Тень для драконьего принца - Сусанна Ткаченко

Ен обнял меня за плечи и принялся наставлять:

— Главное — не язви и не показывай свой ум. Будь предельно вежлива и всё время ссылайся на меня. Посмеет тебя оскорбить — скажи: «Я передам его грозности, что вы о нём думаете, ведь тень и хозяин — одно целое».

— Умно, — хмыкнула я, — так и поступлю. А ты что же, даже не спросишь про нага?

Я затаила дыхание, ожидая ответа, и, высвободившись, сделала шаг вперёд, чтобы видеть глаза Ена.

— А что спрашивать? — удивился дракон. — Ты поступила совершенно правильно, что не поддалась на его провокацию и не позволила сделать личное одолжение. Мне понравился твой ответ.

Правда? У меня даже сердце ёкнуло от его реакции и удивительного взаимопонимания, которое между нами воцарилось. Я никогда в жизни ни с кем не чувствовала такого единения, как с Еном. И мне хотелось большего. Да-да, обниматься, целоваться и не только. А от уверенности в том, что нам придётся расстаться, хотелось плакать навзрыд. Это были очень плохие симптомы. Признаки не просто влюблённости, когда всеми мыслями владеют лишь гормоны, а более глубокого чувства. Того, которое страшно называть вслух и которое порой с людьми случается раз в жизни. Мысли эти мои были бы счастливыми, если бы мы с Еном принадлежали хотя бы одному миру, и мне не надо было бы уходить домой. А так… Я поспешила их переключить на что-нибудь другое.

— Что будем делать с пушниной от волков? — спросила нарочито заинтересованно.

Волки выделывали шкуры зверья, на которое охотились, и попросили у нас лишь яиц и овощей за пять десятков своих трофеев — мяса у них своего навалом.

— Утеплим новое жилое подземелье. На пол кинем, на стены повесим, — без промедления ответил Ен. — Вдруг с магией будут перебои и греться придётся естественными способами?

— Думаешь, устроят ещё один катаклизм, страшнее первого?

Ой, ну и хоть бы! Я теперь не волновалась. Знала, что выдержим.

— Я так не думаю — это было бы слишком предсказуемо. — Ен поддержал меня за локоть, когда мы дошли до ручья и переходили его по камешкам. — Но оставлять вчерашнее без реакции — недопустимое упущение. Я уверен, что академики будут этот момент оценивать.

А вот, кстати, да. Молодец мой дракон, что подумал об этом.

— Какие мы ещё примем меры для будущей безопасности? Может, надо подумать над немагическими щитами над домами и посадками?

— Разумеется. Вот поэтому я и согласился на пряжу от Селестины Майко, — кивнул Ен с таким довольством, будто вагон золота получил.

В Феминии выращивали огромных и мерзких пауков-металлопрядов. Они, как объяснял Ен, питаются рудой и выдают прочную паутину, которая очень ценится во многих отраслях. Исторически сложилось так, что Феминия занималась разведением этих тварей и торговала с соседями пряжей тысячелетиями. Вот и Селестина развивала в академии страну по привычной схеме.

Я не стала допрашивать дракона, что он собирается делать с этими нитками — уверена, он не подведёт, — и перешла к следующей сделке. Левко Айтич предложил нам за продукты какие-то сложные зелья, которые обычным травникам не сделать из-за недостатка ингредиентов и умений, которыми обладают ведьмаки. Названия Левко сообщил лично мне ничего не говорящие, поэтому я не понимала, за каким бесом нам сдались его склянки.

— Ен, а зелья от Левко нам тоже могут понадобиться?

— Конечно! Тут нам вообще повезло. Подолью на балу змею «Язык» и послушаю, что он будет нести.

— А что, так можно было? — удивилась я возможностям и коварству Ведьмачества.

Если Левко Айтич таким оружием обладает, странно, что его страна до сих пор не правит всем миром.

— К сожалению, вряд ли, — вздохнув, признался Ен, — сверхов не берут такие зелья, а другие правители носят защиту. Но помечтать-то можно. Да и вообще, пригодятся мне эти склянки… потом, когда домой вернусь.

Я рассмеялась запасливости дракона. Но мы уже подходили к деревне, и хорошенечко его на эту тему потроллить не получилось бы, а я не любила делать что-то спустя рукава. Так что, ступив на площадь, просто собрала народ с тележками и повела к складам отгружать провизию по спискам, которые прислали в чат. Про лис и информацию, которую они обещали нам передать, решила узнать у Ена перед сном.

Но, конечно же, вспомнила про это только за завтраком — вечером его заботливость меня насильно загнал спать, а отгрузку продуктов проконтролировал сам.

— Быстро в кровать! — приказал он — У тебя истощение вчера было. Не доводи до повторения, а то на плече унесу.

Я угрозе поверила и послушалась. Зато проснулась полная сил противостоять любым козням Фурии.

— Так что там лисы должны узнать? — спросила я, намазывая мёд на булочку.

— Я запросил информацию по оставшимся трём подгруппам. Думаю, что если проанализировать сильные стороны остальных двадцати четырёх стран, можно будет спрогнозировать хотя бы примерное направление финального испытания. Академики будут бить в сильные, а упор делать на слабые.

Иногда дракон говорил слишком заумно, и мне требовалось время, чтобы его слова перевести на язык простых людей.

— Допустим, наши сильные стороны — сельское хозяйство, а слабая сторона — армия, которой у нас нет. Думаешь, они могут организовать нападение одного мира на другой для уничтожения наших продуктов?

— Сомневаюсь. Поэтому и хочу получить информацию от лис. Представители их клана повсюду. Они раскидывают агентурную сеть, где бы ни находились.

— Кстати, совсем забыла тебе сказать, что ночью перед прошлым испытанием у нас в империи ночевал лис, и его я тоже лечила.

Ен нахмурился и сделал глоток кофе.

— Ну что ж, значит, раскрытие тайны о твоих уникальных способностях и наших штрафных баллах вопрос времени. Будем надеяться, что сейчас у соседей нет денег, чтобы за неё заплатить.

— Аминь, — согласилась я, допила кофе и поднялась — пора было выдвигаться на нейтральный пятак, обмен был назначен на девять.

В этот раз я им не занималась, а сразу отправилась вместе с Гурией в Маджестию. У нас не было принято ходить друг к другу в гости, все мероприятия и контакты происходили на нейтральном пятаке, поэтому я понятия не имела, как благоустраивались другие страны. Думала, вот сейчас и посмотрю, но нет — Фурия проявила себя перед тем, как мы преодолели границу.

— Без обид, дорогуша, но я не хочу, чтобы ты видела мои идеи и потом их повторяла, — сказала она, доставая из кармана плотную повязку на глаза.

Обхохочешься! Я(!)