Портрет - Татьяна Казакова

– Здравствуйте, Ангелина, – Алик, безукоризненно одетый и благоухающий каким-то необыкновенно-приятным ароматом, появился неожиданно. – Вы со спутницей?

Геля, обрадовавшись его появлению, познакомила их. Алик предложил им напитки у барной стойки и при этом очень пристально ее сегодня разглядывал. Она заметила это и спросила.

– Вы так меня разглядываете… Что-то не так?

– Все так, вы как всегда замечательно выглядите, а почему смотрю. Вы скоро поймете. Так что вы предпочитаете? – Бармен тут же подлетел к ним и наклонившись, подобострастно ожидал заказа.

Женщины замялись, не зная на чем остановить свой выбор.

– Позвольте вам рекомендовать вино. Пожалуйста, по бокалу Монтаны. – Бармен достал бутылку и стал наполнять бокалы. – Это вино готовится из винограда сорта Пино нуар и относится к избранным. На его основе производятся знаменитые бургундские вина.

Женщины взяли бокалы и сделали по глотку.

– Прислушайтесь к вкусовым ощущениям. Присутствует тон спелой вишни.

– А мне показалась – малина, – заметила Ольга.

– Совершенно верно и малина с ноткой ванили и кекса. Вкус нежный и обволакивающий. Обычно его пьют, когда едят стейки. Но я очень хотел, чтобы вы попробовали. А сейчас вынужден вас покинуть, а вам хочу еще порекомендовать фраппе. Мы еще увидимся, – он раскланялся и подошел к какому-то лохматому типу.

– Смотри-ка, – услышали женщины от проходящих мимо молодых людей, – сам Файнберг пришел.

Ольга переглянулась с Ангелиной.

– Тебе это о чем-то говорит?

– Не-а.

Они прыснули, но тут же подавили смех и чинно, как и все окружающие, стали прохаживаться вдоль стен. Неожиданно Геля сжала локоть подруги и показала головой в сторону. Ольга поняла, что это «он» и потихоньку разглядывала его.

– Очень даже ничего, – наконец изрекла она Геле, стоявшей к нему спиной. – Не слащавый, а такой брутальный. Может, подойдешь? – Та упрямо качнула головой. – Ладно, идем его картину искать.

В первом зале картины не оказалось, она рассматривали другие полотна, очень понравился один натюрморт.

– Даже приобрести захотелось, так понравился, – вздохнула Ольга. – Ну ладно, пойдем Лизку искать. Интересно, как ее изобразили.

Они прошли в другой зал, Геле несколько раз послышалось ее имя.

– Такое впечатление, что обо мне говорят, – пожаловалась подруге. – Смотри, вон там народ и в том конце тоже.

– Раз народ толпится, значит что-то стоящее. Пойдем туда.

Присоединившись к группе людей, чье внимание привлекла картина, они, наконец оказались тоже перед Лизиным портретом.

– Ой! Лизка! Ну надо же! – Ольга в восхищении встала перед картиной.

– Да, – сказал кто-то густым басом, – не ожидал от Телегина такого. Портреты не его конек, а как изобразил…

Геля прислушивалась и нервничала, боялась, что кому-то не понравится.

– А я считаю, что реализм безнадежно устарел.

– Алексей! Смотри, какая прелесть! Какая чудная девушка!

– Господи! Это же. Лиза. Ну да, Лиза. – «Бывший» наклонился и громко прочитал – «Мечтательница». Гм. Не ожидал.

– Кто это Лиза? – Ревниво спросила жена.

– Это моя дочь, – и нотку гордости услышала Геля в этом ответе.

– Твоя дочь натурщица? – Ужаснулась его спутница.

– Да, действительно… как-то нехорошо.

– Какой позор! Еще узнает кто-нибудь! – Продолжала ужасаться женщина Геле захотелось вмешаться и сказать «пару ласковых» этой парочке, и она уже сделала шаг им навстречу, но в это время к полотну подошел известный политик в сопровождении Алика и охраны.

– Какая девушка! Мечта! – Зацокал языком. – Алик, где они таких девушек находят? – Он встретился взглядом с Камышенцевым, поздоровался и кивнул на картину – Хороша?

– Это моя дочь Лиза, – невольно вырвалось у него.

– Дочь? Что же вы такую красавицу прячете, Алексей Михайлович? А как написана? Наверное, хороший художник. А что ваша дочка и в жизни такая мечтательница?

Камышенцев сглотнул и что-то промямлил, а тот все не унимался.

– Да, замечательная картина. Такую бы я приобрел.

– К сожалению, Телегин не хочет продавать, – заметил Алик.

– Жаль… Если надумает, позвоните… – И опять повеврнулся к Камышенцеву – Ну хоть с дочкой-то познакомите? Она здесь?

Камышенцев залился краской.

– Да, наверное, я… сейчас…поищу.

– Да вон она с молодым человеком, кстати, очень талантливым фотографом и тоже Телегин, – вмешался Алик.

Василий заметил подзывавшего их Алика и подвел Лизу к нему. Неожиданно к ней подошел мужчина, с очень знакомой внешностью. От неожиданности она отпрянула – его только по телевизору показывают, а тут нате вам.

– Здрасьте, – растерянно произнесла она, не замечая отца.

– Здравствуйте, мечтательница, – насмешливо сказал мужчина. – Вот вы какая. Должен заметить, в жизни вы красивее и очень похожи на отца, – он небрежно кивнул в его сторону.

Лиза только сейчас его заметила и проигнорировала жест, которым он приглашал подойти поближе. Но она увидела мать и радостно закивала.

– Это ваша мама? – Охрана расступилась, подталкивая Гелю вперед.

– Очень приятно. Видимо, господин Камышенцев собрал у себя самых красивых женщин. Ну, всего хорошего, я хочу еще кое-что посмотреть. – И в сопровождении охраны и Алика удалился в другой конец зала.

– Я не желаю здесь больше оставаться, – прошипела оскорбленная жена Камышенцева. Подумать только столько внимания и кому?… Она развернулась и быстрым шагом ни на кого не глядя направилась к выходу.

– Геля, что это было? Я хотела подойти, но меня оттеснили, потом вдруг вижу. – Она многозначительно посмотрела вверх.

Геля хотела ответить, но тут услышала свое имя и обернулась.

– Как называется?

– Ангелина.

– Ну Скворец, ну выдал.

Она проводила взглядом говоривших, пожала плечами и подошла к своим.

Ольга, смеясь, рассказывала, что произошло.

– «Умыли» бывшего-то? Побледнел, говоришь, а жена позеленела? Так им и надо! Да и черт бы с ними. – Анастасия Максимовна оживилась – Вы лучше скажите, где наш художник?

– Он, кажется, в другом конце зала.

– Я тут послушала – все хвалят нашу «Мечтательницу».

– Да, Виталий просто молодец, – подтвердил Андрей Борисыч. – Настенька, извини, я на минуту отойду, надо с Аликом поздороваться.

Но Алик сам подошел к картине.

– О, Андрюша, дорогой! Очень рад. Не мог раньше подойти. Видишь, какие люди… Сам не ожидал.