SОS! Любовь! - Федерика Боско

– Не то чтобы меня так уж интересовал Риккардо, просто мне очень действует на нервы тот факт, что впервые в жизни у меня появилось что-то, чего нет у Барбары. Риккардо – мой друг, и я сама бросила его в ее анорексичные объятия. Теперь он сам на себя не похож, вот уже неделя, как они встречаются, он возвращается в четыре утра, больше не отпускает язвительных замечаний, стал каким-то томным. Не понимаю, что он в ней нашел!

– То же, что и все остальные. Красивая девушка, уверенная в себе, – знает, что нравится мужчинам, считает, что может получить все, что захочет. Но не думайте, что у нее выработан иммунитет к разочарованиям. Напротив, тот, у кого было трудное детство, имеет преимущество по сравнению с тем, кто не знал никаких забот, не знал боли. Человек вырастает и сталкивается с фрустрациями, ежедневно испытывает страдания. Такие, как Барбара, плохо переносят поражения, которые, поверьте мне, неизбежны.

– Вы хотите сказать, что это просто вопрос времени?

– Можно и так сказать.

Выходя от Фолли, чувствую прилив сил.

Я нагромоздила такую гору лжи, столько всего наплела и Фолли, и Риккардо, что уже запуталась и не помню, кому что сказала.

Настоящие обманщики должны иметь хорошую память.

Завтра утром мне придется выйти на работу, я и так проболела целую неделю. Мы много беседовали с Сарой, пытаясь понять, на ком собирается жениться Лоренцо. Вообще-то, кроме нас с сестрой, он ни с кем не встречался, и мне пришлось поклясться, что это не на мне он собирается жениться, коль скоро она поверила в «теорию заговора» и начала искать врагов везде, даже под собственной кроватью.

Решаю забежать в офис, чтобы оценить, сколько дел накопилось в мое отсутствие. Правда, в разгар лета работы не так много, но все-таки мне не хочется, чтоб на мое место взяли какую-нибудь восемнадцатилетнюю дурочку.

Когда я выпадаю из рабочего процесса, мне кажется, что жизнь движется вперед без моего участия, и я сразу чувствую себя бесполезной, отрезанной от мира.

Андреа в Удине, поэтому я решила, что обойдусь без макияжа. Я быстро устаю, тушь для ресниц просто выпадает из рук.

В конторе только доктор Салюцци, он собирается домой.

Улыбается мне, спрашивает, как я себя чувствую, и объявляет, что уходит в отпуск, хочет отправиться куда-нибудь на катере.

Весь офис в моем распоряжении, я могу заняться любимым делом – покрутиться на стуле.

Обожаю это дело – отталкиваюсь от стола и кружусь по всей комнате.

Привожу в порядок бумаги, делаю нужные копии и напоследок решаю заглянуть на минутку в кабинет Андреа.

Здесь, как всегда, бардак. Вот почему он звонит мне в день по десять раз: не может найти досье.

Фотография жены, как и прежде, стоит на столе, а почему, хотела бы я знать?! Надеюсь, это всего лишь то, что называется «сохранить видимость», но почему-то все равно чувствую укол ревности. Проблема в том, что воспоминания не стираются одним щелчком мыши и жену не выбросить из памяти нажатием команды «очистить корзину». Она рядом каждый день, в каждом его шаге, в каждом решении, в марке кофе, в мелочах выходного дня.

Надо бы перед уходом зайти в туалет. Только сажусь на унитаз, как слышу, что открывается входная дверь.

Должно быть, это уборщица, обычно она приходит вечером. Слышу позвякивание ключей и смех. Кажется, со мной уже такое было, но лучше не думать об этом. Смотрю на себя в зеркало – лоб покрылся капельками пота. Я выпила столько антибиотиков, что у меня упало давление, под глазами синие круги, на языке – белый налет. Просто жуть!

Сижу в туалете и жду, пока все затихнет.

Глубоко вздыхаю, в голове у меня крутится одна песенка, я пела ее в детстве всякий раз, когда меня в наказание оставляли в темной комнате. Только тогда страх не был таким реальным, как сейчас.