Брешь - Алекса Мун

— Но Вете здесь понравится, — добавляет Матвей. — Сколько хочешь?

Озвучиваю сумму и опираюсь о стол. Здесь становится нечем дышать.

— Чего так мало? — складывает руки на груди. — С документами проблемы?

— Нет. С документами все в порядке, — достаю их из сумки и кидаю на стол. — Просто я хочу поскорее отсюда убраться, — бросаю расплывчатую фразу.

Но похоже Матвей понимает что к чему. Его лицо озаряет широкая улыбка, а глаза лукаво прищуриваются:

— Все-таки ему это удалось? О, он так переживал по этому поводу. Хотел сгрести тебя в охапку и утащить домой в тот же вечер.

— Ты о чем?

— Об Ароне! Это ты же к нему хочешь убраться.

— Ну, это уже не твое дело, Матвей, — криво улыбаюсь. Все внутри меня, уже предвкушает встречу с Ароном. Нет времени поставить парня на место.

— У меня нет таких денег сейчас. Если ты готова к рассрочке, я рад осчастливить Вету и приобрести это помещение.

— На какое время тебе нужна рассрочка?

— Полгода. Не больше.

— Договорились.

Отдав Матвею ключи и документы, выдохнув я решаю где-то перекусить. В какой-то степени отпраздновать. Я только что поставила жирнющую точку распрощавшись с прошлой жизнью и перевернула страницу. Теперь все с чистого листа.

Глажу животик через одежду и поднимаю голову вверх. С неба начинают сыпать пушистые снежинки. Они мягко «целуют» мой нос и щеки и я жмурюсь от удовольствия. Наконец-то этот проклятый ноябрь позади.

Я не изменяю своим вкусам и, местом для «празднования», я выбираю старый-добрый и не маловажно проверенный ресторан. Но я совсем забыла, что это не только мое любимое место и когда я замечаю затылок Янниса, невольно замедляю шаг. Вот сейчас внутри что-то колет. Мой лучший друг сидит за «нашим» столиком в гордом одиночестве и ожидает свой заказ.

Никогда не считала себя трусихой, но именно сейчас, мои ноги приросли к полу. Я не могу сдвинуться с места. Боюсь.

Я чувствую стыд? Нет. Это что-то другое…

Прилагаю все усилия и делаю шаг к «нашему» столику. Молча сажусь напротив друга.

Яннис слегка удивившись складывает руки в замок и подпирает ими подбородок. Отворачивается к окну. Там, пушистые снежинки уже вовсю пустились танцевать, устилая промерзшую землю и крыши авто белым полотном.

— Добрый день, — возле меня появляется новенькая официантка. — Я могу принять у вас заказ? Или вам нужно пару минут на изучение блюд?

— Ей то что и мне, — четко произносит Яннис, так и не обернувшись.

— Кофе? Пока будете ожидать заказ? — сияя белыми зубами не унимается девчонка.

— Да. Капучино. — Тоже отворачиваюсь к окну. Там и правда разыгралось завораживающее действие.

Как оказалось Яннис заказал себе мои любимые блюда. Неужели он скучает? Решил заместить мое присутствие моей любимой едой? Он же терпеть не может трюфель.

Мы едим в полном молчании. Даже взглядами не обмениваемся, и когда Яннис неожиданно заговаривает, я чуть ли не подпрыгиваю.

— Как все изменилось за пару месяцев. Человеку, который терпеть не может перемены — это дико. А теперь ты уезжаешь.

— Неужели ты будешь скучать по мне? — вытираю уголки губ салфеткой и убираю ее в сторону. Сама облокачиваюсь на спинку стула. — У тебя через пару месяцев появится ребенок. Тебе не до меня будет.

— У тебя кстати тоже… кто б мог подумать. И я не о том, что у тебя не могло быть детей.

— Я тебя понимаю, Яннис. Не стоит оправдываться. Теперь наши дети могут пойти в один класс. Если ты, конечно, переедешь в нам.

К нам…

— Греция… еще одно событие не укладывается в голове.

— Я люблю его, Яннис! — неожиданно выпаливаю. Впервые произношу эти громкие слова вслух… и не Арону. — Я люблю твоего брата и ты прав. Все очень сильно изменилось за пару месяцев. А самое главное — я чувствую себя живой.

Яннис ничего не отвечает. Переводит это разговор на то, что хочет сам, лично отвести меня в аэропорт. Я ему сказала, что это произойдет очень скоро. Моя бы воля, я бы улетела прямо сейчас.

* * *

СПУСТЯ ТРИ ДНЯ…

Яннис катит мой чемодан, рассказывая о погоде в Греции. За окном уже лежат сугробы. Вчерашняя метель превратилась в строки Пушкинского произведения «Мороз и солнце день чудесный…».

— Я до сих пор не привыкну к зиме. Все-таки солнце мне ближе. — Говорит Яннис.

— И поэтому ты приехал в самый унылый город в мире, где солнечные дни можно пересчитать по пальцах? — смеюсь.

— За то тут короткие зимы.

— Да. К вечеру эта зимняя сказка превратится в грязную кашу под ногами. Но это все не важно, Яннис! — стучу его по плечу и забираю чемодан.

— А что важно, умная девочка?

— Важно, чтобы рядом с тобой был любимый человек. Да? — улыбаюсь. Играю бровями. — И тогда самый унылый город, в сердце превратится в самый яркий. Не обижай Ольгу, хорошо? Она хоть себе на уме, но безумно любит тебя.

— Хотел бы я сказать подобное Арону…

Яннис перехватывает мою свободную руку и в аристократической манере подносит тыльную сторону к губам. Целует ее. Напоследок добавляя:

— Я очень рад, что мой брат нашел свое счастье в такой удивительной женщине как ты!

Эпилог

ПРОШЛО ПОЛТОРА ГОДА…

— Арон, где моя подушка? Ты ее опять себе забрал? — зову мужа.

Пытаюсь умоститься на диване, чтобы покормить нашу девочку, но без удобной подушки — это невозможно. Спина ужасно ноет и если я хотя бы пять минут посижу в неудобной позе — настроение на весь день испорчено.

Без сомнения Арон помогает мне с Лили. Он постоянно носит ее на руках, сам купает и если бы у него были развиты молочные железы уверенна, что мой муж сам бы ее с удовольствием кормил. Но иногда, доченька просто не слазит с моих рук. У нее сейчас режутся зубки и она постоянно висит на груди ища успокоение. И я не против. Мне нравится наше единство, наш контакт, но чертова спита портит все волшебство.

— Принёс я твою подушку! Не бурчи!

В комнате появляется мой смуглый красавец в одних шортах.

— Нужно было заказывать две подушки. Низкий поклон производителю. Чертовски удобные штуки.

Арон кладет подушку мне под спину и опускается на корточки, поглаживая пальцами мои колени. Сейчас я тоже практически в одних шортах.

— Лили, дашь папочке тоже попробовать? — хитро прищуривает