-то могла бы и… Раз такое дело… Да, моим подешевле хотелось, и дом такой хороший, главное…

Ох какая словоохотливая, вся в хозяйку, подумала Соня. Не остановишь, не переслушаешь, несет и несет словоблудием.

– А номер? Номер дома какой? – спросила она наконец.

– А? А, номер… – моргнула женщина белесыми ресницами, неловко проглотив остаток фразы. – Так пятнадцатый, какой же еще?.. А квартира у нее… Сейчас, погодите, соображу… Восьмая, кажется. Ну да, восьмая. От лифта сразу налево. А у моих…

– Спасибо… Спасибо вам. Вы мне очень помогли. Всего доброго…

Соня сделала спасительный шаг назад, улыбаясь и кивая головой, как китайский болванчик. Но женщина вдруг сделала испуганное лицо, затрепетала сухими ладошками, как крылышками:

– Ой, погодите, погодите… Что ж это я! Если вы сейчас на Трубниковскую поедете, Наталью-то все равно дома не застанете… Дочка мне аккурат неделю назад рассказывала, что она в Каменку подалась, к родителям. Да и то, сами посудите – тяжело ей дома-то… Как сынок-то у ней помер, так она и затосковала, и с лица спала, и с фигуры… Все сидела в четырех стенах, горе свое горевала. Алешенька-то у нее был чистый ангел, хоть и это… Ну… больной, в общем. Вроде как ненормальный. Но добры-ый… Помер вот, царствие ему небесное…