Время расплаты - Юлия Еленина

Признаться, я боялась, что услышу имя отца, но даже не удивилась, когда Константин Иванович произнес фамилию дяди Паши. Кое-что начало вырисовываться, и мне казалось, что моя догадка не такой уж бред.

Отец интересовался расстройствами мышления — вполне подходит человеку, которого могли посетить подобные бредовые идеи с убийствами. Хотя пока это лишь несчастные случаи.

Отец копался в прошлом семьи Рихтер, пока не знаю почему, но думаю, что дядя Паша может прояснить, только надо с ним встретиться. И тогда можно выдвигать еще парочку безумных версий.

— Скажите, Константин Иванович, — обратилась я к патологоанатому, — а зачем проводили вскрытие? Насколько я знаю, в подобной ситуации это необязательно.

— Брат ее настоял. Знаете, хоть он и был немного того, но мне показался интересным человеком, хоть и был тогда очень молодым.

Я снова попыталась вспомнить, почему мне его лицо показалось знакомым. Вроде вот оно, рядом, а не могу выхватить это воспоминание.

Да твою же!..

Надо будет просто сосредоточиться и прокрутить в памяти события последних дней. Когда восстанавливаешь хронологию, вспоминаешь запахи, ощущения, звуки, то всплывают и лица.

Но сначала дядя Паша.

Я посмотрела на время, и Женя, заметив это, тут же поднялся. Мы попрощались с Константином Ивановичем, и я почти бегом пустилась к машине.

— Лиля, куда ты так несешься, как будто за тобой черти гонятся?

— Надо поговорить с Медведем, — пояснила я.

— Это понятно, — спокойно ответил Женя. — Меня посетила та же мысль. Но давай мы обойдемся без ДТП на трассе.

— Кстати, — остановилась я возле машины, — Карпов погиб в ДТП, а милая кошатница Элеонора сказала, что Рихтер любил копаться в машинах.

Женя быстро смекнул, куда я клоню, и продолжил:

— То есть ты думаешь, что парнишка спустя десять лет возвращается в город и начинает убивать людей. Тогда у него крыша протекла окончательно. Если он винил в смерти своей сестры Медведева, то не логичнее ли убить его?

Что ж, как раз для таких случаев и существует судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Но иногда сам черт не разберет, что творится с психикой человека. Мотивы здорового человека порой не укладываются в голове, а вот мотивы человека с психическим расстройством вообще могут показаться нереальными.

— Женя, нам не понять пока.

— Ладно, поехали. Адрес помнишь? — спросил он, когда мы сели в машину.

— У отца в ежедневнике посмотри, — кивнула я на бардачок.

Через два с половиной часа мы оказались во дворе старой девятиэтажки. И только выйдя из машины, я вдруг подумала, что за своим азартом не мыслила логически. Дяди Паши не было на похоронах отца — не значит ли это?.. Тоже странная особенность — мы всегда думаем о плохом.

— Ты так торопилась, а сейчас мнешься, — сказал Женя, погладив меня костяшками пальцев по щеке. — Не думай наперед. И не строй теории, пока у тебя не будет достаточно фактов. Мы уже на этом обожглись.

Да, и мы за это расплатились. Поверили не друг другу, а тому спектаклю, что устроил мой отец. И каков итог? Женя ненавидел меня, я боялась вернуться, потерянные годы, незаживающие раны и ребенок, который тринадцать лет рос без отца. А все от большой родительской любви или эгоизма.

— Женя, пожалуйста, не бросай меня. И верь мне.

Он улыбнулся, но как-то грустно.

Да, что-то похожее я сказала в нашу последнюю встречу тринадцать лет назад. И тогда он пообещал, даже обещание не нарушил — мы потеряли друг друга по иной причине.

— Мы тоже с тобой клятвопреступники, — неожиданно сказал Женя. — Быть вместе, никогда не расставаться, так мы клялись? А сколько людей ежедневно бросают слова на ветер, не сосчитать. Даже и не верится уже в силу клятв, — задумался он, отвернувшись к окну, а потом потянулся к двери: — Ладно, идем.