Прости, я тебя проиграл - Галина Милоградская

Схватив за плечо, он выдернул меня из толпы и потащил в сторону небольшого переулка. Я даже не смогла возразить: голос не слушался, сердце заполошно колотилось, ноги мигом стали ватными. Когда мы наконец остановились в относительно тихом месте, Макс развернул меня к себе, сжал плечи и жадно всмотрелся в лицо.

— Лена… — От нежности, прозвучавшей в его голосе, мне стало больно дышать. — Это же правда ты? Скажи, что я не обознался.

Можно было отшутиться и скрыться в толпе. Но я не могла пошевелиться, только смотрела на него, впитывая родной образ до мелочей: крохотные морщинки, появившиеся на лбу, изогнутые губы и глаза, в которых хочется тонуть.

— Здравствуй, — ответила наконец хрипло, смаргивая выступившие слёзы. Первым порывом было обнять его, прижаться к груди и забыться, но следующим пришло воспоминание о том, что со мной случилось. Оно отрезвило. Заставило выпрямиться и с сожалением убрать его руки.

— Я так долго тебя искал, — улыбнулся было Макс, но осёкся. Присмотрелся, качнул головой: — Ты же сбежала от меня? Сбежала на другой конец света, потому что не хотела меня больше видеть? Не поверю, что Вадим был способен напугать тебя настолько.

— Я действительно сбежала, — голос всё ещё не слушался, осел на пару тонов и ломался. Обхватив себя за плечи, я низко опустила голову. — У меня были причины, но ты здесь ни при чём.

— Тогда почему не пришла, не сказала в чём дело? Почему просто исчезла? — Он снова схватил меня, тряхнул, заставляя поднять глаза. — Это из-за того, что случилось, когда этот мудак удерживал тебя?

Я испуганно моргнула: значит, он знает об этом? Но в глазах Макса не было презрения, только безграничная нежность. Он ласково коснулся щеки, погладил костяшками пальцев, и я невольно прикрыла глаза, отзываясь на ласку.

— Глупая. Думаешь, я стал бы тебя презирать? Я этой твари едва кадык не сломал, хорошо хоть Серый оттащил.

— Ты его избил? — не скрою, мне было очень приятно это слышать.

— Надо было больше, — мрачно бросил Макс. — Пришлось повозиться, это заняло много времени, но теперь эта тварь получит по заслугам.

— Это ты помог его посадить? — ахнула я.

— Ты уже знаешь? — Он удивился. Потом жестко усмехнулся: — Из тюрьмы он не выйдет, там любят таких.

— Спасибо, — прошептала я, давясь слезами. Пусть своей свободой я обязана не ему, но он сделал всё, чтобы окончательно избавить от страхов.

— Лен, давай вернёмся вместе, — сказал Макс, стирая слёзы большими пальцами. — Я так люблю тебя, я так по тебе скучал…

— Не надо, — я замотала головой. — Ты многого не знаешь… не надо!..

— Расскажи всё, я пойму. — Он приподнял мой подбородок, опуская глаза на губы. — Ты для меня всё, слышишь? Больше никогда тебя не отпущу.

От поцелуя зашумело в голове. Нежный, почти невесомый, он словно заставлял распускаться цветы глубоко в моей груди. Не одна, нужна, любима — разве много человеку нужно для счастья?

— Постой, — я отстранилась, глубоко вздохнула. — А меня ты опять не спросишь? Хочу ли я быть с тобой?

— Не хочешь?

Недоуменный Макс выглядел так смешно, что я не выдержала и фыркнула.

— Может, начнём всё по-настоящему?

Макс нахмурился, пытаясь понять, куда я клоню, и я расхохоталась. Звонко, счастливо, так, как не смеялась уже очень давно.

— Пригласи меня на свидание, — попросила, отсмеявшись. — На первое настоящее свидание.

Наши пальцы переплелись, взгляды столкнулись, и вдруг Макс покраснел. Мои щёки тоже полыхнули — как будто мы взялись за руки впервые.

По Рио, захваченному карнавалом, гулять было одно удовольствие: можно не разговаривать, только улыбаться, пританцовывать и смотреть друг на друга без возможности оторваться. Живая, живая, живая — билось в груди. Я чувствовала себя всемогущей, настоящей до последней капли крови.

— Где ты остановился? — спросила, когда вечерние улицы скрыли ночную темноту под яркими фонарями.

— А ты?

— Я живу в Виктории, — я улыбнулась, поймав его удивлённый взгляд. — Хотелось тишины и покоя, в Рио слишком шумно.

— Понимаю, — он слегка помрачнел. — Не расскажешь, что с тобой случилось на самом деле?

— Не знаю. Может быть потом.

— Лен, — мягко проговорил Макс, обнимая одной рукой и притягивая к себе: — Останешься сегодня у меня?

— Нет, — без раздумий ответила я. — Первое свидание, помнишь?

На самом деле я просто дико боялась, что оказавшись с ним наедине, не смогу расслабиться. Даже сейчас мне было спокойно лишь потому, что вокруг много людей. Думала об этом всю дорогу до дома, пытаясь найти в себе отвращение к близости. Поцелуи Макса всколыхнули водоворот чувств в душе, но что будет потом?..

Мы договорились встретиться на следующий день и уже утром Макс стоял на пороге моего дома с букетом.

— Второе свидание, — улыбнулся он, протягивая цветы.

По городу мы бродили до обеда, держась за руки и ловя одобрительные взгляды местных, привыкших видеть меня одну. Донна Карла всплеснула руками и заулыбалась, угощая кофе и поигрывая бровями. Да, я была счастлива, а ещё — счастлива от того, что за меня радовались почти незнакомые люди.

— Здесь красиво, — заметил Макс. Мы сидели на пледе под пальмами, в нескольких метрах океан облизывал песчаный пляж, солнце опускалось за горизонт.

— Очень, — кивнула я, откинувшись на руках. Только сейчас эта красота стала цельной: возможность разделить её с другим человеком поменяла привычный вид до неузнаваемости.

— Теперь я боюсь: захочешь ли ты променять это всё на серую Москву?

— Смотря как будешь упрашивать, — улыбнулась я.

Он долго смотрел, будто не решался поцеловать, а потом потянулся мучительно медленно, согревая дыханием губы. Я закрыла глаза, отдаваясь во власть поцелуя. По коже бежали разряды тока, когда Макс касался щеки, спускался к шее, поглаживая кончиками пальцев. Подцепив лямку сарафана, он спустил её, поцеловал в плечо, и я не сдержала тихий вздох.