Любовь рыцаря - Аманда Скотт

Усилием воли заставляя себя не отводить взгляд от Майкла, Изобел продолжила:

– Мариота уже была на вершине холма и Кристина тоже, когда я подъехала к ним.

Майкл нахмурился:

– Так вы ехали не вместе?

– Нет, я следовала за ними.

– Вот как? – Майкл усмехнулся. – Как я погляжу, уже в двенадцать лет ты любила во всем поступать по-своему.

– Да, иногда. Послушай, Майкл, – Изобел поморщилась, – не надо меня перебивать, мне и так трудно рассказывать об этом, поверь…

– Хорошо, не буду. – Тон Майкла был дружеским, но Изобел чувствовала, что ему не терпится узнать подробности.

Закрыв глаза, словно не желая видеть реакцию Майкла, который наверняка пришел бы в ужас от того, что она собирается произнести, Изобел снова вернулась к своему рассказу:

– Мариота пригрозила, что бросится с утеса, а когда Кристина попыталась ее образумить, она попробовала столкнуть ее.

– И каким же образом в это оказалась вовлечена ты?

– Мариота шепнула мне о том, что собирается сделать, а я сказала Кристине. Вот почему Кристина поехала за ней.

– Разумеется, Кристина – самая старшая из вас, но не лучше ли было сказать об этом Гектору?

– Я тогда испугалась, и, как оказалось, не напрасно. Когда я приехала, Мариота пыталась заставить Кристину встать вместе с ней на край обрыва. Я поняла, что что-то здесь нечисто, и крикнула Кристине, чтобы она не делала этого, но… Понимаешь, Кристина всегда была лучшего мнения о людях, в особенности о Мариоте, потому что любила ее. Она велела мне замолчать и встала рядом с сестрой. Тогда я спрыгнула с пони и побежала к ним, но они не обращали на меня внимания, потому что Мариота хотела втянуть Кристину в то, что делала сама, а та пыталась уговорить ее вернуться домой. Затем Мариота схватила ее и попыталась столкнуть со скалы. Я тоже схватила Кристину и стала оттаскивать ее от Мариоты, но та держала ее крепко и не отпускала. Тогда я толкнула Мариоту, и… – Слезы душили Изобел, не позволяя продолжить.

– И вы с ней свалились с обрыва. – Изобел молчала.

– Ну же, продолжай! – Голос Майкла был странно хриплым.

– Так вот, Кристина пыталась вытащить нас, но могла дотянуться лишь до меня. Как только Мариота поняла это, она… – Изобел снова запнулась.

– Что она?

– О, Майкл, она схватила меня за ногу и пыталась вскарабкаться по мне, а я… Я столкнула ее, и она упала. – Рыдания сотрясли тело Изобел, и Майкл, прижав ее к себе, держал, не отпуская, пока рыдания не перешли в слабые всхлипывания.

– Поплачь, поплачь, родная! Не стесняйся – тебе сейчас нужно выплакаться…

При этих словах слезы Изобел, напротив, внезапно прекратились, а уже через пару минут она могла говорить совершенно спокойно. Все это время Майкл нежно гладил ее волосы, и его прикосновение успокаивало Изобел, пока она совсем не размякла в его руках.

– Теперь тебе лучше? – ласково спросил он.

– Да, – прошептала Изобел. – Сама не понимаю, почему я вдруг потеряла контроль над собой. Кажется, я не плакала так сильно, даже когда она умерла!

– Тебе кажется, что, толкнув ее, ты стала причиной смерти сестры?

Горло Изобел перехватил новый спазм. А разве не она виновна в том, что тогда произошло? Просто до этого момента даже для самой себя она не формулировала это так откровенно, как сделал сейчас Майкл.

– Я никогда никому подробно не рассказывала об этом. – Изобел всхлипнула. – Тогда пришел Гектор и спас меня, потому что у Кристины оставались силы только на то, чтобы держать меня. По правде сказать, когда опасность падения миновала, мы с Гектором беспокоились больше всего о ней. Что до Мариоты… теперь ты все знаешь о ее смерти. Она действительно была сумасшедшей!

– А ты уже в двенадцать лет была такой же храброй, как и сейчас. Если наши дети унаследуют твою храбрость, я буду счастлив!

Сердце Изобел екнуло, и она пристально посмотрела в глаза Майкла, пытаясь понять, действительно ли он так думает, или говорит это из вежливости. А может быть, это гордость не позволяет ему отвергнуть Изобел сразу же после свадьбы?

Майкл также пристально посмотрел на Изобел, затем наклонил голову и поцеловал ее в губы. Сначала это был просто нежный, успокаивающий поцелуй, но с каждым новым мгновением он становился все требовательнее.

В конце концов Изобел отпрянула от него.

– Мариота действительно была сумасшедшей! – повторила она.

– Не думаю. – Майкл пожал плечами. – Скорее, ее просто чересчур много баловали и она привыкла к тому, что все ее желания немедленно исполняются. Но даже если она сумасшедшая, кроме нее, у тебя ведь шесть сестер и целая куча родственников. Среди них есть еще сумасшедшие?

– Из тех, кого знаю, – нет, – призналась Изобел. – Но если это есть в нашей семье, я не хочу, чтобы что-то могло проявиться в одном из твоих потомков.

– Чему быть, того не миновать! – Майкл покачал головой. – К тому же ты еще не встречалась с Генри. Вот кто настоящий сумасшедший!

– Думаю, не такой уж он и сумасшедший – иначе его не выбрали бы в принцы. А вот наши дети…

– Наши дети унаследуют твои ум и смелость. Эти два качества, я думаю, способны перебить любую плохую наследственность!

– Ты правда в этом уверен?

– Правда. А теперь, крошка…

Три резких стука в дверь прервали его слова, заставив обоих вздрогнуть.

– Течение повернулось в нашу пользу, – раздался из-за двери громовой голос Гектора. – Поторапливайтесь, голубки, если рассчитываете быть с нами, когда мы встретим врагов!

– Хорошо, мы поторопимся, – нехотя откликнулся Майкл.

– Подожди, Майкл, – обеспокоенно прошептала Изобел, – мы не можем управиться так скоро! Я понимаю, это моя вина…

Приложив палец к ее губам, Майкл заставил Изобел замолчать.

– Я не собираюсь скреплять свой брак поспешным совокуплением! – заявил он. – Если спешить, тебе будет больно, а я хочу, чтобы моей жене это понравилось!

– Но что тогда мы им скажем? У меня заплаканный вид… они наверняка заподозрят – что-то не так…

– Пожалуй, – согласился Майкл. – Обвинять в этом будут меня. Об одном прошу, Изобел, – не рассказывай им, о чем мы здесь с тобой говорили. Твоя сестра, разумеется, спросит, все ли прошло хорошо; скажи ей, что да, и она не станет задавать лишних вопросов. Ты скоро убедишься, что для замужней женщины существует по крайней мере одно преимущество – никто не пристает к ней с вопросами.

Изобел слабо верилось в это: ее сестры не останавливались ни перед чем, лишь бы вытянуть из нее всю подноготную. Вряд ли они переменятся из одного лишь уважения к ее новому положению. Впрочем, думать об этом сейчас не время. Изобел поднялась с постели и потянулась за одеждой, но вдруг застыла в нерешительности, и Майкл, заметив это, бросил ей рубашку: