48 причин, чтобы взять тебя на работу - Стелла Грей

Еще один головокружительный поцелуй и, не отводя взгляда от моих глаз, он заканчивает:

– Теперь ты моя женщина. Не мышка и не игрушка. Ты. Моя. Женщина.

Он распахивает блузку и кладет обе ладони на грудь, сжимая нежные полушария и, наклонив голову, покрывает поцелуями и укусами мою шею, спускаясь все ниже и ниже, до кружева бюстье. Не снимая его, он просто отодвигает в сторону и ловит сосок губами, втягивая в рот и прикусывая до сладкой боли.

Я протяжно выдыхаю, вцепляюсь ему в волосы, неосознанно притягивая ближе. Томас выпрямляется, ловит мои руки и подносит к губам, чтобы медленно поцеловать сначала одну, а потом другую ладонь. Почему-то от этого зрелища замирает сердце. Мои пальцы ложатся на его тело и скользят все ниже и ниже, пока не натыкаются на преграду в виде ремня. Пристально глядя в глаза, я расстегиваю сначала его, а потом и пуговицу брюк. Тихий скрип открывающейся молнии заставляет мужчину вздрогнуть.

Я провожу указательным пальцем по члену, прикрытому тканью трусов и наслаждаюсь тем, как Томас чуть слышно стонет сквозь сжатые зубы. Власть над мужчиной пьянит лучше любого алкоголя, а осознание, насколько ты его возбуждаешь, дурманит сильнее наркотика…

Он резко подается вперед, зарываясь пальцами мои волосы, оттягивает их, целует так, что у меня окончательно слетает крыша. Когда Томас проводит пальцами по полоске трусиков между ног, то лишь усмехается мне в губы.

– Насквозь мокрая…

Я лишь выгибаюсь под его прикосновениями, протяжно выдыхаю и запрокидываю голову. На шее тотчас смыкаются зубы, и меня резко выгибает на столе, потому как одновременно с укусом он отодвигает в сторону кружева и сразу входит в меня двумя пальцами.

Под закрытыми веками пляшут огоньки желания, а у меня в голове не остается ничего, кроме его запаха, поцелуев, прикосновений и жажды ощутить внутри. Ерзаю, постанываю, прерывисто дышу.

– Посмотри на меня, – хрипло приказывает Том.

Я приоткрываю затуманенные глаза, и он вновь меня целует, а после его пальцы покидают мое тело, вызывая протестующий возглас. Босс поднимает руку к моим губам и проводит по ним влажным от соков пальцем. Я приоткрываю рот и быстро касаюсь их языком, а после обхватываю губами и, подчиняясь древнему инстинкту, начинаю посасывать и играть язычком.

Глаза мужчины почернели, он опустил вторую руку ниже и сдернул свои трусы чуть ниже, а мои просто отодвинул в сторону, даже не потрудившись снять.

Член прижался ко входу в тело, а я застонала и подалась вперед, желая как можно скорее ощутить его в себе. Но Матисон не торопился. Головка скользила по нижним губкам, задевала клитор, заставляя дрожать и впиваться пальцами в его плечи.

Он освободил пальцы из плена моего рта с шепотом:

– Если ты продолжишь, то я кончу, даже не войдя.

Член снова скользнул по клитору, а потом ниже, всего на сантиметр войдя в тело и снова выйдя.

О-о-х…

– То-о-ом, – простонала я ему на ухо, стараясь прижать его ближе к себе.

Он, будто потеряв контроль, сжал обеими руками мои ягодицы и подался вперед, заходя до упора.

Меня уже мелко трясло, капельки пота скатывались по коже, и мужчина их слизывал, добавляя огня в кровь.

Движение, еще движение. Матисон яростно вбивался в мое тело, сжимая руки так сильно, что я была почти уверена – на бедрах и ягодицах останутся синяки.

Но сейчас мне было плевать. Я кусалась, царапалась, как мартовская кошка, и, кажется, не прекращала стонать. В этом мире больше ничего не было, кроме наших тел и его скольжений внутри меня. Том прекрасно знал, как и где меня касаться, чтобы я сходила с ума.

Ослепительно яркая вспышка оргазма не заставила себя ждать.

Я билась под телом прижимающего меня к столу Матисона, и, наверное, даже кричала от наслаждения.

Мне всегда было хорошо с этим мужчиной, но сегодня… сегодня просто космически.

После оргазма я словно возвращалась в свое тело.

Когда туман перед глазами окончательно развеялся и я смогла сфокусироваться взглядом на Томасе, то удивленно хлопнула ресницами.

Он опирался на локти по обе сторону от моей головы, как-то очень странно смотрел и улыбался. Нежно улыбался.

А я постепенно спускалась с небес на землю…

– Лисси, – вдруг хрипло выдохнул он и потерся носом о мою шею.

Я вздрогнула от такого личного обращения и удивленно посмотрела на него… а после потрясенно расширила глаза, так как поняла, что, во-первых, он все еще во мне, а во-вторых, по-прежнему большой и напряженный.

– Ты не кончил?..

– Нет, – беспечно ответил Томас и, просунув одну руку под мои лопатки, помог сесть. Подхватив под ягодицы и по-прежнему не выходя из моего тела, пошел в комнату.

Я обняла его за шею, спрятала лицо на плече и тихо спросила:

– Мы куда?

– В постель. Заниматься любовью.

Уж не знаю, что больше меня потрясло: то, что Матисон не стал доводить себя до финала, то, что захотел продолжения банкета, или то, что сказал, что мы станем заниматься… любовью.

– А на кухне что было?

– А на кухне мы, дорогая Алисия, очень жарко и круто трахались. И да, это было просто охеренно. Опережая вопросы, еще раньше я трахал тебя. Это тоже немного иное.

– А чем "заниматься любовью" отличается от "трахаться"? – поинтересовалась, когда меня осторожно опустили на простынь.

– Нежностью, – выдохнул Том, накрывая мои губы поцелуем.

Это и правда… отличалось.

Томительно медленные прикосновения, сводящие с ума губы на всем теле, чувственные поцелуи, поглаживания.

Я сходила с ума, выгибалась на постели, изнемогала от желания и даже временами пыталась отползти от Томаса, кажется, поставившего своей целью довести меня до беспамятства. Оказывается, наслаждение тоже может быть невыносимым.

Будто оно длилось часами.

Когда он, наконец-то, вошел в мое тело, то вовсе не торопился давать мне освобождение, по-прежнему двигаясь медленно. У меня окончательно снесло крышу, я просто вывернулась из-под тяжелого тела Томаса, которое, как и мое, было уже мокрым от пота, и сама оседлала его.

Жесткие руки на бедрах помогали, задавали ритм, удерживали.

На этом этапе нежность закончилась.

Он вновь кусал мои плечи, сжимал грудь, наматывал волосы на кулак, и я выгибалась на нем дугой, не прекращая лихорадочных движений.

После того, как меня накрыло новой, ослепительной волной оргазма, я бессильно рухнула на мужчину. Том прижал меня к себе, нежно скользя по мокрой спине, бедрам, которые все еще ныли от хватки его рук, не говоря уже о чувствительном лоне.

– Надо в душ, – шепнул мне на ухо Томас через пару минут, когда я, обхватив его двумя руками, уже практически уснула. – Алисия-я-я…