Обрети себя, полюби меня - Кэт Круг

Молодой человек не стал сопротивляться, а спокойно встал со стула.

— Завтра увидимся, любимая. — он поцеловал в лоб, и вместе с сотрудницей оставил меня одну.

Выдохнула.

Слишком много событий за такой короткий промежуток наложили свой отпечаток.

— Как минимум, сейчас я лежу на больничной койке. — заявила вслух, чуть посмеиваясь.

Свет в помещении вскоре погас, но сон всё не шёл. Мозг будто назло моему изнуренному телу требовал разбирательств в произошедшем. Пришлось подчиниться.

Моё поведение на “Цветении” было довольно нетипичным. Обычно я не напиваюсь в общественном месте, да и ещё в одиночку. Если у меня и возникает желание немного потерять контроль с помощью напитка, я предпочитаю это делать дома, и часто вместе с близким человеком. Зачем же я пошла на подобное, словно одуревшая школьница?

“Бессмысленно, перестань!”.

Корить себя за прошлое уже поздно, что сделано, то сделано. Больше меня всё-таки угнетала наивность, которая в момент встречи с Любой взяла вверх над разумом.

Зажмурилась, протяжно вздыхая.

— Какая же ты идиотка, Марина. — ругала себя, качая головой.

Когда девушка предложила выпить — мне показался странным её поступок. До этого каждая наша встреча сопровождалась скорее негативом, я постоянно это ощущала. Даже последнее времяпрепровождение в ресторане было настолько некомфортным для меня, что я просто-напросто сбежала оттуда. Так почему, зная и понимая это, я всё равно взяла тот чертов бокал?

Да, я находилась не в трезвом состоянии, но это нисколько не оправдывало моих действий.

“Видимо мной управлял не просто алкоголь” — внезапно возникла догадка.

— Что, Марина, и тут скажешь — это не правда? — издевалась над собой.

В тот день меня поглотили эмоции. Возможно, весьма иррациональные — ведь я самостоятельно отказалась от чувств к Матвею, и, более того, обозначила это и ему. Но стоило мне увидеть его вместе с Алёной, как те собственные убеждения рассыпались в пух и прах. Я злилась и негодовала. Моя холодная натура исчезла, никак не помогая взять себя в руки. От этого мне хотелось сбежать, заглушить всё. И когда ко мне подошла Люба — я с той же злостью взяла этот бокал, опустошая.

“Алкогольная интоксикация” — обозначили врачи.

Я точно помню, что ощущало моё тело, каково было моё состояние перед потерей сознания — мандраж, онемение, холодный пот. И, удивительное совпадение — это произошло ровно спустя минуту после предложенного и выпитого напитка.

“А сама она быстренько покинула меня” — мысленно добавила ещё аргумент.

Я на сто процентов была уверена — Люба что-то подмешала в вино. Наверняка она поэтому и сбежала, надеясь на то, что нас вдвоем никто не увидит. Сейчас я не сомневалась, она не боялась действовать открыто, ведь могла рассчитывать на то, что я…

— Не проснусь. — хрипло завершила.

Но я проснулась. Неведомым образом мой организм выдержал. И, как сказала Арина, Любовь перестраховалась, и через врачей хотела убедить меня в её невиновности.

Сохранялся главный вопрос: зачем ей это всё?

Хоть я явно не вызывала в ней симпатию, но и дорогу никак не переходила. И…

— Стоп! — неожиданно вскрикнула, поднимая торс. — О нет…

Ладонями сжала от ужаса лицо. Я вспомнила ещё кое-что. То, после чего у меня появился страх, едва сосуд остался пуст. Любовь начала отходить, а я невзначай обратила внимание на корни волос — они были тёмные! Эта та деталь, за которую я зацепилась после гибели наследника Гедиановых, которую искала в каждой девушке, знающей Константина. И тогда только после этого осознания бокал упал на землю. Костя был отравлен — так мне сказал Вячеслав, и сама я видела стакан в руках выходящей из комнаты девушки.

— Неужели это была Люба? — озвучила, и одновременно испугалась своего признания. Теперь многие мои подозрения вели к ней.

Может, в тот вечер я всё-таки не осталась незамеченной? И именно поэтому отношение девушки ко мне было таким подозрительным?

Хоть рассуждения мне казались вполне логичными, они вели к новому вопросу: какие мотивы убивать Костю?

Мыслей было так много, что я потеряла основную нить. Мозг наконец дал слабину, и уже против моей воли отправил меня в царство Морфея.

* * *

Утро в больнице началось впопыхах.

На часах не стукнуло и десяти, в палату ко мне ворвались две медсестры с целью осмотреть. Вердикт:

— Собирайте вещи, через полчаса выписываем.

Всё было сказано настолько категорично, что от растерянности я не смогла ничего путного ответить, кроме как недовольно поджать губы.

Мои вещи сложены на прикроватной тумбочке. По словам работниц, моя подруга, то есть Арина, принесла мне чистый комплект, пока я лежала без сознания.

Тридцать минут хватило лишь на то, чтобы принять водные процедуры, привести свой внешний вид в порядок, а также отправить короткое сообщение Арине о моей выписке.

Живот побаливал, больничную еду я практически не ела, желания не было. И, есть подозрения, за все эти дни не один раз всё содержимое желудка выходило обратно.

“М-да, давно такого не случалось” — скривилась, поглаживая больное место.

Из зеркала на меня смотрела изнуренная девушка. Бледное лицо уже нагоняло тревогу, а в паре с впалыми щеками — так вообще испуг.

Улыбнулась отражению, и появился лёгкий румянец.

— Уже лучше. — сипло произнесла.

Голосовые связки требовали того, чтобы я прокашлялась, и сделала несколько глотков воды.

Едва маленький план исполнился, за мной зашла медсестра, и сопроводила на выход.

Честно, я не рассчитывала на что-то большее, чем встреча подруги. Поэтому когда около стойки регистратуры увидела ещё и Сашу, и Матвея, и даже Вячеслава — замерла в удивлении в дверном проёме. А когда услышала ругань с персоналом не только Арины, но и всех остальных, так вообще как немая рыбка открывала и закрывала рот.

Подходя ближе, поняла, причина разногласий — я. Саша тряс бумагой перед лицом бедных работниц, а Арина что-то поддакивала.

— Привет… — неуверенно сказала, обращая на себя четыре пары глаз.

— Мари-и-ина. — первая бросилась ко мне Арина, притягивая в свои объятья. — Как чувствуешь себя?

— Как жертва отравления. — промычала в плечо.

Саша, тем временем, по-собственнически забрал меня от девушки, прижимая уже к себе.

— Больше не отпущу тебя, Мариш. — прошептал он в ухо, гладя по спине.

Арина опустила глаза, Вячеслав тактично обернулся, а вот Матвей периодически поглядывал на нас.

Сцена, в которой мы оказались, вызвала у меня смятение, и я осторожно, чтобы не обидеть, отстранилась от парня.

— Рады, что с вами всё хорошо. — первым признался Вячеслав, делая шаг ко мне.

— Да, рады. — тихо добавил Матвей.

Заметила, как одна рука Карпинского дрогнула, будто он собирался