Влюбленный воин - Хизер Гротхаус

— Ты лжешь! — прошептала Эллора.

— Нет, не лгу! — Минерва пристально смотрела на Эллору, и, казалось, ее взгляд прожигал леди насквозь.

— Довольно! — закричал Тристан. — Уведи ее, Баррет! Я же приказал!

— Но почему? — Хейд повернулась к Тристану: — Ведь я сказала тебе правду! Именно я сообщила Дональду о твоих гонцах к Вильгельму! В темницу следует заключить меня, а не Эллору!

— Очень хорошо, — кивнул Тристан. — Баррет, уведи также и леди Хейд. Но запри их в разных темницах, чтобы они не убили друг друга.

— Милорд, но как же?.. — Баррет в недоумении уставился на Тристана.

— Выполняй, шериф!

Баррет кивнул и поднял Эллору с пола. Хейд же сама протянула шерифу руку. Прежде чем скрыться за дверью, она обернулась и проговорила:

— Мне очень жаль, Тристан. Я пыталась тебе объяснить…

Когда они ушли, Минерва повернулась к Тристану и, кивнув на пергамент в его руке, спросила:

— Уже знаешь ответ?

— Нет, не успел прочесть. — Он вздохнул и пробормотал: — Но Хейд ни в чем не виновата, верно?

Минерва печально усмехнулась в ответ.

— Нет, конечно, не виновата. Сообщишь, что ответил король?

— Да, разумеется.

— Тогда я пойду. — Уходя, Минерва бросила взгляд на дверь под аркой, ведущую в подземелье. Сокрушенно покачав головой, старуха вышла из зала.

Тристан подошел к столу и с вздохом опустился на стул. Сломав печать Вильгельма на пергаменте, он развернул листок и принялся читать.

«Приветствую тебя, лорд Тристан! Я получил твою петицию, касающуюся твоего желания расторгнуть помолвку с леди Солейберт. Должен сообщить тебе, что послание лорда Найджела из Сикреста опередило твое. Он сообщил мне о твоем поведении по отношению к людям из Гринли и об отказе от его падчерицы, а также о твоем нежелании признать в нем равного тебе по положению. Мы хорошо знаем, друг друга, лорд Тристан, и мы вместе с тобой сражались множество раз. Я считаю тебя другом и верным вассалом, и я всегда питал к тебе величайшее уважение. Именно по этой причине и с величайшим огорчением я отказываюсь удовлетворить твою просьбу. Ты должен знать, что главная моя цель — объединение всех английских лордов. Потому и тебе надлежит стремиться к тому же. Поэтому запомни: мое желание создать союз между Сикрестом и Гринли остается нерушимым.

И если ты не представишь убедительных доводов в пользу того, чтобы расторгнуть помолвку, то мое решение не изменится. Ослушание же навлечет на тебя мой гнев и наказание, хотя мне это будет чрезвычайно неприятно.

Я так понимаю, что леди Хейд сейчас находится в Гринли. Пока ты не связал себя брачными узами, это вполне приемлемо, но после свадьбы она вернется к своему опекуну в Сикрест. Выполни свой долг, как того требует твоя честь. Если ты последуешь моему совету, недовольство твоих людей уляжется, а твоя честь будет восстановлена в моих глазах.

Вильгельм».

— Черт возьми! — Тристан ударил кулаком по столу. — Черт бы побрал этого Найджела!

Ответ Вильгельма был предельно ясен: «Выполняй мой приказ, иначе отберу у тебя Гринли». Но еще больше, чем приказ Вильгельма, злила гнусная ложь Найджела. Этот негодяй опередил его и настроил короля так, как ему было выгодно. Более того, Найджел намеревался в ближайшее время заполучить Хейд.

Мысль о том, что его пылкая фея может оказаться в постели этого мерзавца, а потом начнет разбухать, когда будет носить младенца, вызывала у Тристана тошноту. И ужасала.

Однако слово Вильгельма было окончательным, и опасность потерять Хейд казалась очень даже реальной. К тому же исчез его верный друг Фаро…

Тристан резким движением отшвырнул письмо Вильгельма на середину стола. Затем откинулся на спинку стула и глубоко задумался. «Как же остановить Найджела? Как помешать ему?» — спрашивал он себя.

Внезапно, дверь отворилась, и в зале появился Баррет. Приблизившись к столу, он сообщил:

— Обе леди надежно заперты, милорд. Чем еще я могу быть вам полезен?

Тристан почувствовал, что шериф очень не одобряет его поступок, и от этого его уважение к Баррету только возросло.

— Сядь, Баррет. — Тристан указал на соседний стул. Какое-то время он размышлял, потом спросил: — Ты уже слышал об исчезновении Фаро?

— Да. — Баррет кивнул косматой головой. — Все говорят об этом.

Тристан снова задумался, потом вновь заговорил:

— Видишь ли, Баррет, я знаю Фаро Такана более десяти лет. Он мне как брат. И я уверен, что он не покинул наших людей, не оставив мне послания с объяснением своих намерений.

— И что же, по-вашему, случилось? — спросил великан.

— По правде говоря, ума не приложу. Я мог бы обвинить Найджела, потому что вижу в нем источник многих моих бед. Но в данном случае, мне кажется, причина совсем другая.

— Да, верно, — кивнул шериф. Похищение Фаро едва ли принесло бы пользу этому трусу.

Тристан взглянул на пергамент, лежавший на столе, и в задумчивости пробормотал:

— Возможно, исчезновение Фаро как-то связано с ответом короля.

Баррет почесал в затылке и спросил:

— Вильгельм был не очень благосклонен к вашей просьбе, милорд?

— Как мы и опасались, — ответил Тристан с вздохом. — Найджел опутал его своей ложью и откровенной клеветой, чтобы обеспечить не только мое падение, но и возвращение леди Хейд в Сикрест.

— Вы этого не допустите, милорд, — решительно заявил Баррет. — А Вильгельм… Он должен прислушаться к голосу разума.

— И прислушается! — воскликнул Тристан. — Вильгельм тверд в своем решении, но он непременно его изменит, когда получит доказательства бесчинств Найджела.

— Если так, то он мудрый король, — заметил шериф. — Но что же делать сейчас, милорд?

— Я должен ехать в Лондон, чтобы встретиться с Вильгельмом лично, — заявил Тристан. — Возможно, мне удастся узнать что-нибудь о Фаро.

— Конечно, милорд. Когда мы выезжаем? — Нет, мой добрый шериф. Я поеду один.

— Но это слишком опасное путешествие, милорд, чтобы совершить его в одиночку. По пути в Лондон вам придется проехать мимо Сикреста.

— Да, верно, — кивнул Тристан. — Но один я смогу ехать быстрее и буду меньше привлекать к себе внимание. К тому же ты мне нужен здесь. Раз нет Фаро, вся тяжесть ответственности за Гринли ложится на тебя.

— Я не подведу тебя, милорд, — торжественно заявил Баррет. — За время твоего отсутствия никто не проникнет за эти стены.

— И никто не должен уехать отсюда, — добавил Тристан. — Я не знаю, кого использовала Эллора в качестве посланцев в Сикрест, но мы не можем рисковать, пока это не выяснится. Сохранить в тайне мое отсутствие будет едва ли возможно, и я уверен: как только предательница узнает, что я отправился к Вильгельму, она непременно сообщит об этом Найджелу.