Любовь меняет все - Селеста Брэдли

Нет, это не сон. Повсюду платья. Нарядные, шелковые, переливающиеся, словно драгоценные камни, украшенные кружевом, жемчугом, лентами. Даже воздух в комнате наполнился головокружительным запахом дорогих тканей.

Дейдре медленно села и протянула руку к лежащему на одеяле платью из темно-синего, как полночное небо, шелка. Какой удачный выбор цвета, чтобы подчеркнуть золотистый оттенок ее волос!

Ткань тихо зашелестела под пальцами, словно говоря: «Я настоящая! Погладь меня! Сомни меня! Примерь меня!»

– Ладно, – шепнула в ответ Дейдре. – Если ты настаиваешь.

Откуда-то из глубины комнаты послышался негромкий смешок.

– Эй, кто там?

И тогда из-за облака сливочно-белой органзы показался ангел. Ангел в виде маленького, опрятно одетого мужчины с блестящими глазами и лицом заправского плута.

– Доброе утро, миледи.

– Лементье! – воскликнула Дейдре. – Что вы тут делаете?

Чудеса сыпались на нее этим утром как из рога изобилия. Мало того, что она проснулась в комнате, полной восхитительных нарядов, еще и сам их творец и создатель явился к ней.

Дейдре улыбалась самому востребованному портному Лондона. Дейдре не испытывала ни малейшей неловкости из-за того, что он видел ее в ночной сорочке, поскольку во время примерок свадебного наряда он видел ее куда более раздетой.

Кроме того, Лементье был не из тех мужчин, кого стоит стесняться дамам.

Он широко улыбнулся в ответ и развел руки в стороны.

– Прямо-таки пещера Али-Бабы, верно?

– Нет, в десять раз лучше! – со смехом ответила Дейдре и выбралась из постели. С восторгом она перебегала от одной кипы платьев к другой, потом принялась вытаскивать шляпки из коробок, примеряя то одну, то другую, затем переключилась на перчатки. – А еще туфли! И гребни! И ридикюли под каждый наряд!

Настоящий пир для изголодавшейся по модным нарядам души Дейдре. И вдруг Дейдре вспомнила кое о чем, и шляпка с яркими лентами выскользнула у нее из рук.

– Но… его светлость не позволит мне все это носить.

Она обвела печальным взглядом всю эту неземную красоту и, спрятав руки за спиной, сказала спокойно и с достоинством:

– Мне жаль, Лементье, но, боюсь, вы зря все это привезли. Я полагала, вам известно о том, что его светлость отменил все мои заказы.

Лементье загадочно улыбался.

– О, я знал об этом, миледи. И продолжал шить. Потому что был уверен в том, что вам удастся заставить его передумать. И вот, представьте, маркиз Брукхейвен собственной персоной является ко мне среди ночи, удваивает заказ и платит втрое больше за то, что я доставлю бо́льшую часть заказанного в Брук-Хаус на следующее утро, до вашего пробуждения! – Портной весело подмигнул Дейдре. – Раскаявшиеся мужья – мои любимые клиенты. На них держится мое благосостояние!

– Колдер приехал к вам? Сам? – Дейдре взглянула на новые наряды, и их стоимость в ее глазах поднялась втрое. И еще нижняя губа ее задрожала, а на глаза навернулись слезы.

Лементье привычным жестом протянул ей носовой платок и проводил к свободному от платьев и коробок креслу.

– Присядьте, детка. Позвольте мне налить вам чаю.

Несмотря на наплыв эмоций, Дейдре не могла не спросить:

– Такое частенько случается, да?

Лементье протянул ей чашку, взяв ее с подноса, стоявшего за шляпной коробкой, после чего осторожно присел на подлокотник ее кресла. Ему просто больше некуда было сесть!

Дейдре глотнула чай вперемешку со слезами, а Лементье тем временем ее успокаивал, нежно похлопывая по плечу.

– Чем щедрее мужчина, тем больше носовых платков я беру с собой. В случае с лордом Брукхейвеном я запасся целой дюжиной. Это рекорд!

Дейдре засмеялась и промокнула глаза.

– Придется мне забрать у вас всю дюжину, поскольку Брукхейвен – мужчина непредсказуемый.

– Чепуха, – отмахнувшись, произнес Лементье. Несмотря на то что он сидел у нее на подлокотнике, глаза их были на одном уровне. – Нет такого понятия, как непредсказуемый мужчина. Все мужчины предсказуемы и устроены не сложнее часового механизма. Надо лишь поворачивать ключ в нужную сторону, и все будет работать гладко. А вот если ключ повернуть не туда, пружина порвется, и часы уже никогда не будут работать как положено.

Дейдре опустила чашку на колени и, затаив дыхание, посмотрела в глаза Лементье.

– И что же это за ключ?

Лементье встретил ее взгляд загадочной улыбкой. Он молчал довольно долго, после чего ласково щелкнул ее по носу.

– Любовь, конечно! Любовь.

Дейдре печально улыбнулась.

– Я не знаю, как заставить его меня полюбить. Я думаю, он хочет, чтобы его жена была милой и сговорчивой. Похожей на Фиби.

– Тсс, – поморщив нос, сказал Лементье. – Вы не можете заставить мужчину полюбить вас. Все, что вы можете сделать, – это любить его. – Лементье встал и поправил манжеты. – Возможно, вы не так уступчивы и просты, миледи, но зато вы сильная. Вам пришлось стать сильной. В конце концов, чтобы выжить в одном доме с леди Тессой, нужно обладать железной волей! – Лементье по-отечески ласково смотрел на нее. – Попытка не пытка. Его светлость – хороший человек и не глупее многих. Он поймет.

Затем, отвесив ей вежливый поклон, Лементье удалился, оставив ее наедине с щедрыми подарками Колдера и надеждой в сердце.