Рояль под елкой - Алиса Лунина

…Дымов постарался кратко изложить дочери события вечера, опустив за ненадобностью второстепенных персонажей: Кабановых, Илюшу и Бэтмана Митрича. Рассказывая, Дымов невольно морщился — уж больно пошло и неправдоподобно все это звучало: «Захожу — а тут незнакомая девушка, а потом приехала Ирина…»

Реакция Леры была своеобразной. Выслушав отца, она расхохоталась самым обидным образом, да еще и заявила, что лично для нее в этой истории нет ничего удивительного.

Присутствующие несколько удивились и попросили разъяснений. Лера не преминула их выдать.

— То, что твоя бывшая жена — исключительно предприимчивая тетенька, было сразу видно невооруженным глазом. У нее ж табло во лбу светится, а в нем — счетчик для подсчета бабла!

Свою фразу Лера произнесла, чеканя слова, намеренно подчеркивая презрение.

— Сопля зеленая! — вспыхнула Ирина. — Да как ты смеешь? Вот дрянь выросла!

Лера кивнула:

— И слава богу! Не в мать пошла, которую вы съели и даже не подавились!

— Что она мелет? — возмутилась Ирина. — Кого это я ела?

— Да всех, — отрезала Лера, уверенно держась избранного тона. — Вы, гражданка, как самка паука, — откусываете головы всем, кого встречаете на своем пути.

Кажется, даже Дымов удивился и взглянул на дочь с укором, дескать, это уже перебор. А вот Тамира сразу почувствовала к Лере симпатию, улыбнулась широко и приветливо. Молодец девушка, все правильно понимаешь!

— Я, конечно, знаю, что ты на меня обижена, деточка, но понимаешь ли, у взрослых так иногда бывает: мужчина влюбляется, уходит из семьи и создает новую. Это нормально, вырастешь — поймешь! — ядовито сказала Ирина.

Лера не задержалась с ответом:

— А вы знаете, Ирина Ивановна, у вас с годами характер вышел на лицо. Лицо у вас, извините, совсем не доброе, к тому же застывшее. Какая-то вы словно перекачанная. Наверное, на ботоксе сидите?

Ирина сморщилась: вот мерзавка!

— Ничего, придет время — и ты сядешь! Как говорится, все мы там будем.

Лера насмешливо рассмеялась.

— Ну не злитесь, что вы такая злая на нашу семью? Отцу моему никак не можете простить… Помню-помню, как вы на всех углах его славили, кричали, что он бросил вас, обобрал до нитки!

— Что ты можешь помнить, фря малолетняя? — не выдержала Ирина.

Вместо ответа Лера язвительно заметила:

— А ведь, в сущности, изначально было ясно, что он сбежит от вас!

Ирина метнула в Леру взгляд, тяжелый, как дротик.

— Да ладно вам, тетя, зубами скрипеть, — Лера мастерски отразила удар. — Вы как думали, на чужой беде счастье построить? Так не бывает! Пришло время, и вас списали в архив. И будьте благодарны за то, что с вами еще обошлись нормально, по-человечески, в смысле не крохоборились. Знаем-знаем, как вы папашу обчистили! Повезло мужику, что он не простой мужик, а с мировой известностью, и смог быстро приподняться, а был бы каким-нибудь инженером, всю жизнь бы расхлебывал последствия развода с такой стервой.

— Не хами, малыш, может, и сама пойдешь этой дорогой, — усмехнулась Ирина.

Лера кивнула, мол, очень может быть.

Ирина взглянула на часы.

— О! «На часах у нас двенадцать без пяти!» Ну что ж, надо найти другую компанию для встречи Нового года. Ах, не останавливайте меня, я все равно не останусь!

Она делано рассмеялась.

— В общем, счастливо оставаться. Все проблемы теперь решайте друг с другом!

Ирина выразительно посмотрела на Тамиру:

— Про деньги забудь, мне нужнее!

Тамира даже не повернулась.

Ирина подошла к Дымову и серьезно сказала, указывая на Тамиру:

— Дымов, даже не вздумай. С этой девицей точно пропадешь! Тебе нужна не такая женщина!

— Я как-нибудь сам разберусь, дорогая! — усмехнулся он.

Лере на прощание Ирина бросила:

— До свидания, прелестное дитя! Уверяю, ты еще меня заткнешь за пояс!

…Дымов вышел проводить бывшую жену в коридор.

Ирина гордо надела шубу, взяла в руки сумку и уже собиралась уйти, но на пороге вдруг задержалась. И словно смущаясь, сказала:

— Слушай, Вадим, а что, если нам все начать сначала?

Дымов вздрогнул и переспросил:

— Ты о чем?

Ирина пожала плечами:

— Ну, взрослые же люди, Вадик. Я о том, чтобы дать нам еще один шанс попробовать быть вместе.

— Ты что, серьезно?

— А что? Господи, почему у тебя такое выражение лица? Зачем же так волноваться? Тебе всего лишь предложили сойтись с бывшей женой!

Дымов вспыхнул:

— После всего, что было, после всего, что ты мне высказала, ты предлагаешь мне, как ты это называешь, «сойтись»? Да ведь ты ненавидишь меня, Ира!

— Ну и что? — усмехнулась она.

— Как это что? Как же жить без любви?

— А как другие живут? Ты думаешь, они любят друг друга? Тебе же не двадцать лет, Дымов! Я попробую стать другой. Налажу твой быт, стану твоим менеджером.

— Спасибо, у меня уже есть.

— Будешь думать только об искусстве! Все заботы я возьму на себя!

Оба замолчали. Наконец, Ирина нарушила тишину:

— Что ж, понятно. Мимо — так мимо. Кстати, хорошо, что у нас с тобой не случилось детей. Смотрю на твою дочь и радуюсь! Такая дрянь выросла, и ты ей абсолютно не нужен!

Дымов хотел было ответить, что у тебя и такой нет, поэтому бесишься и с юнцами в любовь играешь, но промолчал.

Ирина достала из сумки связку ключей.

— Держи! От твоей квартиры! Прощай, Вадик! С новым счастьем! И не забывай есть суп по утрам!