Законы высшего общества - Арина Холина

— А нельзя ли все это улучшить?! А?

— Нет, — отрезала Маша.

— Что значит «нет»? — Настя уже кричала в голос.

— «Нет» значит, что либо мы принимаем этот сценарий, либо Галя с Антоном отдают его другой студии.

— Вот это наглость! — выдохнула Настя. — Они с ума посходили?

— Хозяин — барин, — сухо ответила Маша. — Только ты не забывай, сколько денег мы можем на этом заработать.

— Я все помню, — заверила ее Настя. — Ладно. Мы в четверг уезжаем в Ялту, а ты пока попробуй уломать Галю.

— Ничего не гарантирую.

— Ну, попробуй все-таки.

Ялта изображала Лазурный Берег. Настя изображала жену миллионера. Довченко изображал главного героя — жиголо.

Доизображались до того, что все читатели газеты «Твой День» и «Экспресс-газеты» обсуждали их роман.

К сожалению, это нельзя было назвать клеветой.

Роман был.

Настя некоторое время сомневалась — а стоит ли? — но с Пашей они встречались в постели не первый раз. Пару раз в году у них что-то происходило — они встречались и бросались друг на друга с такой страстью, что никакие причины, противопоказания, другие отношения и даже угроза смерти не могли бы оторвать их друг от друга.

Настя знала Пашу как облупленного. Он — артист. Холостяк. Мужик с отчаянным темпераментом.

У них никогда ничего серьезного не получится.

Но эти короткие встречи были настолько упоительны, насыщены электричеством, состояли из ничем не разбавленного секса, что от них невозможно было отказаться.

И это ее жизнь. Она — актриса. Она в Ялте, временно одинока, в страшном нервном напряжении. А Паша… Жилистый, горячий, загорелый…

Курортный роман.

О котором никто не знал.

Журналисты в очередной раз сочинили роман двух звезд — обычное дело.

Но Максим злился.

— Ты мне не веришь? — кипятилась она.

— Настя, дело не в этом…

— А в чем?!

— В том, что ты меня перебиваешь через слово! — заорал он в трубку.

— Молчу… — притихла Настя.

— Дело в том, что твоя личная жизнь — достояние семидесяти миллионов человек, и я просто не понимаю, что делать, если каждый второй в этой стране обсуждает, с кем ты спишь!

— Да я сплю с тобой!

— Но знаем об этом только мы с тобой! — Максим так кричал, что голос сорвался на хрип.

Лучше всего было сейчас разрыдаться. И Настя разрыдалась.

— Пока! — убедившись, что он слышит, как она плачет, Настя повесила трубку.

Вскоре он перезвонил.

— Настя, прости меня… — покаялся Макс. — Я просто не ожидал, что стану частью всего этого… Я не привык.

— Н-да, — сопела Настя.

— Я не хотел тебя обидеть, просто для меня это был шок.

— Понимаю.

— Настя!

— Ну что «Настя»?! — взорвалась она. — Почему я-то должна сочувствовать тому, что ты расстроился и захотел меня оскорбить?

— Ну…

— Макс, меня зовут, извини.

Вечером Максим снова был на линии.

— Может, лучше мне приехать? — с заискивающими нотками в голосе произнес он.

— Не стоит, — холодно ответила Настя. — Ты ведь помешаешь мне встречаться с любовником.

И это была чистая правда. Секс с Довченко вышел на новый виток, и прерывать связь именно сейчас было бы чертовски обидно.

Конечно, это жуткое свинство. Она любит Максима. И придушит каждого, кто захочет его убедить в том, что она ему не верна.

Но Паша… Ну, невозможно удержаться! Это ведь не просто мужчина от нечего делать — это мужчина, из-за которого у нее волосы по всему телу встают дыбом, кружится голова — хочется рухнуть на землю и… раздвинуть ноги. Рядом с ним она могла думать только о сексе — совсем себя не контролировала, и это часть ее личности — слишком много эмоций, иначе бы она не была тем, кем была.

И с Пашей не хочется никаких отношений — только химия, чистый секс.

— Макс, я жутко соскучилась, — от всего сердца призналась Настя. — Но я это уже проходила. Ты приедешь, повсюду будет Довченко, ты примешь мрачный вид, я стану нервничать, Довченко начнет нервничать, по вечерам мы будем выяснять отношения… Съемки превратятся в платформу для личных разборок. Если ты хорошо подумаешь и пообещаешь, что я не замечу ни малейшего недовольства с твоей стороны, — приезжай. Но ты должен понять — сейчас для меня работа на первом месте. И я готова с тобой поссориться, если ты будешь нам мешать.

Макс подумал и сказал, что приедет через пару недель.

— А что там с Галиным сценарием? — напомнил он.

— Да ну его к черту! — отмахнулась Настя. — Решим, когда я приеду в Москву.

Она отключила мобильный и прокралась к Паше, где они до утра не могли оторваться друг от друга. Настя ощущала подъем и влюбленность — не настоящую, которая вынуждает нас переживать и страдать, а легкий, пьянящий восторг плотской любви, ни к чему не обязывающей, прекрасной, как рассвет, — и столь же короткой.

В конце концов, кто сказал, что она не может иметь все?