Что это за игра? - Дженнифер Доусон

Грейси подняла руки.

– Минуточку, минуточку. Прежде чем я соглашусь, я должна знать, во что я ввязываюсь, потому что я не большая поклонница фантастики и терпеть не могу сериал «Звездный путь».

Джеймс посмотрел на нее с притворным ужасом.

– Ты не любишь «Звездный путь»?

– Да, по-моему, это ужасный фильм. – На лицо Грейси набежала тень. – Мой папа смотрел его по воскресеньям. Я имею в виду старые серии.

Джеймс осознал, что до сих пор ни разу не слышал, чтобы Грейси упоминала отца, хотя он знал, что ее мать умерла от рака груди и что Грейси ухаживала за ней во время болезни. Было ясно, что ее воспоминание об отце не относилось к числу приятных, но поскольку с ними был Деклан, Джеймс не стал развивать эту тему.

– «Доктор Кто» намного лучше.

– Про что этот сериал?

Джеймс еще и рот не успел открыть, как Деклан быстро ответил:

– Доктор путешествует во времени и пространстве в синей полицейской будке и спасает Вселенную.

– Хм, звучит… занятно.

Грейси улыбнулась.

– По-моему, ты ее не убедил, – сказал Джеймс.

– Давайте посмотрим одну серию, только чтобы ее убедить, – предложил Деклан.

Грейси подняла один палец.

– Ну хорошо. Одну.

Джеймс поскреб рукой подбородок, окидывая Грейси оценивающим взглядом с ног до головы.

– Как ты думаешь, какую серию лучше?

– «Мгновение»? – предложил Деклан.

Он откинулся на спинку стула и подражал жестам старшего кузена. Джеймс сдержал улыбку.

– Хорошая серия, интересная и страшная. А как насчет «Полночи»? – спросил Джеймс.

Деклан кивнул.

– Тоже хорошая. И ее можно смотреть отдельно от других.

– До Рождества осталось пара месяцев, может, посмотрим «Рождественскую песню»? – предложил Джеймс.

Грейси просияла, она явно получала от этого разговора удовольствие.

– Это не самая моя любимая серия, – сказал Деклан. – Может, лучше «Человеческую природу»?

Джеймс внимательно смотрел на Грейси.

– Или можно выбрать классический вариант, «Далек».

Грейси заморгала и покачала головой.

– Ты что, знаешь по названиям все серии?

Деклан посмотрел на нее озадаченным взглядом, как будто она задала самый странный вопрос на свете.

– Ну да.

– Понятно, – медленно проговорила Грейси. Она перевела взгляд на Джеймса, и ее губы чуть дрогнули. – А ты?

– Естественно, – ответил он самым серьезным тоном.

– Какие бы мы были фанаты, если бы не знали названия серий?

Грейси покачала головой.

– Теперь понятно, почему у тебя такая футболка.

Джеймс усмехнулся.

– Должен признаться, что у меня такая даже не одна.

Грейси показала рукой, в которой держала чашку, на синюю винтажную футболку, подаренную Джеймсу бывшим студентом. Надпись на футболке гласила: «Бойся Профессора».

– Я вижу, ты сегодня в не том бренде.

– Мне нравится удивлять.

Грейси замотала головой, так что кудряшки в ее конском хвостике закрутились.

– Ну, расскажи, почему все-таки ты решил стать антропологом?

– Судебным антропологом, – поправил ее Джеймс.

Грейси наморщила носик.

– Какая разница?

– Мертвецы, – услужливо подсказал Деклан. – Он изучает мертвых людей.

Грейси заморгала, взмахивая длинными ресницами.

– Почему ты захотел преподавать это?

Кажется, она впервые искренне заинтересовалась его работой и проявила при этом что-то другое, кроме презрения. Прогресс.

– Я не только преподаю. Я еще и много консультирую.

– Кого?

Джеймс пожал плечами.

– Полицию Чикаго, ФБР, военных.

– Он работал даже для ЦРУ, – вставил Деклан звенящим от возбуждения голосом.

Кузен простил Джеймсу его работу, связанную с трупами, когда дело дошло до шпионажа. Хотя нельзя сказать, что он делал для ЦРУ что-то хоть сколько-нибудь экзотическое.

На лице Грейси отразилось удивление.

– В самом деле?

– В самом деле, – подтвердил Джеймс.

Неужели она и впрямь немного впечатлена?

– Но почему ты выбрал эту область? – спросила она.

– Она казалась мне интересной. А после смерти моего отца я чувствовал своего рода удовлетворение, когда помогал людям, потерявшим близких, обретать чувство завершенности.

Отец Джеймса не был убит, но умер он совершенно внезапно, и Джеймсу после его смерти пришлось туго. Он провел много ночей, прокручивая в памяти последний разговор с отцом и жалея, что не может вернуться в прошлое и сказать ему что-нибудь важное. Их разговор не был о чем-то конкретном. Они обсуждали тест, который Джеймсу предстояло в этот день сдавать в школе. Отец торопил его, чтобы он не опоздал в школу. Джеймс даже не обнял его на прощанье. Да и с чего бы ему его обнимать? Он был подростком. Как он мог предположить, что видит отца в последний раз?

В колледже Джеймс выбрал основным предметом медицину. Не потому, что хотел стать врачом, а потому, что ему хотелось заниматься наукой и он не знал, что еще может дать ему эту возможность. Он стал ходить на занятия по судебно-медицинской экспертизе, и ему пришло в голову, что, должно быть, ужасно, когда член семьи пропадает и никто не знает, что с ним случилось. Вскоре после этого он сменил основной предмет, а остальное – уже история.

Грейси выпрямилась на стуле, скрестила руки и положила их перед собой на стол.

– Ну и ну, ты полон сюрпризов.

– Грейси, это никогда не было тайной.

Джеймс опустил взгляд на ее рот. Она прикусила нижнюю губу.

– Какие у нас планы на остальную часть дня?

Джеймс улыбнулся. Ему стало нравиться заставать Грейси врасплох.

– Я подумал, что мы можем поехать в «Экстрим», заняться скалолазанием и поиграть в лазерный бой.

– Скалолазание и лазерный бой? – медленно переспросила Грейси, тщательно выговаривая слова.

– Да, я подумал, это будет интересно.

Джеймсу нравилось заниматься с Декланом разными вещами, и он думал, что после поедания сосиски и картошки, жаренной на утином жире, самое время подвигаться. Грейси прищурилась и посмотрела на него с подозрением.

– Это что, такой хитрый способ заставить меня заниматься физкультурой?