Строптивая проблема для дознавателя - Наталия Журавликова

— Отличная идея, — обрадовался мой любимый, — заодно отметим нашу помолвку.

— Я прошу прощения, — подал голос преступный эльф, — но мы, кажется куда-то торопились?

Лицо Элвуда омрачилось.

— Точно, я же работаю, — сказал он.

— Ничего, иди, трудись, — оживилась его мама, — а Ириселла нам покажет свое кафе… это же ваше кафе, деточка? Правильно понимаю?

Я кивнула.

— Мы как раз познакомимся. Кстати, меня зовут Марджори. А помолвку лучше отметить в более подобающей обстановке.

Я поежилась. Мне не хотелось покидать объятий жениха, и тем более, оставаться наедине с его родителями. Но выхода не было.

Элвуд вздохнул, поцеловал меня, не стесняясь всей разношерстной толпы. Взял эльфа под руку и поманил хоббитово за собой.

Открыв первый попавшийся портал служебным пропуском, он обернулся ко мне:

— Скоро вернусь, милая, соскучиться не успеешь.

И все они исчезли.

— Ну-с, юная леди, — по-отцовски приветливо обратился ко мне Роберт, — показывайте ваши владения.

Я поняла, что Элвуд ошибался, потому что уже успела по нему соскучиться.

Тем не менее, пришлось приветливо улыбаться и вести Роберта и Марджори в кафе.

Харди-старший с интересом уставился в меню, и я вспомнила, что он вообще-то герцог. И сразу испугалась. Чем я могу его удивить? Вряд ли дома эта достойная чета питается из блюдомата.

Однако, Марджори, которая не взяла свое меню, а заглядывала мужу через плечо, оживленно ткнула пальчиком в одну из строчек, а потом восторженно захлопала в ладоши.

— Роб, посмотри! Это же оно! Пицца “Анна”, с анчоусами и ананасами! Как тогда!

И супруги с нежностью переглянулись. Видимо, с этим странным блюдом, которое еще никто никогда не заказывал, были связаны отличные воспоминания.

— Нам эту пиццу, пожалуйста, — попросил герцог, — а еще вот это, это и это.

Скоро столик заполнился и мы все втроем принялись за угощение.

— Расскажите, Ирис, как вы планируете построить будущее с моим сыном, — спросил Роберт, и это прозвучало сурово.

И тут я поняла, что у меня нет ответа.

Как я могу что-то строить, когда нахожусь в Перепутье на положении узницы? Да, сейчас хорошо оплачиваемой, и с возможностью путешествовать, брать выходные и может быть даже отпуска чаще чем раз в пять лет.

Но как вяжется это с семейной жизнью?

Элвуд говорил, что Франческа замужем. Знать бы, каким образом у нее получалось совмещать семью и Перепутье.

— Что случилось, дорогая? — встревоженно спросила Марджори, глядя как я гипнотизирую взглядом анчоуса на его треугольном ложе.

— Я… я не знаю.

Супруги вновь переглянулись.

Поскорей бы Элвуд вернулся! Столько вопросов о будущем, которые нам нужно с ним решить.

— Кажется, нам стоит задержаться и поговорить, — сказал он.

Это напугало меня еще больше.

— Но если мы опоздаем, твой приятель будет вне себя, — напомнила ему супруга, — он терпеть не может никаких отклонений от графика.

Меня кольнуло неприятное предчувствие, но я поспешила от него отмахнуться.

— Ничего, — подождет, — беззаботно махнул рукой Роберт, — так вот, Ириселла… Ириселла.

Он вдруг сделал паузу. Лицо его приняло озадаченное выражение.

— А как ваша фамилия, кстати?

— Бретчетт, — проблеяла я, понимая, что происходит что-то нехорошее.

— Ириселла Бретчетт? — изумленно переспросил Роберт Харди, разглядывая меня так, словно только что увидел.

— Что? — послышалось от двери. — О, Робби, я выбрался сюда, чтобы высказать за твое непростительное опоздание, а ты поймал-таки эту несносную девку? Или это твой растяпа-сынок наконец-то справился?

Я еле-еле нашла в себе силы повернуть голову к дверному проему. Шею словно заклинило.

Да. Прямо на пороге стоял Кровавый.

Что же это такое? Переход стоит больших денег. У него что, портал прямо в спальне? Впрочем, не это сейчас самое главное.

— Да, ты прав, Олли, эту девушку, действительно, поймал мой сын, — подтвердил Роберт, — для себя лично.

— Что за бред! — Кровавый приближался ко мне, по дороге откинув ногой стоявший на пути стул.

— Ее обещали мне в невесты!

— Обещали? То есть, помолвки не было? — невозмутимо спросила Марджори.

— Помолвки? — поморщился Кровавый. — Как, если эта дуреха сбежала сразу после сговора с ее дядюшкой?

— Вы опоздали, дорогой друг, — пожала плечами мать Элвуда, — мы были свидетелями, как Ириселла приняла предложение руки и сердца. И наш сын договорился именно с ней, как положено в нашем мире. А вы… извините меня, конечно, получили согласие дядюшки. А не Ирис.

— Да как вы смеете? — уродливое лицо Кровавого побагровело.

— Что тут происходит? — услышала я с огромным облегчением голос жениха. Как быстро он успел вернуться! Тоже скучал!

Все трое моих гостей повернулись к Элвуду и загалдели, перебивая друг друга, так что невозможно было хоть что-то разобрать.

— Что-то зачастили вы сюда, уважаемый, — с подозрением сказал мой дознаватель, — с трудом верится, что дело только в поисках Ирис. Которая, кстати сказать, моя невеста. Признавайтесь, какие интриги вы тут плетете? Я слышал, что кто-то пытается провернуть грязные делишки и присвоить себе Перепутье. Конечно, господин Карлс у меня тоже вызывает мало симпатии…

Он переводит тему, отвлекая Кровавого! Какой молодец!

Но, кажется, я ошиблась. Слова Элвуда очень напугали “Олли”. Багровый румянец схлынул с его лица так же стремительно, как и появился.

— Э-э-э, — начал он вдруг мямлить и глаза его забегали.

Поразительно! Элвуд ударил по больному и сумел загнать этого старого интригана в угол.

— Нам есть, о чем с вами поговорить, — жестко сказал дознаватель.

Ну, вот, кажется сейчас он отправится уже на новый допрос! Кто знает, что теперь случится в его отсутствие?

Впрочем, ему даже уходить не понадобилось.

В широко открытую дверь кафе было видно, как открылся ближайший к кафе портал.

Из него вышла Франческа с двумя огромными чемоданами. Решительно поставила их на пол и сказала:

— Вот я и дома!

* * *

— Франка! Вы вернулись? — удивился Элвуд. Он крепко придерживал одной рукой Кровавого под локоток, а другой касался моего плеча.

Я сомневалась, что донна Франческа решит променять вечера в кругу семьи на работу в Перепутье и подумала, что она в чемоданах принесла сувениры из ее путешествий или магнитики. Мне на память.

Но предшественница меня удивила.

— Да, Элви, — кивнула она, — я столько лет здесь провела, что