Всепоглощающая страсть - Джейн Энн Кренц

Но было поздно. Клео уже налетела на него:

— Значит, она разорвала помолвку, а не ты?

— Мы решили, что не подходим друг другу.

— Почему?

— По многим причинам.

— Каким причинам?

Макс почувствовал, что его загоняют в угол. Он немедленно положил этому конец, как поступал всегда, когда кто-то на него оказывал давление.

— Перестань наседать на меня, Клео. Наши отношения с Кимберли закончились три года назад.

— Но все это время ты у нее работал?

— Я уже сказал тебе, что работал у Джейсона, а не у Кимберли. Теперь я работаю у тебя.

— Вот как. — Клео замолчала, обдумывая его слова. — Почему она разорвала помолвку?

Макс барабанил пальцами по кровати.

— Она решила, что мы принадлежим к разным общественным слоям.

— Что ты имеешь в виду?

— Она из богатой семьи, с хорошим образованием и происхождением, которым можно гордиться. Она наследница Международной корпорации «Керзон». А я никто. Все свои деньги я заработал у Джейсона. Ее отец не одобрял наш брак. Сама Кимберли меня не одобряла, чего уж там говорить.

— И тогда она вышла замуж за кого-то по имени Уинстон?

— Рурк Уинстон.

— Много денег, хорошее образование и происхождение, которым можно гордиться. Верно?

— Верно. У его семьи не просто огромное состояние, а целая империя, и он стоит во главе нее.

— Что имела в виду Кимберли, когда сказала, что я должна спросить тебя о твоей ноге?

Макс снова краем глаза взглянул на Клео. Он почувствовал в ней неодолимое упорство. Этого следовало ожидать. Данное свойство входило в реестр качеств девушек-скаутов.

— Мы обручились вскоре после того, как я повредил ногу. Между прочим, когда я лечился в больнице, Кимберли, она… — он искал подходящее слово, — она была в это время несколько возбуждена.

— Она беспокоилась о тебе?

— Мне кажется, она страдала от угрызений совести.

Клео нахмурилась.

— Почему? Она имела какое-то отношение к твоему несчастью?

— До некоторой степени. Кимберли настояла, что хочет посетить участок под строительство гостиницы в Южной Америке. Я уже находился там и решил, что он нам не подходит. Я предупредил ее, чтобы она не приезжала, но она сама хотела все проверить.

— Что же случилось? Макс пожал плечами.

— Я встретил ее в аэропорту. По пути в город нас остановили повстанцы, которые прослышали, что приезжает кто-то из Керзонов. Они хотели ее похитить и использовать как заложницу в войне с местными властями.

— Господи! — Клео была потрясена. — Как ты поступил?

Макс с непонятным выражением посмотрел на Клео.

— Когда я работал у Джейсона, мне не раз приходилось бывать в подобных местах, поэтому у меня всегда с собой был револьвер. Между мной и повстанцами началась перестрелка. Одна пуля пробила дверь машины и попала мне в ногу.

— Значит, вот когда ты был ранен? — Голос Клео сорвался. — Когда ты спасал Кимберли?

— Да.

Клео схватила его за руку.

— Тебя могли убить.

— Послушай, Клео, это очень старая история, нет смысла ее обсуждать.

— Но тебя могли убить, — снова повторила она. Ее ногти впились ему в руку.

Макс расслышал в ее голосе прежний страх. Ее больше не заботили его отношения с Кимберли, ей на память пришли обстоятельства смерти родителей и собственное прошлое.

— Успокойся, Клео. — Он повернулся на бок и притянул ее к себе. — Все в порядке. Я с тобой. Она прижалась к нему, согреваясь его теплом.

— Хорошо, я больше не буду.

— Прекрасно. — Успокаивая, он гладил ее по спине. — Уже поздно. Попробуй заснуть.

Макс почувствовал, как ее тело обмякло.

— Ты сказал, вы были помолвлены всего полтора месяца?

— На неделю больше или меньше. — Он старался говорить как можно безразличней. — Не помню точно, сколько.

— А теперь Кимберли замужем за другим.

— Да.

— И она хочет заполучить тебя обратно, Макс. — Голос Клео был бесцветным. — Меня не обманешь. Макс улыбнулся, зарывшись лицом в ее волосы.

— Только из деловых соображений. Ее отец считает, что компания во мне нуждается.

— Это действительно так?

— Мне все равно, так это или не так. Мне не нужна эта работа.

— Ты уверен?

— Уверен. — Он поцеловал ее в шею. — У меня есть другая работа.

Клео взглянула на него через прищуренные ресницы.

— Могу побиться об заклад, Международная корпорация «Керзон» платит немного больше, чем гостиница «Гнездышко малиновки».

— Все зависит от того, с какой стороны на это посмотреть. — Макс поцеловал нежный душистый изгиб ее груди и погрузил пальцы в мягкие волосы у нее между ног. — Я вполне доволен тем, что получаю здесь.

— Так уж доволен? — Клео положила руку ему на плечо. — Макс, ты все еще ее любишь?

Вопрос встревожил Макса. Он никогда не задумывался, любил ли он Кимберли. Никогда не задумывался, любил ли он вообще кого-нибудь.

— Нет.

— Ты уверен?

— Уверен.

— Что-то ты слишком легко отвечаешь.

— Но это легкий вопрос.

Макс взял губами ее сосок. Он был зрелый и сладкий, как ягода малины. От его вкуса по телу Макса прошла дрожь. Он почувствовал возбуждение.

— Почему легкий? Разве ты не любил ее три года назад?

— Клео…

— Просто мне любопытно, — сказала она тихо. — Я знаю, какой сильной может быть любовь, потому что мои родители горячо любили друг друга. Такой человек, как ты, не может легко говорить о подобном чувстве, если он его испытал.

Он перестал ее ласкать и поднял голову.

— Такой человек, как я? — повторил он. Клео нежно погладила Макса по щеке.

— Ты — как твои картины, о которых ты мне рассказывал. В тебе есть глубина. В тебе множество оттенков. Мне кажется, если ты полюбишь, то будешь любить очень долго. Наверное, вечно.

— Я не произведение искусства. Не приукрашивай меня, Клео. — Макс поймал ее руку и прижал к своей груди. — Я ничего не знаю о такой любви. Если она вообще существует.

— Мои родители знали это чувство. — Клео улыбнулась. — Я тоже хочу узнать такую любовь.

У Макса заныло сердце.

— Ты можешь потратить на ее поиски целую жизнь и никогда не будешь удовлетворена своими находками.