В деревню за любовью - Наталья Сейнер

Чтобы не сказать лишнего, он отстранил Дашу:

– Нет смысла требовать у тебя того, чего нет. Например, чувств ко мне…

Саша круто развернулся и ушёл… И он тоже.

Даша плакала, собираясь на работу. Потом умылась, посмотрела в зеркало на опухшее лицо и опять разревелась. И когда напарница Лариска спросила: «В чём дело?», просто отрицательно помотала головой. Если скажет хоть слово, опять разразится потоп. Даша бездумно совершала однообразные движения: порционно отбирала тесто, раскатывала полоски, заворачивала сосиску: первый, второй, третий ряд сосисок в тесте готов. Они симметрично лежали на железном противне и ждали своей очереди «залезть» в разогретую печку…

Так сильно они поссорились в первый раз. Бывало, бубнили, злились друг на друга, даже не разговаривали минут десять-пятнадцать, но до крика и взаимных обвинений не доходило. Сколько они вместе? Год назад она также выворачивала плюшки здесь, в этой пекарне, а Саша ждал её дома. Потом у них случилась первая близость – такая необыкновенно прекрасная.

«Может, Саша прав, мы должны вместе решать проблему, а не разбегаться в разные стороны. Но с Лёшкой-то что случилось?» – волновалась женщина.

В тот день Даша ещё не понимала размеров стихийного бедствия, которое надвигалось на неё. Зазвонил телефон. Она взглянула на лупатый дисплей новенького «Самсунга»: звонила Алёшкина учительница математики. Даша наспех вытерла испачканные в муке руки.

– Да?

– Дарья Сергеевна, здравствуйте.

– Здравствуйте.

– А почему Алексея нет на подготовительных занятиях? Послезавтра экзамен.

– Как нет? – Дашино сердце провалилось куда-то в подземелье жаркой пекарни.

– Вы не знаете, где он?

– Ушёл. Рано.

Больше Даша ничего не знала. С этой минуты она забыла о Саше, об их ссоре.

– Мам, – набрала она знакомый номер, – Алексей не у вас?

Рабочий день ещё никогда не был таким длинным. Вечером, когда Даша вернулась, она уже не злилась, что сын прогулял школу, лишь бы он был жив, здоров и дома. Лёшка спал на своей кровати, одетый, источая знакомые до ужаса спиртовые ароматы…

Вот чего Александр совсем не ожидал, так это визита дочери.

– Привет, пап. Я вернулась, – радостно сообщила она, появившись вечером на пороге его квартиры, – пустишь?

Она настороженно всматривалась в его лицо.

– Ой, как повзрослела, похорошела! Нам с тобой надо о многом поговорить, – улыбнулся Саша и сгрёб любимое создание в объятия. Как же он соскучился! Отец ожидал рассказа о её приключениях, но дочь больше расспрашивала, чем говорила сама, и придирчиво рассматривала папу.

Саша спросил:

– Где ты была всё это время?

«Ничего не знает», – выдохнула Яна.

– Когда-нибудь я тебе обязательно всё расскажу, но не сегодня, о.к.? Я так рада тебя видеть! – дочь улыбнулась так искренне радостно, что даже в комнате стало светлее и уютнее, и опять полезла к отцу обниматься. Как она выдержала без него все эти месяцы? – Как у тебя дела? Как твоя…

– Даша, – подсказал отец.

– Я думаю, что готова с ней познакомиться, – ворковала дочь.

Саша был удивлён:

– С чего бы это?

– Повзрослела, – добродушно щебетала дочь. Она старалась выглядеть беззаботной и счастливой.

«Кому я обязан этой переменой?» – думал Александр.

– Договорились. Как только Даша приедет в Москву, я вас представлю друг другу.

Саша не хотел думать, что между ним и Дашей всё кончено. Просто небольшое недоразумение, которое со временем разрешится.

Весь вечер отец и дочь провели вместе. Яна не могла себе отказать в этом удовольствии. Как же хорошо! Они опять вдвоём: папа и дочь, а весь мир с людьми и проблемами остался где-то за порогом небольшой бабушкиной квартиры. Они болтали так, как будто и не было этого безумного года, который они провели порознь, не было ссор, непонимания.

Дочь осталась ночевать, и, когда она угомонилась в небольшой спальне, Саша набрал знакомый номер.

«Жизнь налаживается, – радовался Александр, – и с Дашей мы помиримся. И я познакомлю её с дочкой».

Яна вся напряглась, прислушиваясь к разговору. Но ничего не было слышно. Она надеялась хоть что-то понять, но тщетно. Ясность появилась после того, как папа замолчал. Он с силой оттолкнул небольшой кухонный стол, и тот поехал, неприятно скребя о неровную кухонную половую плитку.

«Вот она – ваша любовь», – злорадствовала девушка.

– Я не хочу его видеть в нашем доме, – Алексей повысил голос, – и не спрашивай меня почему…

Даша опять почувствовала неприятное пощипывание в глазах. Только бы не разреветься. В последнее время у неё это получалось лучше всего. Алексей абсолютно изменился, сдался: он не посещал подготовительные занятия, практически не бывал дома и, что хуже всего, – пил. Даша мучилась, отыскивая причину этого юношеского бунта…

Пришла Лена. Несмотря на холодность в их взаимоотношениях в последнее время, как только подруга узнала о неприятностях Алексея, тут же появилась на пороге.

– Чем я могу помочь?

Анька тоже крутилась рядом, забыв все «великие» обиды на сестру.

– Надо же какая стерва, – причитала она, – и Лёшка тоже хорош. Нашёл, из-за кого убиваться.

Лена выразительно посмотрела на Аню.

– О чём это ты? – Даша напряглась, встрепенулась, подняла на сестру красные, заплаканные глаза. Анька растерялась, поняла, что сболтнула лишнего, но было поздно. Да и надоело ей молчать. Просто не терпелось выложить сестре такие новости.

– Ты, как всегда, в курсе? Говори, что знаешь! – вцепилась в неё Даша.

Аня выложила всю информацию, которую собрала от деревенских сплетниц. Между прочим, она аж целых две недели терпела. За это время новости обросли впечатляющими подробностями и стали главной темой местных разговоров.

– У Лёшки роман случился с молодой учительницей английского. Говорят, даже очень бурный. Вроде как взаимно всё было. А перед последним звонком она, без объяснения причин и не говоря никому ни слова, уехала отсюда. Вот он и страдает… – выпалила Анька на одном дыхании.

Ничего себе! А Даша ничего и не подозревала. Любовь! Несчастная первая любовь!

Облегчения не наступило. Робкая надежда, что произошло глупое недоразумение и нужно немного времени и всё пройдёт, пропала.

Дни потянулись один за другим: одинаково тревожные, несчастные. Даша переживала за сына – он отказывался общаться с матерью, тосковала о Саше – пригласить его к себе, принимая во внимание Алёшкин ультиматум, она не решалась, и уехать в Москву и бросить сына – не могла. Парень так же целеустремленно, как раньше учился, сейчас «сливал» свои достижения: высокие баллы по ЕГЭ, на которые справедливо рассчитывали педагоги школы и Даша, остались в голубых мечтах. Родственники, друзья, учителя переживали, волновались, пытались как-то укротить Алексея, но тщетно.