Развод со зверем - Анна Григорьевна Владимирова

В кармане запиликала мобилка, и я направился под крышу, переставая мокнуть под дождем. Звонила Оксана.

— Ярослав, я только узнала, — обеспокоено начала она. — Как ты?

— В норме. Привет…

— Привет. Слышала, что и ассистентку твою задело.

— Да. Теперь она вынуждено адаптируется…

— Ты где сейчас?

— Дома.

— Увидимся?

— Не могу. — И я усмехнулся, выдавая совершенную глупость: — Я женился. Если ты еще не слышала этого.

— Такого еще не слышала, — опешила она. — Тебя поздравить?

— Даже не знаю…

— Ты… спасаешь ее, да, Яр?

— Я спасаю себя, — процедил досадливо. — Я женился на ассистентке, чтобы защитить ее от ведомства и адаптировать самому…

— Яр, я тебя все же поздравлю, — усмехнулась она в трубку. — И как она? Адаптируется?

— Кажется…

— Кажется, ты запал всерьез, друг мой. Так держать. Но я хотела все же поговорить о расторжении договора с Азизовым. Теперь — самое время. Тем более, ты женился, и нечего тебе больше делать на этой скотобойне!

— Я подумаю, спасибо, Оксана…

— Слушай, у меня завтра прием среди своих. Приходи. С женой.

— Я хреново себя чувствую еще, поэтому не знаю.

— Ну, смотри. Если приедешь — буду рада. Хочу показать тебя всем. Мне нужно, чтобы Азизов ослабил узлы, которыми тебя повязал, и общая поддержка не помешает. Все тебя помнят, Яр, и очень ценят. Ты слышишь?

— Да. Спасибо. Я подумаю.

— Подумай. И звони в любое время.

Я усмехнулся, когда уже отбил звонок. Потом протер лицо от воды и направился в дом.

Лара ждала там же, где я ее и оставил — за столом с бокалом вина. Пачки с таблеткой на столе уже не было.

— Ты промок, — тревожно констатировала она.

— Да, — глупо подтвердил я и положил мобильник на стол.

— Все нормально?

— Нет.

— Ярослав, чем мне тебе помочь?

Как же тут было тихо… Каждое слово, каждый вдох, каждый шорох ее ресниц врезались в обостренные слуховые нервы сухим шелестом…

— Лар, я этого не стою.

— Ты забываешь, что я считаю, что должна тебе.

— Ах, да, — улыбнулся я. — Тогда капельница?

— Капельница, — кивнула она, но я видел — разочарована.

Ну что я делаю? То тащу ее в постель, то беру замуж, то… отталкиваю. Я поставил ей метку, а теперь не подпускаю к себе. И ведь ей лучше от меня узнать о метке и ее последствиях.

— Ляжешь на диван? — поинтересовалась Лара и полезла в пакет с лекарствами.

— Покажу тебе спальню, — выдал я хрипло, и Лара вскинула на меня растерянный взгляд.

— Ярослав… — начала нерешительно, но, набрав воздуха в легкие, продолжила: — Я не совсем понимаю, что между нами происходит. Мне показалось, ты не хочешь давать мне повод строить какие-то иллюзии, но ты не спросил, нужны ли они мне вообще. А теперь так на меня смотришь… — Она сделала весомую паузу, давая мне возможность усвоить услышанное. — Зачем ты сейчас так на меня смотришь? Мы партнеры по несчастью, или ты — мой благодетель, а я — «дама в беде», или мы все же любовники?

Как же мне нравилась ее прямота и четкое понимание собственной ценности.

— Я хочу с тобой ни к чему не обязывающих отношений, — серьезно ответил я.

Лара вроде бы вот только смотрела на меня серьезно, а в следующий миг прыснула.

— Прости, Князев, но это так забавно звучит, когда в паспорте у меня уже твоя фамилия. — И она хрюкнула. — Ой, прости.

Я рассмеялся.

— Мда, выглядит забавно.

— Ладно, показывай спальню, а то к маме опоздаем.

Теперь точно опоздаем…

— Так а что ты решила? — сузил я на ней глаза, понимая, что зверюга моя начала охоту.

— Что я могу решить, пока не видела спальню? — усмехнулась она.

— Прошу, — повел я рукой и тяжело сглотнул.

Мир вокруг подернулся тьмой, и только Моль перед глазами засияла, как светлячок в темном лесу, за которым я завороженно следовал.

— На лестницу? — невинно поинтересовалась она, прижимая к себе пакет.

— Да. По коридору до конца.

61

Я оскалился, раздумывая, как бы изящнее ее раздеть с больной рукой и раздеться самому, не морщась от боли. Но мне не пришлось. Лара положила пакет у входа в спальню и сама потянула с себя кофту, скомандовав:

— Ложись на кровать.

— Так я могу не успеть тебя поймать, если дашь деру, — улыбнулся, любуясь ей.

— Я согласна на отношения, поэтому тебе не придется. — И она обернулась. — Я правильно понимаю, мы собираемся заняться сексом?

— Правильно. Только собирался я, — настороженно прищурился я, вглядываясь в ее лицо. — Если не хочешь, можешь все же попробовать возразить.

— Я попробую, но позже. Пока что не знаю, чего хочу сама, а твое предложение кажется неплохим. По крайней мере, какое-то время можно будет не думать…

Она смотрела на меня исподлобья, и я видел в ее взгляде, как действует моя метка. Лара мне подчиняется, отвечает на мои желания и принимает мои правила. Она подошла ко мне, и я почувствовал ее дрожь, когда ее пальцы коснулись ремня джинсов. Но не время разыгрывать благородство, да и опасно.

— Скажи, а это твое притяжение… это тоже из-за того, что ты — другой? — поинтересовалась она хрипло, расстегивая молнию на моих джинсах и глядя при этом в глаза. Что может быть более возбуждающе?

— Лев Давидович кажется тебе притягательным?

— Не очень, — усмехнулась она нервно.

— Значит, вряд ли… — И я нетерпеливо схватил ее за шею и притянул к себе, набрасываясь на нее с голодом, который уже не мог терпеть.

Ей хотелось обладать. Я почувствовал это, стоило выключить в себе человека. Только не ожидал, что зверь возьмется вдруг сравнивать…

… Она — не мягкая и податливая, какой была Лиза.

… Она — сильная, но гибкая. Умеет подчиняться, но и в челюсть может дать.

… Мне нравится ее защищать. Эта девочка многое вынесла, хотя одержима страстью к работе не меньше меня. Смог бы я также стойко перенести то, что пережила