Герой (не) её романа - Елена Соловьева

Пять лет плена как один непрекращающийся кошмар. Романа и трех других русских солдат держали за рабов. Они — те, кого удалось поймать. Удалось поймать живыми. На них выместили гнев за тех, кого поймать не удалось.

— Не представляю, как выжил тогда, — признался Роман лечащему врачу госпиталя, когда туда добрался. — После таких взрывов не выживают. А меня лишь контузило. Если бы не нашли тогда… сумел бы доползти до наших.

Говорил он громко, практически кричал. Слух не восстановился полностью.

Врач Николай Лущин, пепельноволосый крепыш в белом халате, поправил круглые очки на грушеобразном носу. Посмотрел на исхудавшего, но все еще сильного мужчину с восхищением. Его привезли только сегодня, он преодолел зону боевых действий и выбрался из пекла к своим. Дальнейший путь до больницы проделал уже на медицинском вертолете

— Рано, видно, умирать, — сообщил Николай. — Ждут тебя еще дома дела…

— Как заговоренный наш полковник, — поддакнул с соседней койки Артем, еще один сбежавший из плена. — Если бы не он, и мы бы не вышли.

— Еще бы пара месяцев, и не дошли, — заметил Николай. — Здоровья бы не хватило.

— Так откуда ему взяться-то? — буркнул Артем. — Кормили раз в день, как собак. Мы изнывали от жажды и зноя. И постоянно ждали расправы.

— Жаль, раньше уйти не удалось, — вздохнул Роман, поглядывая на капельницу. — Не было бы сейчас всего этого.

Артем вздохнул. Иван, третий участник дерзкого побега, молчал. Ему тяжелее всех пришлось, последнюю часть пути товарищи несли его на себе.

— Не гневите Бога, — посоветовал Николай Лущин. — Вам удалось выйти оттуда, откуда не возвращаются живыми. Вас уже и искать перестали…

— И ждать, — вздохнул Артем. — У меня в Вологде девушка осталась. Думал, вернусь, поженимся. Свадьбу отгрохаем на все село.

— И у меня жена, — добавил Роман. Отвернулся к стене и добавил: — Будто мало мне рожи располосованной. Так теперь еще и глух, что старый пень. Полине сильное плечо нужно, а не инвалид, которого от ветра шатает.

Артем сочувственно промолчал. Николай Лущин поправил съехавшие на нос очки и авторитетно возразил:

— Кости есть, мясо нарастет. А слуховые аппараты сейчас маленькие делают, невооруженным глазом и не заметишь.

Не успели герои оправиться, как пожаловало высокое руководство. К счастью, начальники пошли парням на уступки и не стали афишировать их возвращение. Тем более приглашать репортеров.

— Оклемаетесь, тогда и выступите на публику, — разрешил седовласый генерал.

Пожал ребятам руки, пообещал, что им будет обеспечено наилучшее лечение. Спросил, нет ли еще каких пожеланий.

— Родным пока не сообщайте, — обратился Роман. — Дайте нам время в себя прийти

— Не должны наши женщины нас видеть такими, — поддакнул Артем. — Да и мамка плакать будет. Вот через месяцок оклемаемся, домой вернемся. Заживем!..

Генерал усмехнулся в усы и улыбнулся краешком губ. Вроде, здоровые мужики, а такие мальчишки.

— Девки нас не за внешность любят, — хохотнул задорно. Положил ладонь на плечо Романа. Крепко сжал и добавил: — А те, кто за внешность, недостойны быть женами героев.

Генерал ушел, и Роман с Артемом обсудили его визит. Незаметно от дел служебных вновь вернулись к любимым.

— Как думаешь, твоя дождалась? — спросил Артем.

— А твоя? — ответил вопросом на вопрос Роман.