Сердце Дайвера - К. А. Найт

— Что-нибудь нашли? — спрашивает Тайлер, прерывая наш разговор, и мы на мгновение замолкаем.

— Ничего, туннель все еще тянется. Он идет вниз, я думаю, — пробормотала я.

— Хорошо, это хорошо… Я разотру тебе ноги, если ты поторопишься, детка, — предлагает он.

— Ну, черт возьми, считай, что я ускорилась, — я ухмыляюсь, прибавляя темп.

Кален смеется позади меня, и я вскрикиваю, когда он шлепает меня.

— Не будь беспечной.

— Или что? — поддразниваю я, пока ползу. Разговор держит страх и беспокойство в узде, словно они знали, что так и будет.

— Или ты снова окажешься на коленях, — предупреждает он, и я замираю, когда понимаю, что все они услышали, что только что сказал Кален. Никто не комментирует, поэтому я продолжаю ползти, как ни в чем не бывало. Будто он не пошутил, что я сосала его член в присутствии его брата, моего бывшего и всей нашей команды.

Туннель начинает наклоняться вниз. Я закрываю рот и сосредотачиваюсь на том, чем мы занимаемся. После тех неприятностей, через которые мы уже прошли, я не собираюсь рисковать из-за одной маленькой ошибки. Это чудовище пещерной системы требует от нас полной сосредоточенности.

— Мы спускаемся. Я думаю, он увеличивается.

— Именно так она и сказала, — язвит Фин.

Я фыркаю, но продолжаю двигаться, и примерно через три-четыре метра я понимаю, что права — туннель открывается. Я не ощущаю, как камни трутся о мои бока или рюкзак, и это хорошо. Это значит, что он действительно куда-то ведет.

— Хорошо, продолжай в том же духе! — Риггс подбадривает, и я знаю, что он тоже чувствует надежду.

— Ты там в порядке, Кей? — спрашиваю я, сохраняя скорость — достаточно быструю, чтобы пройти хороший участок, но достаточно медленную, чтобы не порезаться и не упасть случайно в какую-нибудь неожиданную щель или яму.

— Просто отлично, у меня прекрасный вид на твою задницу, — замечает он, ублюдок.

— Да? Подними голову, брат, я тоже хочу посмотреть, — поддразнивает Фин.

— Вы все такие большие извращенцы, — бормочу я, несмотря на то, что улыбаюсь.

Мы продолжаем ползти, и я слушаю их перебранку, смеюсь вместе с ними, пока не останавливаюсь.

— Стой! — зову я, когда Кален почти натыкается на меня.

— Черт, — восклицаю я, глядя на него. — У нас проблема.

Конец туннеля достаточно широк, чтобы можно было сесть, и, вероятно, достаточно велик, чтобы Кален тоже смог сесть рядом со мной, но я застыла, уставившись в шоке.

— Что? — кричит Риггс. — Гребаная камера вырубилась. Ладно, картинка вернулась… Святое дерьмо!

— Ага, — бормочу я, разглядывая пещеру, в которую выходит туннель. Вот только мы находимся на самом верху, почти достаточно близко, чтобы достать до потолка, а внизу — прямое отвесное падение в воду.

— Что? — огрызнулся Кален.

— Вертикальное падение, слишком высоко, чтобы нырнуть в воду внизу. Мы у потолка в пещере, и есть только один путь, — бормочу я.

— Какой? — спрашивает он, звуча тревожно.

— Свободный лаз через потолок к отверстию, которое я вижу на другой стороне, при этом устанавливая по пути заклáдки26 и веревку.

Я слышу ругательства, когда он подходит ко мне сзади и заглядывает через плечо.

— До него должно быть двадцать метров. Это убьет наши руки, а мы и так измотаны.

— У нас нет выбора, мы не можем вернуться, — я вздыхаю, снимаю сумку и начинаю вытаскивать свое снаряжение, повернувшись в сторону. Кален проскальзывает рядом со мной, хватает меня за руки и сжимает.

— Подожди, пойду я.

— Нет. Ты тяжелее и медленнее. Я смогу добраться быстрее, и я лучший скалолаз, — рассуждаю я, не глядя на него, но когда он не отвечает, я поднимаю глаза.

Он нервно сглатывает и смотрит вдаль.

— Черт, Эндрюс, это чертовски опасно.

Я тихонько смеюсь и сжимаю его руку.

— Все, чем мы занимаемся, опасно. Это ничем не отличается, так что не начинай строить из себя пещерного человека, засранец. Единственное твое хорошее качество — способность доверять моим навыкам.

— Навыкам? — поддразнивает Фин.

— Безумные навыки, детка, ты знаешь это, — я смеюсь и подмигиваю в камеру Калена. — Я справлюсь. Если бы я не думала, что смогу, я бы и не пыталась, — признаюсь я.

Когда Кален убирает руки, я слышу, как остальные спорят, но я слишком занята подготовкой, чтобы слушать. Я креплю веревку, чтобы Кален подстраховал меня на случай падения, хотя это не помешает мне удариться о стену. Креплю шлем и альпинистское снаряжение на бедро, прежде чем попить и расслабить руки.

Я могу это сделать… Я могу это сделать…

Я солгала, я не знаю, смогу ли справиться. Мое тело устало, действительно устало, и это трудное восхождение даже для опытного, молодого альпиниста. Нет никакой гарантии, что я справлюсь — потолок может рухнуть, мои веревки могут сорваться. Может случиться все, что угодно, но у меня нет выбора. Я должна вытащить нас отсюда, и я — самый разумный и лучший вариант, и все это знают.

— Будь в безопасности, — бормочет Кален, затем колеблется, явно желая добавить что-то еще, но он знает, что все смотрят. — А, к черту, — рычит он и хватает меня за затылок, притягивая ближе и прижимаясь своими губами к моим.

Я в шоке задыхаюсь, а он поглощает меня, его язык сплетается с моим. Поцелуй жесткий и быстрый, а затем он слегка отстраняется.

— Доберись туда, принцесса, и я подарю тебе все оргазмы, какие только пожелаешь, — пробормотал он мне в губы.

— По рукам, — я смеюсь, отворачиваясь, стараясь не показать, как сильно я взволнована и возбуждена только от одного этого проклятого поцелуя. Этот мужчина смертельно опасен для моего сердца и трусиков, и теперь я знаю, как хорошо он трахается, как он ощущается внутри меня, и я жажду этого. То, что я заперта с ним в маленьком пространстве, не помогает.

Я покрываю свои руки мелом, и тут в динамике раздается голос Тайлера, тихий и сердитый, хотя он не упоминает о том, что только что видел, как его брат целовал меня так, будто от этого зависела его жизнь. Я ничего не говорю, не зная, что сказать в любом случае.

— У тебя все получится, Пейтон. Сосредоточься. Мысленно представь себе это, — приказывает он, а затем его тон смягчается. — Нет ничего невозможного, если ты готова сделать все, чтобы осуществить это. Так сделай это, — говорит он, повторяя слова моего отца.

— Я справлюсь, — бормочу я.

— Да, ты справишься, дорогая. Покажи нам, почему ты самая лучшая, — добавляет Фин.

— Пейтон, есть оптимальный путь, если ты двинешься влево.