Любовь и честь - Рэдклифф

– Как насчет содержимого конверта? Там может быть конфиденциальная информация, – заметила Кэмерон.

– Его не волнует, что там внутри. Его заботит только то, что находится на конверте. Отпечатки пальцев, волокна, пот и другие следы. На него производит впечатление только это. Если внутри фотография, похожая на ту, что Вы дали мне вчера, он даже не заметит ее содержания.

– Он обнаружил что-нибудь на ней? – спросила Кэмерон. Это был первый удобный случай, когда она имела возможность спросить о той фотографии.

Савард покачала головой.

– Нет. Поэтому я и не стала звонить вам, когда узнала о результатах экспертизы. Вы уже уехали из Вашингтона на тот момент, и я посчитала, что это может подождать. Это копия. Вероятно, отсканированная. Оригинал на компьютере. Это распечатка не с негатива фотопленки.

– Что означает, – размышляла Кэмерон, – что эта копия, возможно, была сделана кем-то, у кого не было доступа к оригинальному файлу на компьютере.

– Или кем-то, кто сильно торопился, – добавила Старк. – Если бы Вам попалась информация, к которой у Вас нет допуска, в первую очередь Вы сделали бы копии.

– Может быть.

– Вы хотите сказать, что это не должно было к нам попасть? – спросила Блэр.

– Возможно, мы смотрим на ситуацию не с той стороны, – рассуждала вслух Кэмерон. – Может быть, эти послания не угроза, а предостережение.

– Предостережение? Вы имеете в виду, что кто-то пытается сказать нам, что за нами… следят?

Кэмерон кивнула.

– Возможно, это дружественное послание.

– Почему же тогда я не чувствую себя спокойно? – сказала Блэр саркастически.

– Вы правы, – вздохнув, согласилась Кэмерон. – Возможно, как только мы увидим то, что находится в конверте, что-то прояснится.

Через тридцать минут вернулся Сэмми и вручил Савард конверт. Содержимое, по всей видимости, находилось внутри.

– Я сделал предварительный осмотр, который показал то же самое, что и в прошлый раз – то есть ровным счетом ничего. Кто бы ни послал это, он знал, что делает. Отпечатков нет, отличительных признаков на бумаге тоже нет, распечатано на струйном принтере. На том же самом, что и в прошлый раз.

– Вы можете точно определить принтер? – спросила Старк.

Сэмми посмотрел на нее, затем на Блэр, сидящую рядом, и быстро отвел взгляд. Если молодой человек и узнал ее, то не показал этого. Он вновь повернулся к Савард, так как разговаривать с ней ему было комфортнее всего.

– Я проанализировал пиксельную структуру еще на первой распечатке. Это фотопринтер Epson. У нас стоит такой же внизу в холле. Стандартный выбор государственных учреждений, а также большинства издательств и почти всех фирм, делающих высококачественные фотокопии.

– Если бы у Вас был образец, распечатанный на таком принтере, Вы могли бы сопоставить их? – спросила Кэмерон.

– Возможно. Хотя я не уверен, что это могло бы послужить доказательством в суде.

– Это и не нужно, – категорически сказала она.

Поскольку было ясно, что сейчас они не получат больше информации, Савард протянула руку.

– Спасибо, Сэмми.

– Без проблем, – ответил он, пожимая ее руку и краснея при этом. – В любое время.

Не глядя на остальных, он небрежно махнул им рукой на прощание и, развернувшись, поспешил за свой стол.

– Хорошо, – глубоко вздохнув, сказала Блэр. – Думаю, теперь мы можем посмотреть, что внутри конверта.

– Давайте сначала уйдем отсюда, – предложила Кэмерон. – Я не хочу злоупотреблять гостеприимством Савард.

– У моей сестры есть квартира, и сегодня вечером она работает. Мы могли бы открыть конверт там… если, конечно, вы не хотите вернуться в командный центр… – осторожно предложила Рене.

– Нет, – ответила Кэмерон. – Я хочу, чтобы Вы и Старк взглянули на это. Квартира Вашей сестры прекрасно подойдет.