Развод со зверем - Анна Григорьевна Владимирова

— Все нормально? — спросила обеспокоено, шагнув навстречу. — Сколько по шкале?

Я слабо улыбнулся. Мы слишком быстро настроились друг на друга, не сговариваясь, и это вынуждало чувствовать гораздо сильнее, чем я планировал.

— На шестерку…

— Врешь.

— На восемь.

И я направился в комнату за вещами.

— Это больше похоже на правду, — вздохнула она позади и повысила голос, когда я скрылся в проеме. — Я собрала твои лекарства!

И правда. Все лежало сложенное на кровати в пакет.

— Ты точно можешь вести машину? — тихо спросила она, когда я показался с пакетом и курткой.

— А ты сможешь?

— Конечно, — с готовностью кивнула она.

— Ну и отлично, — пожал я плечами.

— Ты же не знаешь, как я вожу, — улыбнулась она, и тьму разогнало окончательно.

— Ну, ты хорошо оперируешь, — улыбнулся я ей в ответ. — Уверен, водишь не хуже.

И мы, не сговариваясь, замерли в дверном проеме, глядя в глаза друг друга.

— Я попробую не облажаться, — пообещала она смущенно и проскользнула в коридор мимо меня.

А я не сразу смог сделать вдох и последовать за ней. Потому что явно почувствовал, будто Лара взяла меня на поводок и потянула за собой…

***

Даже не знаю, что выматывало меня сильнее…

Весь этот новый-прежний мир безусловно обещал много перемен. Но я не могла поверить, что мне нужно собраться и переехать к Князеву! А когда за окнами его машины замелькал город, думать о какой-то фантастике, которая окружала еще вчера, стало сложно. Вот же моя прежняя жизнь — только руку протяни. Улицы, автобусы, такси, люди. И даже то, что Князев на соседнем сиденье, лишь делало мою реальность более осязаемой.

Чувствовал он себя, судя по напряженной позе, не очень, что не удивительно. В его состоянии вообще показан стационар и покой.

— Ты уверен, что сможешь остаться на ногах до вечера? Выглядишь так себе, — заметила я.

— Да, нормально все, — задумчиво ответил он.

— Может, не стоит мне к тебе переезжать? — вырвалось у меня неуверенное.

Ярослав повернул ко мне голову.

— Оставишь меня в таком состоянии одного? — вздернул укоризненно бровь.

Но в уголках его губ дрожала усмешка.

— Манипуляция? — прищурилась я.

— Именно, — улыбнулся он, но тут же серьезно добавил: — Прости, Лара, но я не могу тебя сейчас оставить. Тем более, у Азизова что-то физиономия сегодня была слишком озабоченная. Думаю, нужно пока затаиться и прикинуться идеальной парой…

— Как это? — сорвалось с языка. — Я не знаю, я же не была никогда в идеальной паре…

— А в какой-нибудь?

— Разве что в какой-нибудь, — усмехнулась я. — За нами будут следить?

— Все может быть.

— И сколько нам нужно будет разыгрывать эту идеальную пару?

— Я скажу тебе, когда все.

— Ладно. А... какого-то интервьюирования не будет? На знание привычек друг друга, как в иммиграционной службе?

— Надо узнать, — одобрительно заметил он.

58

Я напряженно вздохнула.

— Ладно, начнем с малого — сначала успокоим мою маму. Потом —посольство и всякие службы по контролю. Ты только узнай, ведь нужно же будет подготовиться, узнать друг о друге все…

— Узнаю, — улыбнулся Князев, но как-то слишком расслаблено.

Такой самоуверенный? Или вероятность интервью низкая? Ладно, разберемся.

— А у тебя кого-то надо успокаивать? — поинтересовалась я. — А то такая скоропалительная женитьба. Никто из твоих в обморок не хлопнется?

— Я обещал познакомить тебя…

— …С Игорем Князевым, я помню, — возбужденно перебила я. — Круто! Черт, я бы попросила у тебя его автограф, но ты, наверное, круче его, да?

— Естественно. Но если очень попросишь…

И он рассмеялся, а у меня потеплело в груди.

Не верилось, но мне было легко с ним — и разговаривать обо всем, и строить хоть какие-то планы, и даже просто находиться рядом. Несмотря на то, что еще вчера жизнь сжалась до номера в клинике, сейчас она вдруг показалась необъятной. Будто я вышла замуж за миллионера, переехала в другую страну, и мне предлагают осуществить все свои мечты разом — работу, новые перспективы, интересное обучение и вообще невероятную возможность незаурядно продолжить жизнь.

— Лара, все хорошо?

А еще он очень чуткий. Ну мечта же!

— Просто голова от всего этого трещит…

— Далеко до твоего дома?

— Минут пятнадцать, — сверилась я с навигатором.

Собралась я быстро. Ярослав остался в машине, и меня всерьез беспокоило его состояние.

— Слушай, может, останешься дома? — с сомнением предложила я, вернувшись за руль.

Он приоткрыл глаза, глубоко вздыхая:

— Я в норме. Поезжай.

— Прости, но ты бесишь. Я отменю маму и останусь с тобой, идет?

— Не идет, — упрямо помотал он головой и выпрямился, протирая лицо. — Маму отменять нельзя. Сложно представить, что она пережила за эти дни.

— Мне тоже сложно представить, как я объясню ей полуживого хирурга на ее диване с капельницей.

— Я буду в форме, обещаю, — и он дерзко усмехнулся. — Может, немного неразговорчивым, но это — максимум. А вы с ней близки, да?

— Очень. И мне сложно представить, как теперь ей что-то не договаривать.

Я сгорбилась за рулем, уставившись перед собой невидящим взглядом.

— Мне жаль. Но по-другому не выйдет.

— Спасибо, — вырвалось у меня, — за поддержку. И прости, что не свалила вовремя…

— Я не жалею, что ты не свалила, — усмехнулся он невероятно притягательно.

Стоило труда вдохнуть воздух в обожженную адреналином грудную клетку и включить голову, чтобы изящно развернуться в тесном дворе. Меня нервировал еще один вопрос — наша первая ночь с Князевым в прошлом? Или он затащит меня в свою постель снова? Как мне вообще себя вести? Секс сексом, но заоблачно крутые хирурги не женятся после первой ночи…

— Ярослав, — я прокашлялась, деловито хмурясь на дорогу. — А насколько идеальную пару нам разыгрывать? Ну… я про… черт! Я забыла про таблетку!

— Какую?

— Котрацептив. Надо заехать в аптеку.

Мне показалось, что Ярослав отреагировал каким-то странным напряжением. Я не могла на него посмотреть, потому что нужно было следить