Запятнанная репутация - Луиза Аллен

Утром в день маскарада леди Элдонстоун объявила, что после обеда вход в ее комнату лицам мужского пола запрещен.

Филлида не знала, чего ожидать, но спустя полчаса, поняла, что попала в мир арабских ночей. Гардероб был наполнен ароматным паром, исходящим от трех ванн, разделенных прозрачными перегородками. Они полежали в ванне, помылись ароматным мылом, очистили кожу скрабом, затем вышли из-за ширмы, завернутые в полотенца, в комнату, где им расчесали волосы, после чего собрали их в косы. Как только их кожа совсем высохла, леди Элдонстоун и Сара принялись расписывать ступни и ладони искусными узорами.

— А эту краску можно будет смыть? — спросила Филлида, стараясь не дергаться от щекотки, когда перо прикасалось к коже ладони.

— Через некоторое время. Она сходит постепенно. Эта не самая концентрированная хна.

Они потратили много времени, подбирая три комплекта украшений. Филлида изо всех сил старалась сдерживать себя и не сидеть с открытым от восхищения ртом при виде золота, серебра и драгоценных камней, но не смогла скрыть восторга, созерцая набор из бирманских сапфиров, которые леди Элдонстоун выбрала для себя.

— Они очень красивые, правда? Свадебный подарок моего дяди — раджи. Сара, возьми себе желтые бриллианты, а Филлиде лучше всего подойдут изумруды.

— Но… леди Элдонстоун, они слишком дорогие. Если бы вы позволили мне одолжить несколько браслетов и серьги, этого было бы вполне достаточно.

— Ты член семьи Герриард и наденешь семейные драгоценности. — Леди Элдонстоун подняла руку в знак протеста. — Возможно, пока это не стало достоянием общественности, но ты станешь женой Эша. Одеть тебя несоответственно твоему статусу означает проявить неуважение к вам обоим. Прошу тебя, сделай мне одолжение.

Оставалось подчиниться. Они слегка перекусили и наконец оделись. Филлиде выдали сандалии. Тяжелые серьги с изумрудными капельками свисали с мочек ушей, на руках и щиколотках бряцали браслеты, на груди висела золотая цепочка с единственным изумрудом в соблазнительной ложбинке между грудей. Наконец, к волосам прикрепили прозрачную ткань, Филлида была готова.

— Теперь можешь посмотреть. — Сара развернула ее к зеркалу.

— Это не я. — Экзотическое, увешанное драгоценностями существо с шелковистой кожей, большими глазами и красивыми формами не могло быть Филлидой.

— Нет, это ты, — заверила Сара. — Любой махараджа гордился бы нами, правда, мата?

— Правда. А теперь мы покинем женскую территорию и отправимся шпионить за мужчинами через мраморную решетку. Помашем юбками, чтобы аромат парфюма спустился вниз, и подразним их, но мы должны быть осторожными на лестнице. — Она передала девушкам маски, а сама надела свою. — Меня и Сару узнают все, но ты, Филлида, будешь загадкой. Эш заревнует, когда ты произведешь фурор.

Филлида ничуть не сомневалась, что Эш обладал обостренным чувством собственника, но насколько он неравнодушен к ней, чтобы испытывать ревность?

— Мужчины будут ждать нас в коридоре? — поинтересовалась она, размышляя над тем, как они смогут незаметно подглядывать за ними с лестницы.

— Конечно, — ответила леди Элдонстоун, самодовольно улыбнувшись. — Разумеется, мы опаздываем.

Они направились к лестничному пролету по покрытому коврами полу. Сандалии издавали едва уловимый звук. Широкие юбки и облегающие брюки показались Филлиде странными и одновременно не сковывающими движения. Когда они подошли к лестнице, леди Элдонстоун приложила палец к губам, перегнулась через перила. Сара и Филлида с обеих сторон от нее сделали то же самое.

Внизу, медленно прохаживаясь по мраморному полу, стояли мужчины. Волосы Эша были распущены и лежали на воротнике. Он был одет в золотисто-коричневого цвета жакет и узкие ярко-оранжевые брюки, костюм дополнял такого же цвета шарф. Когда он двигался, длинная цепочка пуговиц спереди жакета блестела золотом. На его отце красовался темно-зеленый жакет, черные брюки и черный шарф. Пуговицы на жакете блестели зеленым цветом, очевидно, это были изумруды.

Маркиза выдернула цветок из вазы, стоявшей в нише у начала лестницы, и перебросила через перила. Он спустился вниз по спирали и приземлился на полу между мужчинами. Они одновременно посмотрели наверх, улыбнулись, сложили руки лодочкой, будто приготовились произнести молитву, и поклонились.

— Вот так, — показала Сара Филлиде, когда они пошли к лестнице. — Мы не делаем реверансов и не пожимаем руки. Глубина поклона показывает уважение к положению в обществе или к возрасту.

Филлиде показалось, что они очень долго спускались. Она немного отстала, пропуская маркизу и ее дочь вперед. Лорд Элдонстоун подошел к подножию лестницы и подал руку жене.

— Как тебе удается выглядеть красивее с каждым днем? — спросил он у нее, наклоняясь поцеловать в щеку.

Филлида обратила внимание на то, как они открыто выражали свои эмоции. Настоящий брак по любви. Неудивительно, что у них такая прелестная дочь. Он улыбнулся Саре, и Филлида заметила в мочке его уха изумрудный гвоздик.

— Мисс Хёрст, вы выглядите…

— Очаровательно, — закончил за отца Эш. — Волшебно. — Филлида осторожно сложила ладони и поклонилась. Он сделал то же самое, улыбнувшись ей, отчего кожа вокруг глаз образовала морщинки. Эш выглядел неприлично эффектным, как показалось Филлиде, охваченной волной желания.

— Нас будет сопровождать вооруженная охрана? — спросила она, желая разрядить напряжение, повисшее между ними. — На нас надеты самые красивые драгоценности. Мы просто мечта всех грабителей.

— Мы сами вооружены, — ответил Эш.

В том, что Эш мог спрятать ножи по всему телу, не было никаких сомнений. То же самое мог сделать и его отец. Но…

— Как, все?

— Естественно. У Сары и у меня есть вот это. — Леди Элдонстоун перекинула толстую косу через плечо и вынула из нее декоративную шпильку, оказавшуюся длинной и, вероятнее всего, смертельно опасной, если использовать ее в качестве шпаги. — Хочешь такую же? Думаю, у нас есть шпилька покороче, которую можно спрятать в твоих волосах.

— О нет, нет, — возразил Эш. — Вы знаете, как ими пользоваться. Филлида либо уколет какую-нибудь пожилую даму, либо насквозь проткнет какого-нибудь посла одним резким поворотом головы. — Он надел маску и стал еще более экзотичным и загадочным. — Я обещаю защищать вас, если на вас нападут грабители.

Филлида вздрогнула.

Карета ожидала у порога. Маркиз помог жене и дочери забраться внутрь, но повернулся, когда Эш произнес:

— Если мы сядем туда впятером, шелка наших леди помнутся. Я заказал почтовую карету, мы поедем за вами.

— Без шаперона? — Но похоже, маркиза не нашла в этом ничего предосудительного или просто не расслышала, поскольку лакей уже закрывал дверь кареты.

— Разве мне нужен шаперон? — спросил Эш, когда подъехал их экипаж.

— Да не тебе, нахал! Что, если кто-нибудь увидит, как мы приедем вдвоем? — спросила Филлида, когда Эш подал ей руку, помогая залезть внутрь.