Своенравная невеста - Шелли Брэдли

– Был парламент, – начал Кайрен. – Они собирались встретиться в определенное время, но я не получил их сообщение.

Мэв виновато покраснела.

– Ты получила их письмо? – спросил он.

– Нет.

– Но тебе известна его судьба?

Мэв кивнула. Значит, как он и предполагал, его украл Флинн, а она, разумеется, не донесет на брата. Кайрен едва ли мог осуждать ее за то, что она защищает своего родственника. На ее месте он поступил бы так же.

– Парламент решал много вопросов.

Как ему выговорить эти слова? Как помягче сказать ей правду?

– Включая судьбу повстанцев? – испуганно спросила Мэв.

Он колебался, желая навсегда похоронить произошедшее в своей памяти.

– Квейд?

Ему не понравилось беспокойство, которое прозвучало в ее голосе и отразилось на лице, за судьбу другого мужчины, даже мертвого. Но ведь он все время знал, что, и выходя замуж, и деля с ним постель, Мэв всегда любила Квейда О'Тула.

Подавив гнев, он посмотрел ей в глаза и ответил:

– Казнен.

– Нет!

Лицо у нее сморщилось, она закрыла его руками и подтянула колени к груди.

Кайрен погладил ее по голове. Он не мог сказать, что сожалеет. В конце концов это война.

– Я понимаю, ты огорчилась.

Мэв подняла голову, по щекам у нее текли слезы.

– Ты! – яростно выкрикнула она, заворачиваясь в простыню. – Ты назначил ему смерть.

– У меня нет такой власти, Мэв. Я лишь голосовал, как все.

– Голосовал за смерть.

– Мы воюем. А на войне заключенных по обыкновению казнят. Остальные проголосовали до меня, поэтому мой отказ ничего бы не изменил.

– И ты ликовал, – презрительно фыркнула она.

– Нет, я...

– Конечно, да. Ты любишь битвы, кровь. Тебя это возбуждает. Ты радовался, когда он делал свой последний вдох?

– Нет.

Кайрен протянул к ней руку, но Мэв отскочила.

– Не прикасайся ко мне!

В глазах у нее мелькнул ужас, и она с такой яростью посмотрела на Кайрена, что ему показалось, будто лицо его обожгло пламенем.

– Ты брал меня в этой постели, зная, что он мертв, зная, как я буду себя чувствовать после этого.

– Я только хотел прикоснуться к тебе, – вздрогнув, пробормотал он.

– Ты хотел сплясать на могиле Квейда, насладиться своей победой. Никогда больше, милорд.

– Но, Мэв...

– Находите себе облегчение со служанками или со шлюхами в Дублине. Но не вздумайте опять прикасаться ко мне.

– Моя дорогая...

Мэв отшвырнула его руку.

– С этого момента я вам только враг. Вы предали меня, вы мне солгали, разрушили мою жизнь и убили человека, за которого я хотела выйти замуж.

– Я его не убивал! Мэв, даже если бы я проголосовал за его освобождение, это не имело бы веса. Они хотели его смерти.

– Вы недооцениваете свой дьявольский язык, милорд. Если бы вы попытались, может, и увидели бы его свободным.

Кайрен нахмурился, глядя на маску ненависти, скрывшую ее прелестное лицо.

– А какой ценой? Позволить ему и дальше устраивать мятеж? Чтобы он мог забрать тебя и сделать из меня рогоносца?

– Что случилось бы потом, вы могли бы увидеть, если бы Квейд остался жив. Но что вам известно о таких людях? – с насмешкой спросила она. – Вы же подлый, бессердечный, отъявленный соблазнитель женщин. Никогда больше не говорите со мной.

Завернутая в простыню, словно настоящая богиня, Мэв вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь. Кайрен почувствовал, как этот шум эхом отозвался в его сердце.

* * *

Неделя прошла в напряженном молчании. Казалось, воздух в Лэнгморе сгустился, как перед бурей. Того и гляди блеснет молния.

Кайрен проводил день за днем, час за часом, тренируя своих людей. Бывший сброд начал превращаться в дисциплинированную, боеспособную команду, которая могла сдержать и отразить нападение маленькой армии мятежников. И Мэв с тревогой думала, не чувствует ли Кайрен... граф Килдэр приближения решающей битвы.

Но ее больше мучила тяжесть собственной вины, чем разбитое сердце. Как она могла столь бесстыдно лежать с палачом Квейда? Почему даже теперь она предательски по нему скучает?

Подняв глаза, она увидела входящую в малый зал Джейн. Старшая сестра держала на руках спящего сына и вся светилась от радости. Ее сердце наконец исцелилось.

Мэв не могла сказать то же самое про себя.

– В последние дни ты похожа на грозовую тучу, – ласково произнесла Джейн. – То ли ждать дождя, то ли раскатов грома. Мы с Фионой и Бригид очень беспокоимся.

Значит, она пришла, чтобы поговорить с сестрой? Вздохнув, Мэв попробовала обуздать свои чувства и хотя бы выглядеть спокойной.

– Мне понятно твое горе, – сказала Джейн. – Я знаю, что ты любила Квейда.

Да, она его любила. Он был нежным другом, как и она, интересовался книгами. Всегда понимал ее взгляды, никогда не пытался их изменить. Они были одного мнения об Ирландии и Лэнгморе. Их брак мог стать гармоничным. А теперь он навеки ушел.

– Восстание обходится дорогой ценой, – продолжала сестра. – Мы должны верить, что жертвы не напрасны.

Мэв чуть заметно кивнула. Джейн права. Но это не умаляло ни ее страданий, ни ее вины. Она дважды охотно делила постель с английским мучителем Квейда. Она поддалась обману Килдэра, позволяла ему увлечь ее своим обаянием, пока не предала человека, который поклялся ей в вечной любви. А хуже всего то, что она совсем не так любила Квейда.

Мэв чувствовала себя виноватой.

– Ты не готова разговаривать об этом? – спросила Джейн.

Посмотрев на сестру, Мэв увидела в ее темных глазах понимание и участие и покачала головой.

– Ладно, – ответила Джейн, поднимаясь со стула. – Маленький Джеральт спит. Я положу его и сама немного отдохну. Если ты передумаешь...

– Спасибо. – Мэв тоже встала и благодарно обняла сестру. – Я знаю.

Джейн с улыбкой вышла, а Мэв снова принялась ходить взад-вперед.

Трясина чувств все глубже затягивала ее, и она не знала, что делать, как совместить несовместимое: горе и вину с постыдной тоской тела по ужасному мужу.

– Мэв?

Она повернулась на голос Килдэра и вздрогнула от ярости. Она опасалась его.

Каждый день он пытался разговаривать с ней, упрашивая забыть его прегрешения и простить. Но Мэв отказывалась.

Скользнув взглядом по его серьезному лицу, девушка взяла вышивание, лежавшее на столе, и молча направилась к двери.