Спасите злодея от главной героини - Валерия Лавлински

Или… Нет, просто привязалась. Все-таки очень тяжело быть в совершенно незнакомом мире, скрывать свою личность, стараться успеть все и сразу и при этом не сходить с ума. Я не железная, мне тоже нужна своя зона комфорта, круг людей, которым я могу доверять, с которыми могу чувствовать себя спокойнее. И у этого нелюдимого засранца были все шансы попасть в мой ближний круг.

С ним было комфортно. Как будто я поднялась куда-то высоко-высоко в горы в самый теплый и солнечный из возможных дней. Каждый раз, когда мы были вместе, я выдыхала, словно находилась не среди каменных стен Академии, а стояла посреди бескрайнего горного массива, в лицо мне нещадно светило солнце, ветер трепал волосы, а вокруг была такая природная тишина, которой никогда не добиться в полной шумных студентов пародии на магический университет.

Кальдар был как нагретый летним солнцем камень на самой вершине горы, непоколебимый и надежный, но одновременно с этим теплый настолько, что хотелось прижаться к нему и остаться рядом, греясь даже его тенью…

Так, что-то меня куда-то не туда понесло.

Помимо всего прочего, парень был действительно толковым, чего я, признаться, от него сперва не ожидала (ну есть у меня некоторые предубеждения, ничего не могу с собой поделать, у нас вон, принц по Академии бегает, уверенности не прибавляет). Но Кальдар оказался для меня приятным исключением, я ведь часто думаю, что большая часть людей, окружающих меня ежедневно, не обладает ни достаточными знаниями, ни навыками, которые еще надо уметь правильно применять. Однако, как выяснилось, подход парня был свежим и достаточно нестандартным, пусть знаний ему все-таки и не доставало, но он умело находил выходы и ситуаций, в которых иногда даже я не могла сходу найти решение.

Мне действительно нравилось с ним работать, а ведь, как сказала Гаяна, я оказалась крайне нетерпимой напарницей в работе над исследованием. Но, судя по ее работе, она в целом была гораздо более уравновешенной и спокойной по сравнению со мной, так что это и не удивительно.

В целом, не только в работе, я вообще, как внезапно вскрылось, имела очень высокие требования в самых различных вопросах. Это, кстати, стало одной из причин, почему с Гаечкой мы далеко не всю работу выполняли сообща. Как она выразилась “если мы хотим сохранить дружбу, нам стоит разделять некоторые наши функции”.

Именно поэтому большую часть времени я опять-таки проводила с Кальдаром, он, по какой-то непонятной причине, терпел мои выходки спокойно и то ли мимикрировал под ситуацию, то ли действительно считал мои требования логичными, но работать со мной продолжал. Благодаря его поддержке (зачастую молчаливой) я чувствовала себя гораздо более уверенно и могла легко сосредоточиться на исследовании, ни на что не отвлекаясь. Думаю, нам обоим было комфортно вместе работать в какой-то степени.

До определенного момента, который, возможно, стал пиковым в нашем с ним общении.

А ведь у меня еще исследования горят, мне не до того, чтобы решать проблемы межличностного взаимодействия.

Ладно, Кальдар, ладно, драконы, ладно, моя нервозность - все это можно было бы пережить, если бы не одно "но". У меня на столе уже который день лежит уже полудохлый цветок Аваласа, только магией и моими молитвами не потерявший еще приставку “полу”.

Цветок, который я так и не успела до конца изучить, а ведь у меня помимо него еще и в тетрадях куча неразобранных заметок, которые стоило хотя бы классифицировать. А ведь это только начало.

Мне еще нужно как-то найти время, чтобы разобраться с теорией магического поля, подготовиться к практическим занятиям по Вардологии (которые я, честно говоря, жду с ужасом, ибо сражаться явно не мое хобби), да и вообще - у меня столько планов, что даже на сон времени не остается, что уж говорить о еде.

А тут еще и Кальдар с его драконами...

Это не может больше продолжаться. Надо определенно что-то сделать, чтобы все вернуть на свои места. Или, если не получится, сломать окончательно и забыть, как страшный сон. Что угодно, лишь бы закончить, наконец, висеть в воздухе, как нашкодивший котенок, которого хозяйка схватила за шкирку и теперь трясет над сброшенным с полки цветком.

Но что делать? И как?

Я даже не знаю, с чего начать. Может, поговорить с кем-то? Насколько актуально обсуждать это с Уиллом? Он, конечно, мой брат и во всем мне помогает, но… Как будто бы не стоит.

Что же произошло? Что так могло зацепить Каля, причем настолько, что он стал меня избегать? Может узнать у наставников? Вдруг я какую-то важную тему по незнанию затронула? Или безопаснее попробовать сначала найти информацию в библиотеке? Хотя, учитывая, что местные научные труды больше похожи на сборники мифов и легенд, вряд ли это поможет…

Ох, что ж с людьми так сложно-то!

Более того, спустя почти неделю после того, как наше позолоченное трио распалось, меня ждала еще одна новость, к которой я до сих пор не знаю, как относиться, а я ведь уже день как пытаюсь ее переварить.

Все дело в том, что в какой-то момент, придя в комнату после занятий, я внезапно обнаружила там незнакомую мне девушку, сидящую на диване и что-то очень возмущенно бубнящую себе под нос.

И настроение у этой, определенно знатной, особы было ой какое недружелюбное.

Ну вот почему все проблемы всегда летят на меня кучей?

Глава 26 о том, что не всегда старый друг лучше новых двух

- Ну, ты прости, конечно, - в очередной раз прожевав кусочек мяса, сказал Уилл. - Но то, что с тобой в последнее время происходит, ни в концепцию тебя до потери памяти, ни после.

Мы сидели после трех невероятно муторных пар по магическому праву и уныло поглощали обед, плавно переходящий в ужин.

В случае брата расстройство было вызвано тем, что сегодня он ходил на терапию каналов вместе со мной и узнал от мастера Холого, чья очередь пришла, чтобы меня осматривать, что прогресс лечения застопорился. Видимо, парню было очень тяжело признать, что у меня все еще остается шанс на всю жизнь потерять возможность колдовать что-то сильнее легких бытовых чар.

Как оказалось, мои каналы, пусть и потихоньку распутывались, но на них остались следы травмы - своеобразные вмятины на месте пережима, если так можно выразиться, как на венах, только это было исправить еще сложнее. В месте такого пережима