Окрыляющая - Анастасия Никитина

— Отчего же?

— Да я прибью Розье на второй день, и на том всё закончится! Вот отчего!

— Тоже решение проблемы, хоть и не самое лучшее, — флегматично заметил Энрико.

— О-м-м… — я схватилась за голову и принялась массировать виски. — Хорошо. Предположим, я соглашусь. Что это даст?

— Вы друг друга терпеть не можете. Но Розье об этом не помнит. Или делает вид, что не помнит. Либо он выдаст себя неосторожным словом, и тогда ты с полным правом укажешь ему на дверь. Либо убедишься, что он сказал правду. Но тогда можно надеяться, что смена обстановки поможет ему всё вспомнить. Сидя взаперти, он вряд ли это сделает.

— Да… Лекарь тоже что-то такое говорил про новые впечатления, — проворчала я.

— Вот видишь. Всё отлично складывается.

— Ну да… Отлично. Это же не тебе придётся таскать за собой шлейф в виде дракона, — буркнула я, взвешивая все «за» и «против».

Энрико был прав. Пока существовала вероятность, что дракон не врёт, я не могла вышвырнуть его из замка. Слишком свежи еще были воспоминания о том, как я сама, переместившись сюда с Земли, оказалась непонятно где, не зная, кто враг, а кто друг, и ежеминутно ожидала удара в спину.

Кроме того, я помнила некогда подслушанный в гостинице разговор. И пусть слышала я далеко не всё, да и уверенности, что речь шла именно о Розье, у меня не было. Но слишком уж походил план тех заговорщиков на то, что происходило сейчас вокруг меня. А становиться чьим-то послушным орудием я не желала ни в коем случае.

— Ну, хорошо, — сказала я наконец. — Как ты себе это представляешь? Слухи о связи баронессы Бельфор с драконом мне тоже не нужны.

— А кто знает, что у тебя гостит именно Розье?

— Хм-м-м… Не знаю. Но сейчас узнаю, — я потянула за шнурок звонка. — Леону позови.

Женщина явилась только через полчаса, когда я уже успела изломать всё перья и чуть не принялась грызть ногти: отвратительная привычка, от которой я ещё в детстве избавилась.

— Где тебя носит?!

— С местной повитухой разговаривала, ваша светлость, — поклонилась она. — У неё сестра на юге. Вы же велели собрать сведения о ваших вассалах.

— А, ну да, — кивнула я. — Потом расскажешь. А пока скажи-ка мне, кто знает, что за гость у нас на третьем этаже?

— Да, почитай, все знают, — развела руками Леона. — Вы молчать не приказывали.

— А что именно знают?

— М-м-м… Знают, что ездили вы в Горелую деревню разбойников залётных гонять. Да обратно привезли болезного из вашего сословия. Лекарь раны его исцелил, да с головкой у него того… Плохо совсем. Дурачком стал, бедняга.

— Дурачком, говоришь? — невольно усмехнулась я. — А как зовут этого дурачка, знают?

— Я-то знаю. А девки, что за ним ходили, навряд ли. Откуда ж им знать, коли он сам своего имени не помнит. Может, лакеи, что с вами тогда к нему ходили, и знают. Вы ж его сами по имени называли. А может, и не запомнили. На кой им имя господской забавы? Обиходят, и дело с концом. А надо, чтоб знали?

— Вот этого как раз и не надо, — качнула головой я.

— Вона как… — протянула Леона. — Это можно…

— Как?

— А молва людская поможет. Один одно скажет, другой другое, третий недослышит да по — своему передаст. До пятого такое дойдёт, что дракон лапы сломит.

— Вот это хорошо, что лапы сломит. Жаль, не шею.

— А надо, чтоб шею? — заинтересовалась женщина.

— Нет. Не надо, — спохватилась я. — Надо, чтобы сам чёрт не разобрался, кто у меня тут гостит, и гостит ли вообще.

— Ну да. Может, то не гость, а какой сродственник ваш приехал. Али учитель ещё один…

— Именно, — кивнула я. — Действуй.

— Ловко у тебя, — усмехнулся Энрико, проводив Леону заинтересованным взглядом.

— Стараюсь, — вернула усмешку я. — Слухи в любом случае будут. Я даже не пытаюсь изничтожить это явление. Но контролировать вполне удаётся.

— Не можешь остановить — возглавь.

— Совершенно верно.

— Розье не искали?

— Если и искали, то очень осторожно и ненавязчиво. Иначе мне бы об этом доложили. Слухи о том, как баронесса Бельфор не любит незваных гостей и как щедро платит за информацию о них, тоже ходят.

— Оказывается, слухи полезная штука.

— В какой-то мере, — пожала плечами я. — Ладно. Вернёмся к дракону.

— А что к нему возвращаться? Держи его на глазах. Пусть болтается рядом. Ты вот счета проверяешь, — Энрико кивнул на толстую стопку бумаг у меня на столе, — а он пусть в кресле сидит, книжку читает: «А вдруг вам удастся что-то вспомнить, шевалье?» Поедешь куда-нибудь, тоже пусть едет. Идёшь обедать, пусть тоже идёт. Это, между прочим, правилами приличий предусмотрено. Всё же не дровосек у тебя в гостях, а такой же аристократ.

— Я взвою, — обречённо прокомментировала я.

— Зато выть ты будешь с чистой совестью. Это я тебе как твой духовник говорю.

— Утешил, — фыркнула я.

— Утешать тебя — моя прямая обязанность.

— С таким утешением меня съест чёрная меланхолия. И потом… Я тут полюбопытствовала, вашей служительской иерархией поинтересовалась…

— И? — удивлённо вздёрнул брови.

— И решила избавиться от такого малоутешительного духовника.

— Но ты не можешь остаться без духовника. Это против приличий. И вообще… Ты что, снова перестала мне доверять?

— С чего бы? Я даже доверю тебе поиск моего нового духовника. Подбери кого-нибудь не такого языкатого, как ты сам. И не назойливого. Это, между прочим, твоя прямая обязанность.

— Я тебя не понимаю, — настороженно проговорил Энрико.

— А что тут понимать? Баронству нужен свой иерарх. Я специально выяснила, что такого сейчас нет. И я могу его назначить лично.

— Белый иерарх должен подтвердить твоё распоряжение.

— Ты думаешь, он мне откажет? — приподняла бровь я. — На каком основании? Это же он прислал тебя сюда.

— Омг… — Энрико ошарашенно взъерошил волосы.

— Будем считать это согласием, — прыснув от смеха, возвестила я и поднялась. — И, кстати, ты сегодня обедаешь со мной. И с драконом…

—