Секрет для соловья - Виктория Холт

– Послушай, Сусанна, ты сейчас в шоке. Произошла настоящая трагедия. Я все прекрасно понимаю. Я собирался встретить тебя на станции и подготовить к печальным новостям.

– Неужели ты думаешь, что мог бы меня подготовить к такому горю?

– Нет, конечно. Но для тебя приехать домой и увидеть сына в гробу… это должно быть ужасно!

– Неважно, где я увидела его. Важно, что он мертв. Вот почему я так ненавижу вас всех. Вы – убийцы, все до одного! И твоя пьяница-няня, и твои распутные друзья, и ты, со своими безобразными привычками и развратной жизнью… А больше всех виноват этот так называемый доктор!.. Я читала его книги. Благодаря им я отлично его узнала. Ему нужны сенсации. Он даже хуже тебя, потому что ты слаб, а он силен. Свою испорченность он прячет под маской благодеяний. Я ненавижу вас всех – всех твоих друзей… все, что связано с тобой… но больше всего я ненавижу тебя… и твоего доктора…

– Я прикажу слугам прислать тебе сюда немного еды и попрошу доктора Каллибера прийти посмотреть тебя.

Я горько рассмеялась.

– Как жаль, что ты не был столь заботлив по отношению к своему сыну! Тогда ты, может быть, позвал бы доктора Каллибера, чтобы он осмотрел его. Ребенок находился бы под наблюдением настоящего врача!

Я бросилась на кровать, и меня охватило чувство полной безысходности.

Я не заметила, как день сменился ночью, а затем опять наступил день. Время шло, но мое горе оставалось таким же глубоким, как и в первый момент.

В день похорон моего милого сыночка я двигалась, как во сне. Не веря собственным глазам, я не отводила взгляда от маленького гробика, в котором покоились останки самого дорогого мне человека. Он значил для меня больше, чем весь остальной мир, и я бы отдала все, только бы он оставался со мной.

Унылый звон колоколов возвестил о начале печальной церемонии. Не помня себя от горя, я почти не слышала слов заупокойной службы.

Джулиана похоронили в фамильном склепе Сент-Клеров, среди его родовитых предков. Здесь покоился Стивен, ушедший от нас совсем недавно, и пресловутый Гарри Сент-Клер, соорудивший в пещере храм сатаны и предававшийся там разнузданным оргиям.

Мы вернулись домой. Я заперлась в своей комнате, мне никого не хотелось видеть.

Обри попросил доктора Каллибера прийти ко мне. Разговаривая с ним, я понемногу начала оживать.

Он сказал, что сочувствует моему горю, но я должна взять себя в руки, иначе могу серьезно заболеть сама.

– У вас еще будут дети, миссис Сент-Клер, – мягко сказал он мне. – И поверьте моему опыту – со временем боль утраты станет не такой острой.

Но я не хотела слушать то, что он говорил обо мне. Мне хотелось узнать, что же все-таки произошло с Джулианом.

– Болезнь развилась внезапно и была смертельной, – пояснил доктор Каллибер. – Практически для ребенка ничего нельзя было сделать.

– Но если бы вас позвали вовремя… если бы ее сразу заметили.

– Кто знает? К сожалению, смертность среди малышей очень высока. Меня поражает, что, несмотря на это, их выживает так много.

– И все же, доктор Каллибер, когда вы пришли…

– Ребенок был уже мертв.

Уже мертв! Эти слова не шли у меня из головы.

– Здесь был другой врач, который осмотрел его, – кто-то из гостивших в доме в то время.

– Да, так и мне сказали. Я сам его не видел.

– Ну а если бы за вами послали вовремя… – настаивала я.

– Кто знает? – повторил доктор Каллибер. – Сейчас меня беспокоит ваше состояние. Я дам вам успокоительное и хочу, чтобы вы принимали его регулярно, миссис Сент-Клер. И еще я настоятельно прошу вас поесть. Подумайте о том, что подобное, к несчастью, случается не так уж редко. У вас еще будет много детей, уверяю вас, и тогда потеря этого ребенка не покажется такой трагичной, как сейчас.

Когда он ушел, я села у окна и начал смотреть на рощу. Бурный гнев переполнял мою грудь.

Они оставили его умирать! Его осмотрел только один врач, и это был не практичный доктор Каллибер, а «дьявольский доктор». Я была уверена, что он дал моему дорогому сыночку одно из своих непроверенных лекарств, и это убило Джулиана. Но когда-нибудь я отомщу ему!..

Мысль о мести, как ни странно, успокаивала. Я смогла наконец отвлечься и не думать о бледном безмятежном личике в гробу, о похоронном звоне колоколов, не вспоминать с болью и тоской моего веселого, милого малыша. Месть – вот ради чего стоило жить!

Что если я когда-нибудь столкнусь со зловещим доктором? Что если я выскажу прямо все, что думаю о нем, брошу ему в лицо обвинение в убийстве мальчика с помощью ядовитых лекарств и в том, что он погубил моего мужа?..

Не думаю, что в то время у меня оставались к Обри хоть какие-нибудь чувства, кроме отвращения, но, как им странно, одновременно мне было его жаль. Бывало, он сбрасывал маску высокомерия, с которым обычно дернулся по отношению ко мне, и просил о помощи. Может быть, мне это только казалось – ведь в действительности он уже ушел слишком далеко по пути греха, чтобы вернуться назад. Но он и сам осознавал это, и бывали минуты, когда он оглядывался назад и представлял себе, кем мог бы стать, не случись с ним такое несчастье.

Доктор, убивший моего сына, сделал Обри таким.

Но почему он всегда несет с собой несчастье? Дамиен символизирует зло! Так было в Венеции. В Минстере он появился именно тогда, когда смертельно заболел Джулиан.

Доктор подобен некоему злому духу. Он представлялся мне с рогами и копытами, как тот идол, которого я видела в пещере. Это загадочная личность, олицетворение дурного предзнаменования.

Именно тогда у меня возникло горячее желание, наконец, увидеть этого человека. Наверное, таким образом я пыталась смягчить свое горе и сосредоточиться на чем-то, что отвлекало меня от тяжелой утраты.

Я обязательно разыщу его. Я брошу ему в лицо обвинения в совершенных им преступлениях. Может быть, таким образом мне удастся спасти от разрушения другие жизни. Жизнь Обри, да и мою, он уже погубил безвозвратно. Наверное, мои тогдашние мысли были слишком мелодраматичны и даже абсурдны, но я судорожно цеплялась за что-нибудь, что вернуло бы мне интерес к жизни. Мысль о мести была как раз тем, в чем я так нуждалась – она помогала смягчить мое горе. Теперь, как мне представлялось, мне есть ради чего жить. Я буду искать «дьявольского доктора» – человека, который убил моего сына. А в этом я ни минуты не сомневалась.

Но я никому не скажу о принятом мной решении. Это останется только моей тайной. Люди могут подумать, что я сошла с ума, раз считаю доктора убийцей моего ребенка. Джулиан был действительно серьезно болен, когда к нему позвали врача. Но потом, я была убеждена, доктор дал ему одно из своих опасных, непроверенных лекарств.

Переполнявший меня гнев не поддается никакому описанию. Я воображала, как схожусь лицом к лицу с этим зловещим монстром… Тогда я скажу ему, что читала его книги и между строк прочла многое, о чем он не писал прямо. Он ведь не зря путешествовал на край света – в Индию, Аравию. Я скажу ему: