Алая сова Инсолье 2 - Ива Лебедева

Муж мерно читал какое-то заклинание, а я почувствовала, как то место под повязкой, где когда-то были мои глаза, начало жечь. И жгло с каждой секундой все сильнее и сильнее. Так жгло, что я в какой-то момент не выдержала и отчаянно закричала, вцепившись пальцами в ткань и стараясь ее сорвать. Мельком почувствовала, что повязка промокла. И кровью запахло гораздо сильнее, чем прежде. Это моя? Что… что происходит? Больно!

Было так больно, что еще секунда — и я потеряла сознание.

— Элле! Элле! — странная какофония голосов слышалась где-то там, далеко, за гранью сознания. Нет, не Элле. Это было другое имя. Кто-то звал меня тем, уже забытым мной именем.

— Алла! — вот теперь я услышала четко. И темнота перед глазами резко превратилась в ослепительно-белый свет, отчего мне пришлось зажмуриться. Стоп! Зажмуриться? Я… вижу свет?

— Здравствуй, Алла. У вас ведь… так говорят? — обратился ко мне неуверенный женский голос. Я слегка приоткрыла глаза и снова едва не застонала от обилия света. Но только теперь в этом белом мареве было одно большое красное пятно. Кажется, передо мной стояла девушка в длинном ярко-алом платье в пол. Я не могла разглядеть черты ее лица, для меня достаточно было одного этого… красного цвета. Эх, как же долго я не видела настоящего, а не придуманного собственным мозгом и чужой магией цвета! Как долго!

Но… все так, где это я? Неужели умерла? А как же Инсолье? Как же Паоло? Неужели мужчины баюкают мое мертвое тело?!

— Нет, ты не умерла. Пока, — вздохнув, сказала девушка в алом. — Но только тебе решать, куда ты хочешь вернуться. В твое тело, которому одиннадцать, чтобы счастливо прожить заново жизнь здоровой, со своими друзьями, родителями, в своем мире, или же остаться ведьмой со странными способностями в диком и не очень безопасном месте.

— Мне… решать? — Я все еще не понимала, что происходит.

— Это заклинание позволяет вернуть утраченное. Любое утраченное, понимаешь, Алла? Ты ведь потеряла многое и не один раз. Так что именно ты хочешь вернуть? Свою собственную жизнь и семью или чужие глаза? — Голос девушки звенел, как чистый ручей. Но вот содержание этой хрустальной песни мне уже начинало не нравиться.

— Почему… чужие?

— Потому что это не твое тело и не твой мир.

— А что будет, если я решу вернуться домой? — очень осторожно спросила я, уже предчувствуя подвох.

— Ты забудешь все, что с тобой произошло, и начнешь жить заново. Просто пожара в твоем доме не случится. Будешь жить, расти как нормальный ребенок вашего уютного мирка.

— Я забуду все? А… Инсолье?

— Похоронит тело и будет жить дальше там, где ему предназначено судьбой. Это его наказание за попытку отомстить невиновным и убийство непричастных.

— Нет, я не согласна. Я хочу к моему мужу. — Голос прозвучал слабо, но твердо.

— Ты уверена? А как же твои родители? Разве они заслужили новое горе? Хоронить дочь, которую сбила машина, это очень больно и горько для пожилых людей. Они ведь так старались, так любили тебя. Не бросили даже после того, как ты стала инвалидом, старались вырастить, окружить заботой и теплом. Ты — их смысл жизни.

У меня внутри все скрутилось в узел от ужаса перед выбором. Как же так? Мама… папа… но… подождите-ка. Погодите!

— Ты врешь. Зачем ты врешь? Моих родителей уже нет в живых там, откуда я пришла! — практически прокричала я в пространство.

— Все же вспомнила, — вздохнула девушка в алом. — Но есть ведь те, чья маленькая одиннадцатилетняя девочка пострадала при пожаре. Они так и не простили себе той театральной премьеры, ради которой оставили ребенка дома одного. Разве ты не хочешь им помочь и убрать эту трагедию из их жизни?

— Ты… ты ведь… Имран, так? — вдруг поняла я, смотря на девушку в алом платье. И как только это имя было сказано вслух, образ передо мной стал четче. Лицо девушки прояснилось, и я впервые увидела новую себя. Так вот как я выгляжу в этом мире.

Глава 45

Инсолье

— Живая! — снова проверил я чужой пульс и дыхание. Наверное, уже десятый раз за эти пару минут. — Но почему не просыпается?!

Нервная трясучка заставляла пальцы неуверенно дергаться. Но я снова и снова касался тонкого запястья, прислушиваясь к биению самого нужного в этом мире сердца.

— Может, для исцеления нужно какое-то время? И заклинание вырубает желающего, чтобы у него не было болевого шока от отрастающих «утраченных» вещей, — резонно предположил Паоло.

Но я все равно чувствовал сильное беспокойство. Что-то было не так!

— Да какое время! Где эта дурацкая книга?! Где этот дурацкий темный брат, я ему второй раз отчекрыжу башку, теперь настоящую! Не мог предупредить?!

— А ему откуда знать? — попытался вступиться за командира бледный и на самом деле такой же перепуганный, как и я, Паоло.

— Да уж найдется откуда! — не желал ничего слушать я. — Этот жук знает гораздо больше, чем говорит, скотина! Что же делать-то? И кровь все еще течет из глаз. Почему ты не даешь мне снять с нее повязку?!

— Мне кажется, пока нельзя. — Паоло нервно перебирал какие-то травки в котелке и смотрел на Элле с не меньшей надеждой, чем я. Потом вздохнул и принялся меня увещевать: — И… даже если что-то не так. Разве мы можем теперь уже что-то изменить? Повязку в алой воде мы уже смочили и приложили, как было написано в книге. Остается только ждать.

— Этого мало! Можем изменить! Наложи на нее исцеляющее!

— А если я нарушу им процесс восстановления? Ведь от заклинания исцеления все снова заживет до состояния слепоты!

Пока мы спорили, под рукой неслышной пушистой тенью скользнула Кошка, запрыгнула на грудь лежащей девушки и коротко уркнула на меня, когда я попытался ее погнать. Клыки показала! Ничего себе!

Кошка тем временем тщательно обнюхала лицо моей жены, слизнула каплю крови с ее щеки и улеглась Элле на грудь, подвернув лапки. Замурлыкала, громко, на всю пещеру.

— Вот видишь? — невоспитанно ткнул в нее пальцем паладин и посмотрел на меня так, словно я должен что-то особенное понять из кошачьего поведения.

— Да что вижу-то?!

— Она спокойна. Значит, с Имран все в порядке. Смотри. Хрюша тоже не волнуется, наоборот, разумно подкрепляет силы перед новыми испытаниями, бери пример с него, —