Проклятье берсерка или Чужая невеста - Александра Неярова

Харвид обманом убил великую колдунью. Влюбил её в себя, заманил в постель, а в первый рассветный час провёл запрещённый тёмный ритуал, чтобы отобрать её магию и стать бессмертным. Он вырезал ей сердце из груди и съел ещё бьющееся. Но колдунья успела проклясть его на последнем своём вздохе.

«Не полюбишь ты ни одну из женщин на этой земле! Твой первенец будет обречён на смерть, а второй сын окажется бесплодным! Помни мои слова, и живи в окружении предателей века!»

Харвид не придал этому значения и забыл о нём до одной поры. Однажды ему надоело скитаться по свету в одиночестве, оно сжирало его заживо, и он решил обзавестись семьёй. Но ни одну из женщин он так и не смог полюбить – тогда он впервые задумался о проклятье колдуньи. Он подался в другие земли, убил князя и захватил власть в замке, спустя год красивая и невинная дочь князя родила Харвиду сына, но умерла почти сразу после родов. Сверр был рождён с проклятьем. Сила пламени колдуньи сжигала жизненные силы малыша и он угасал на глазах.

Отчаявшийся отец обратился к вёльве викингов, и она посоветовала сделать сына таким же, как он. Иначе он умрёт. Харвид не раздумывая исполнил ритуал перерождения для сына. Соединил умирающую душу младенца с волкодлаком. Вёльва помогла найти достойного демона в мире духов и заселить волка в чистый сосуд, а кровь отца сделала Сверра таким же бессмертным.

Но был в ритуале один изъян. Душу сына Харвиду пришлось запечатлеть на себе, чтобы удержать в мире живых. Он воспитывал Сверра по своему подобию, и чем больше проходило лет, тем отчётливее Харвид понимал, что нет счастья в бессмертии и величии. Нет тепла, холодный колодец одиночества с каждым годом затягивал на свое дно, и из него не выбраться. Постепенно Сверр из ребёнка превратился в сильного мужчину, к этому времени Харвид основал конунгство и создал великую армию.

У конунга родился ещё один сын от женщины викингов. Обычный человек, но без недуга. Проклятие не коснулось его. Харвид тяготился виной перед колдуньей и тонул в пустоте одиночества. Ему хотелось тепла и ласки, но ни одна женщина так и не смогла дать ему их. Вёльва призвала для него душу колдуньи из мира духов, он просил у ней прощения, и та подсказала конунгу, как избавиться от бессмертия. Харвид вновь стал смертным и состарился со своей женой. А братство берсерков во главе со Сверром встали на страже конунгства.

– Перед своей смертью отец оставил мне «приятный» подарочек, – Сверр с досады сплюнул в огонь, тот недовольно зашипел, словно слюна у мужчины ядовитая. – Он перекинул мое запечатление на Якоба, взяв с меня клятву на крови оберегать и слушаться этого подонка. Тогда отец ещё не подозревал, кого воспитал и вырастил во втором сыне – алчного, падкого на власть жестокого завистника силы, которая ему не досталась.

Якоб всегда завидовал Сверру. После смерти отца возглавил варваров и начал расширять границы владений. Захватывал новые княжества и королевства, рушил и сжигал поселения неугодных, которые отказывались ступать добровольно под его знамёна.

– Этот шрам на моём лице, – берсерк повернулся к Лии, давая подробнее его рассмотреть, – вёльвский символ заклятья запечатления и клятвы подчинения. Он появился после смерти отца, магия крови выжгла. Не удивлюсь, если сам Якоб нашептал об этом, опасаясь, что я захочу отжать у него венец.

Лия обхватила ладонями лицо Сверра, и он замолчал. Наблюдал, как она внимательно рассматривает безобразный узорчатый шрам и ни кривится от отвращения. Казалось, не замечает его уродства, что ей всё равно кем он является. И так хотелось верить в это…

– А ты бы хотел занять его место? Стать конунгом Нирландии, – шепнула Лия прямо в губы, касаясь своим дыханием.

– Нет. Мне никогда не был нужен чужой венец. Я хочу, чтобы рядом со мной была ты. И всё. – Сверр провёл языком по нижней губе Лии, с удовольствием ловя её тихий вздох и ощущая, как она задрожала в его руках. – Я не отдам тебя брату. Запомни.

Лии было страшно за будущее, но хотелось верить мужчине.

– А где сейчас нарк? – Спросила она, когда они стали укладываться на ночлег. За разговором незаметно утекло время, и на лес опустились сумерки.

– Отвлекает Гордона. Водит его по ложным следам, чтобы он не наткнулся на нас.

Всё рассчитал. Лия усмехнулась про себя, наблюдая, как Сверр разворошил в костре угли, присыпал землёй и улёгся на край плаща, приглашающе протянув ладонь:

– Иди сюда.

Лия прижалась спиной к его горячей груди, Сверр крепче прижал её к себе, согревая теплом своего тела. Ночью в лесу холод был коварен. В голове у Лии копилось ещё множество вопросов, которые не давали расслабиться и спокойно уснуть. Она пыталась слушать ночную тишину, но тщетно.

– Сверр?

Берсерк тихо промычал, что весь обратился во внимание, но глаз не открыл. Его ровное дыхание шевелило волосы на макушке Лии.

– Скажи… ты ведь убил того медведя берсерка?

Последовал тяжёлый вздох.

– Да. Это следовало сделать ещё очень давно. Этот берсерк потерял пару и сошёл с ума от чувства вины и горя. Я думал, он погиб, но оказалось, что нет. Ипалла каким-то образом нашла его, выходила и все эти годы использовала его силу в своих целях, а я лишь даровал ему долгожданную свободу.

– Наш мир очень жесток, – грустно прошептала Лия, поднимая глаза к небу, где успели загореться несколько звёзд.

– Даже не представляешь насколько. – Рука на её талии сжалась сильнее. – У меня есть план, как избавиться от контроля брата. Но ты должна будешь подыграть мне. Среди ночи нам нужно уже выдвинуться, а сейчас спать. Силы нам понадобятся.

– Хорошо. Я верю тебе.

Глава 15

Мимо проносились зеленоватые, но уже местами пожелтевшие кроны и широкие стволы исполинских деревьев. Лия прижалась корпусом и щекой к огромному телу зверя, пытаясь меньше зевать и не свалиться на землю ему под мощные когтистые лапы. Раздавит ведь! Мех чёрного волка был мягким на ощупь, и на удивление от него не воняло псиной, как от обычных лесных зверей или сторожевых псов.

Держаться