Любовь и ветер - Джоанна Линдсей

Первое, о чем она подумала, — о еде. Второе — о Чейзе. Ушел он на работу или поехал за доктором? Дай Бог, чтобы не за доктором. Наконец она была одна и могла немного подумать.

Она села, потянулась. А потом, не веря глазам, уставилась на человека, сидящего за столом.

— Я думала.., тебя здесь нет, — сказала она удивленно.

— Да ну?

Ей не понравился его спокойный тон.

— Считай, что я остался здесь из любопытства. Мне хотелось посмотреть, выздоровеешь ли ты так же чудесно, как вчера.

— Мог бы по крайней мере хоть немного посочувствовать.

Он поднялся из-за стола, подошел к кровати и посмотрел ей прямо в глаза.

Джесси занервничала под его взглядом.

— Ты беременна!

— Нет, — сказала она слишком поспешно и уже спокойнее повторила:

— Правда, нет.

— Правда, да.

Он сел на край кровати, стянул с нее одеяло.

— У тебя прекрасная грудь, — сказал он, нежно дотрагиваясь до нее. — Странно, но она стала полнее с тех пор, как я последний раз ласкал ее.

Джесси отбросила его руку.

— Не говори ерунды.

— Не испытывай мое терпение, Джесси. — Он схватил ее за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. — За свою жизнь я много вертелся возле женщин. Перед тем как мать вышла замуж за Юинга, половина ее клиентуры были беременные женщины. Это был единственный период в жизни женщин, когда они имели законное право обновить свой гардероб. Так вот, они без стеснения обсуждали свои проблемы, не обращая на меня никакого внимания. Ты думаешь, я не знаю, почему по утрам ты никому не показываешься на глаза?

Она снова отбросила его руку, злясь, что он оказался таким осведомленным.

— Оставь меня.

— Ты что, собиралась от меня скрыть свою беременность? Чтобы я уехал, ни о чем не зная?

— Это мои дела, а не твои.

— Нет, больше мои, чем твои.

— Да неужели? А что изменится теперь, когда ты знаешь? Ничего.

— Мы поженимся.

— Нет. — Она медленно покачала головой. — Когда я узнала об этом, я сначала тоже так подумала. Но потом я нашла тебя в постели проститутки.

— Джесси, ведь ничего не случилось. Я был пьян.

— Я знаю. Но ты собирался. Если я выберу когда-нибудь мужчину, то он никогда не взглянет на другую женщину. Я не потерплю неверности. Иначе… Не имеет значения. Ты всегда подхватывал любую, какую хотел. И всегда останешься донжуаном.

— Не истязай себя, Джесси, — сказал тихо Чейз. — Мне достаточно тебя одной.

Под его непреклонным взглядом она вдруг почувствовала возбуждение.

— Спор окончен, — сухо бросила она.

— Это спор о моем ребенке.

— Нет, о моем. Это я страдаю, я вынашиваю его. И я буду растить его!

— Ты собираешься растить его одна? Я знаю, Джесси, что это такое. Мой ребенок не должен расти безотцовщиной.

— У тебя нет права голоса.

— Посмотрим.

Они с неприязнью уставились друг на друга. Джесси была в ярости, она не ожидала такого упрямства от Чейза И он тоже пребывал в подобном состоянии. Он понял, что Джесси делала все, что могла, желая скрыть от него беременность. И это ей почти удалось. Чейз резко поднялся.

— Одевайся!

— Это еще что?

— Сейчас, Джесси, ты поедешь со мной. И не в твоей власти противиться.

— В Шайенн. Я же сказал, что мы поженимся.

— Чейз, — произнесла она ровным голосом, хотя готова была кричать. — Ты не можешь силой заставить меня выйти за тебя замуж. Только зря потратишь свое время на такую длинную дорогу, не говоря уже о моем времени.

— Я так не думаю. А теперь ты сама выйдешь и сядешь на лошадь? Или мне тебя отнести?

Клокоча от гнева, Джесси прошла мимо него. Боясь, что она удерет от него, Чейз сразу же взял ее лошадь за поводья.

* * *

Первые несколько часов долгого пути до Шайенна Джесси была вне себя от злости. Предстояло провести много часов в дороге, и она решила как следует поразмыслить. И когда они приехали в город, Джесси приняла решение.

Было поздно, но Чейз приставил к спине Джесси пистолет. Ей было смешно, но она старалась сохранять серьезность. Такова ирония судьбы. Именно так собиралась она повести его к алтарю в ту ночь, когда приняла решение. А теперь на ее месте он, готовый проделать то же самое.

Джесси молчала, пока он будил священника, подводил ее к алтарю. Она знала, что священник не может видеть револьвер, приставленный к ее спине. И молчала, когда пришло время отвечать на вопросы.

Чейз ухмыльнулся, ожидая услышать, что скажет Джесси. Но она упрямилась. Он ткнул ее револьвером, и только тогда услышал ясный и громкий ответ.

Чейз так удивился, что и сам не сразу ответил на вопросы священника. Джесси быстро нацарапала свое имя, где положено, и вышла из церкви, не дожидаясь Чейза.

Он догнал ее.

— Извини, Джесси, но я вынужден был так поступить.

— Не смеши меня, — ответила она. — Мы оба знали, что ты не застрелишь меня, даже если я скажу “нет”. И ты прекрасно понимаешь, что, если бы я сама не захотела, не помог бы и револьвер. Но не думай, что ты добился своего, Чейз Саммерз. Я просто хочу, чтобы мой ребенок был законным. Вот и все. А теперь убирайся на все четыре стороны. Иногда я разрешу тебе приходить в гости, навещать его. Но я не буду с тобой жить. Ясно?

Она вскочила на лошадь и поехала к гостинице. Он смотрел ей вслед, помрачнев. Мы еще посмотрим! Проклятие!