Законы высшего общества - Арина Холина

Секретарь Катя покраснела.

— Что? — насторожилась Настя.

Катя молча вышла из-за стола, прошла в кабинет Насти, а вернулась с листом офисной бумаги.

— Что это? — Настя сдвинула брови.

«Заявление. Я, Мария Олеговна Ефремова, прошу уволить меня по…»

— Что это? — повторила Настя, глядя на Катю.

Но та уже говорила по телефону.

— Маш, тебе лучше приехать, — прошептала она в трубку, отводя глаза.

— Что происходит?! — разволновалась Настя.

— Настечка, пожалуйста, пусть вам Маша сама объяснит, — взмолилась Катя.

— Ну, ладно, — буркнула Настя и, прихватив бутылку мадеры, скрылась в кабинете.

Маша явилась довольно скоро — может, сидела в засаде? Она запыхалась и ощутимо нервничала.

Настя не произнесла ни слова — сопровождала все перемещения помощницы тяжелым взглядом.

— Настя, мне надо было позвонить, но не хотелось тебя отвлекать, беспокоить… — забормотала Маша. — Просто… У меня теперь своя студия.

Настя продемонстрировала удивление — с долей сарказма.

— Не студия, конечно, а продюсерский центр, и у нас уже есть проект… Мы снимаем фильм по Галиной книге.

Настя подняла одну бровь.

— Ну, Галя нервничала, Антон познакомился с Бондарчуком, так что пришлось что-то делать… в этом смысле.

Настя подписала заявление.

— В бухгалтерии тебя рассчитают. Я позвоню, — произнесла она наконец.

Они помолчали.

— Не буду делать вид, что я на тебя не сержусь. Лучше не встречаться пару недель. Но я все понимаю. Мне сейчас трудно это говорить, но ты отличный редактор и будешь хорошей начальницей. Мне жаль, что придется с тобой расстаться. Все! — предупредила она порыв Маши расплакаться. — Иди!

Маша встала, постояла, но Настя уткнулась в монитор, и та ушла.

Ха-ха!

И пусть не думает, что они теперь на равных! Тоже мне, глава продюсерского центра!

Но домой Настя вернулась подавленная. Нет у нее теперь старшего редактора. А это значит, что придется торчать в офисе и самой читать сценарии.

— Маша уволилась, — сказала она Максиму.

— Да ты что? — воскликнул он.

— А ты не знал?

— Ну, откуда я мог знать? — обиделся Макс.

— От верблюда, — с грустью ответила Настя.

— Девочка моя… — Макс метнулся к ней, обнял, поцеловал в макушку, и Настя неожиданно разревелась. По-настоящему.

Ну, почему, почему жизнь — такая подлость? Казалось бы, все идет по плану, бодро и весело, и тут случается какая-нибудь мерзость и все портит!

Может, продать всю эту муру за несколько миллионов, положить их в банк и ни о чем не думать?

Тогда бы она жила хорошо — снималась, читала, выращивала фрезии… Интересно, как эти фрезии выглядят?

Н-да-а…

Вот сидит она у себя на даче и читает: «Анастасия Устинова, которая в последнее время снимается все реже и реже, появилась на презентации новых революционных панталон, утягивающих целлюлит, в обществе Игоря Саруханова, Вячеслава Малежека и Ирины Мирошниченко…»

Что она будет делать без студии? Молодые актрисульки дышат в спину, и пока она сама себе работодатель, режиссеры с ней заигрывают, а стоит отойти в сторонку — и на первый план вылезут всякие темные личности, которым не лень спать одновременно с режиссером и с продюсером…

Злая она!

Ладно, юные дарования пусть устраиваются, как хотят, но вот она, Настя, просто обязана перестраховаться. Конечно, лет шесть-восемь у нее еще есть в запасе, но что потом? По примеру многих отловить интеллигентного миллионера в очках и с геморроем? Засесть за городом и фотографироваться для журнала «Дом и Сад»?

Не вариант.

Где найти редактора?

И вообще как же не хочется именно сегодня думать о всяких подлых Машах, глупых Галях и прочей чепухе, которая паутиной затягивает мозг!

— Макс, давай насладимся плотской любовью… — предложила она, потянувшись на диване.

Макс расхохотался.

— Предадимся преступной страсти? — уточнил он.

— Моя страсть как… как ограбление банка! А твоя?

— А моя как… как подделка удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей в целях его использования либо сбыт такого документа, а равно изготовление в тех же целях…

— Что-о? — развеселилась Настя. — Ты где этого нахватался?

— Да-а… Надо было. По работе.

— Ладно, давай отдаваться страсти, горячей, как подделка документов…

Настя уселась на него сверху.

— Покажи сиськи, — Макс задрал ей майку.

— Фу! — поморщилась Настя. — Ты просто чмо какое-то! Никакой романтики!

— Да, я жлоб! — согласился Максим.

Он схватил ее за талию, перевернул и подмял под себя.

— Мне можно шевелиться? — поинтересовалась она.

— Когда я скажу…

Дней через десять Настя слонялась по офису, отрывала сотрудников от работы — лишь бы не читать кипу сценариев, присланных всякого рода графоманами.

Звонок застал ее в туалете. Поспешно натянув штаны, Настя схватила телефон и закричала:

— Алло!

— Анастасия? — послышался мягкий мужской голос.

— Н-да, — призналась Настя.

— Это Антон.

— Антон… — Настя напрягла память, вспоминая знакомых ей Антонов…

— Друг Галины Гранкиной, — пояснил голос.

— Антон! — с преувеличенной радостью воскликнула Настя.

— Настя, я бы хотел пригласить вас на ужин, — сообщил «друг».

— Да? — смутилась она.

Вот еще! Очень ей надо — тайно встречаться с «другом Галины Гранкиной» — чтобы получить бесплатный ужин и пару-тройку пошлых комплиментов.

— Деловой ужин, — пояснил Антон.

— Ну, здорово… А о каком деле идет речь? — Настя все еще была в туалете — рассматривала в зеркале морщинки вокруг глаз.

— Мне бы хотелось обсудить это тет-а-тет, — промурлыкал Антон.

— Антон, вы меня интригуете. Что еще за секретность? — с недовольством произнесла она. — У меня телефон не прослушивается, но в любом случае я заранее не обсуждаю то, что связано с торговлей оружием, наркотиками и продажными женщинами.

Антон залился смехом. Очень смешно! Вообще-то, она не шутила.

— Анастасия, простите за настойчивость, но, может, я заеду за вами в семь?