За дождём - Nadia Sim

Кассир немного растерялась, полистала вновь журнал.

— Нет, — замотала головой. — На сегодня в Санкт-Петербург только один просили оставить для Сергеевой Дарьи Павловны.

— Посмотрите, пожалуйста, для Фирсова Дениса Евгеньевича, — девушка облизала губы от волнения и закивала. — Мы вместе едем. Случилась неприятность, он забыл паспорт, и пришлось задержаться… Но он будет через час, — заулыбалась тревожно Дарья, так как испугалась, что билет для Дениса ей не отдадут.

Женщина снова полистала журнал, закусив сосредоточенно губу. И в опровержение покачала головой.

— Нет, девушка, такого точно нет. Я же говорю! На сегодня только один билет был оставлен по спецзаказу на проходящий до Санкт-Петербурга, — кассир в раздражении захлопнула журнал.

Дарья полностью потерялась в мыслях.

— Посмотрите ещё раз. Пожалуйста. Он сейчас приедет… — начала умолять Дарья.

— Ну что я работу свою не знаю? — запричитала женщина, вздохнув устало. — Девушка, не мешайте, за вами очередь уже.

Дарья оглянулась на людей у кассы, которые беспокойно наблюдали за происходящим.

— Извините…

Она вновь отошла от кассы, смотря на билет. В душе всё опускалось до предела.

Нет. Это какая-то ошибка!

Девушка смятенно забегала взглядом по помещению в поисках таксофона. Во внимание снова попали те двое сопровождающих.

Дарья задышала чаще…

«Всё неспроста…» — сглотнула ком в горле. Всей душой она чувствовала некий подвох от Дениса. Но только разум отказывался принимать это.

Дашка спешно прошла к таксофону, опустила монеты. Мобильный номер Дениса она помнила наизусть.

— Восемь… девять, два, один… — диктовала она себе вполголоса, закусила губу, пока слушала гудки.

Сердце не собиралось утихать, с каждым гудком лишь набирало ритм.

— Даша… — голос парня выдал большую тревогу.

— Денис… — вздохнула облегченно девушка.

— Дарëха, скажи, что всё хорошо и ты на вокзале, — панический тон Дениса приводил в волнение и Дарью.

Девушка облизала пересохшие губы и прикрыла на мгновение глаза, чтобы собраться мысленно.

— А ты скажи мне, что уже едешь следующей электричкой…

Молчание на том конце связи не внушало такой надежды Дарье.

— Динь, мне дали только один билет. Но это же ошибка?

Денис молчал. Дашка вновь закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Это же ошибка, Денис… Что происходит? — проговорила на выдохе.

— Нет… не ошибка, — отозвался он уныло. — Я хочу, чтобы ты уехала, Даш…

— А я хочу вернуться, заглянуть тебе в глаза и услышать правду, зачем провернул весь этот фарс с паспортом и не поехал со мной. Я возвращаюсь и никуда без тебя не поеду!

— Дашенька… мой милый, единственный, любимый, самый родной на свете человек! Выслушай меня… — голос Дениса сделался запредельно мучительным.

— Не хочу ничего слушать! — начала сокрушаться Дарья. — Я… я возвращаюсь ближайшей электричкой. И ты мне всё расскажешь, что случилось.

— Напрасно, Даш! Меня здесь уже не будет, — выпалил вердикт он жёстко.

Теперь молчала Дарья, она просто не могла принять то, что слышит.

— Дарëха, у меня нет столько времени. Прошу тебя, уезжай… Услышь меня и поверь… это самый правильный выход!

— Денис, что бы ни случилось, я хочу быть рядом… Мы вместе через всё пройдём, — запротестовала Дарья безнадежно.

— Нельзя тебе сюда возвращаться, нельзя быть рядом со мной… С тебя хватит.

По щекам Дарьи скатились слезинки, она подавляла всеми силами тот слезный пузырь, что подкатил к горлу.

— Не имеешь права решать за меня…

— Имею… И решил.

— Не имеешь права оставить меня одну…

— Ты не одна, Дашуль… Под сердцем носишь то самое бесценное, что могла подарить нам жизнь. Ты сильнее… И взрослее всех нас, тех, кто тебя окружал. Поэтому я доверяю и не сомневаюсь, что справишься без меня.

— Что ты делаешь, Денис… — Дарья была на грани, слезы уже струились по щекам. — Нет ничего, что может разлучить нас. Ты же понимаешь, что я никуда без тебя не поеду.

— Поедешь, Дареха. Сейчас ты плачешь, знаю… Но потом возненавидишь меня, что, конечно же, справедливо… Уезжай, Дашка!

— Ты что же? Вроде как… бросаешь меня? — желчно ухмыльнулась девушка.

— Если тебе это поможет, то – да! — Дарья слышала, как Денису тяжело давался их телефонный разговор.

— Ну и где же ты будешь, если не со мной, а? Динь? — слёзно усмехнулась Дашка.

— Не выясняй. Уезжай и всё! Обо мне не думай! Дашенька, пообещай… Пообещай, что будешь беречь себя… — голос Дениса с каждым словом утихал. Действовал на разрыв души.

— Не могу в голове уложить, что это сейчас происходит наяву! Не смей так поступать со мной! Не смей бросать! Не смей брать обещаний! Как гад последний! — Дарья пронзительно закричала, но это была безысходность. — Никуда я не поеду!

На таксофоне заморгала лампочка, а значит разговор скоро закончится. И Денис, видимо, также больше не мог разговаривать. На заднем плане послышались громкие разговоры.

— Поедешь! Времени нет больше, Дашуль. Слушай внимательно, — ускоренно заговорил Денис. — Там тебя должен встретить человек. Он поможет тебе обустроиться. В боковом кармане сумки найдешь деньги, которые позволят тебе жить несколько лет ни в чем не нуждаясь.

Но Дарья пропускала мимо ушей часть сказанных им слов. Она шмыгала носом и старалась привести себя в здравый ум.

— Фирсов… я никогда тебе этого не прощу! Как ты посмел! Так избавиться от меня, кидая на произвол судьбы… одну в большом городе, считая, что это лучший выход, — Дарья надрывно глушила плач полный страдания. — Я же беременна… — провопила она тоненьким голосом.

Лампочка на таксофоне заморгала интенсивнее.

— Никуда я не поеду. И пусть это будет на твоей совести! Я же люблю тебя, Денис… И любила всю свою жизнь рядом с тобой!

Дарья продолжала говорить и говорить, пока не осознала, что выговаривает всё длинному гудку в трубке.

— Как ты мог… мы же выросли вместе, — беспощадное рыдание захлестнуло. Девушка вела диалог с пустотой, безудержно всхлипывая.

Дрожащей рукой она вновь достала монеты. Опустила в разъем таксофона.

— Восемь… девять, два, один… — тихий голос утопал в слезах, во влажном взгляде все расплывалось. Раз за разом она набирала номер.

Только вместо гудков раздавался противный тональный звук: «Номер абонента недоступен».

ГЛАВА 30

Дарья в бессильном помутнении добрела до туалетной комнаты на вокзале,