Вернись за мной - Коринн Майклс

Коннор склонил голову набок.

— Возможно, ты права. Когда мои братья уехали, мне было тяжело.

Я застрял здесь в одиночестве, и ненавидел это. Хотя, если бы мама была жива, возможно, этого бы и не было.

— Как она умерла? — спросила я и сразу захотела забрать вопрос обратно.

Я помню боль в глазах Коннора, когда он говорил о своей матери, и знаю свою собственную, когда вспоминаю о своих папе и маме.

Тяжело терять родителей. Они создали вас, сформировали вас таким человеком, каким вы есть, и когда их больше нет, как будто часть вашего существования исчезает. Я столкнулась с тем, что мгновенно потеряла обоих. У меня не было ни возможности попрощаться, ни возможности сказать то, что нам нужно. У меня нет закрытых гэльштатов, и я надеюсь, что Коннор смог закрыть свои, независимо от того, насколько это не утешительно.

— Рак. Это было быстро и жестоко. Мы только что узнали, а потом казалось, что я моргнул, и она исчезла. Мои братья и я были…

долбаным беспорядком, но мой отец, ну, — его голос смягчился и наполнился болью, — мы похоронили его рядом с ней в тот день, хотя его тело осталось с нами. Он никогда не стал прежним, как и жизнь, которую мы думали, что имеем.

Я протянула руку, беря его ладонь в свою.

— Не знаю, вернется ли кто-то из нас к жизни, которую думали, что имели, после трагедии. Кто-то или что-то вырывает ее из-под ног, и мы просто плывем по течению.

Его глаза посмотрели в мои с такой интенсивностью, что у меня сжался живот.

— Ты все еще плывешь по течению, Элли?

Я покачала головой.

— Нет, не думаю.

— Почему нет?

— Потому что ты мне не позволяешь.

Он поднял руку и обхватил мою щеку, глядя на меня вниз.

— Ты позволишь мне поцеловать тебя еще раз?

Я одновременно хотела и избегала этого момента. Равные части меня разрываются на желание и страх. Я хочу снова поцеловать его, почувствовать его губы на своих и отдаться моменту. А потом волнуюсь, что если я позволю себе надеяться на большее и потеряю его, это сломает меня еще больше, чем я уже сломана.

Но моя решимость не так сильна.

Сопротивляться ему бесполезно, и я вру себе, когда говорю, что хочу сопротивляться. Нет ничего, чего я хочу больше, чем принадлежать ему.

Так что я сбрасываю свой страх и задаю единственный вопрос, который остался важным.

— Ты причинишь мне боль, Коннор?

— Никогда.

И я ему верю.

— Тогда да, я позволю тебе поцеловать меня.

Глава 22

Коннор

Я немного подожду, на случай если она передумает. Первый поцелуй был всем, но страх заставил меня сдержаться, контроль был непреклонным. В этот раз я не думаю, что смогу это сделать.

Но попробую.

Она все, что я хочу и нуждаюсь, и она здесь. Я хочу притянуть ее в свои объятия, целовать, пока она не забудет все плохое, что с ней когда-либо произошло, и подарить ей новые воспоминания, наполненные всем тем, что она должна была иметь.

Я хочу все это, и хочу это с ней.

Медленно поднимаю вторую руку и обхватываю ее лицо. Синяки, которые испортили ее кожу месяц назад, исчезли, остались только ее замечательные голубые глаза, в которых нет и намека на страх. С каждым днем она исцеляется немного больше, и надеюсь, что с каждым днем я показываю ей, кто я есть.

Я не сделаю ей больно. Я никогда не возьму то, чего она не захочет дать. Я буду дорожить ею только потому, что она чертов ангел.

Наши губы сближаются, каждый вдох посвящается моменту. Я чувствую тепло ее тела, когда она наклоняется.

— Ты все, что я помню, и ничего, к чему я был готов, — говорю перед тем, как поцеловать ее.

Я начинаю медленно, позволяя нашим губам соприкасаться, потому что не хочу пугать ее безумным желанием, которое испытываю к ней. Я держу себя под контролем, используя каждую унцию терпения, которую имею. Сдержанность — то, что ей нужно, но это последнее, что я чувствую, когда нахожусь так близко к ней.

Ее руки скользнули по моей спине, заставляя одеяло упасть с ее плеч. А потом я поцеловал ее, как хотел. Мой язык скользнул по ее, и вкуса этой женщины достаточно, чтобы я захотел умереть.

Это рай.

Вот почему она ангел, посланный мне с небес.

Все в ней идеально.

Я стону, не в силах остановиться, когда целую Элли так, как долго об этом мечтал. Наши языки движутся вместе, когда я впитываю ее до дна. Она понятия не имеет, что делает со мной, и в некотором смысле надеюсь, что она никогда не догадается.

Элли поглощает мои мысли и мечты. Только ее улыбка может зажечь весь мой мир. Я так глубоко встрял, и даже не знаю, как это случилось. Однажды я был здесь, в этом долбаном городе, который ненавижу, в окружении призраков, а на следующий день я не захотел покидать свой дом, потому что там она и Хэдли.

Элли отступила, прижав лоб к моему.

— Когда ты меня так целуешь, я не могу думать.

— Я не хочу, чтобы ты думала, я хочу, чтобы ты чувствовала.

Ее голубые глаза посмотрели в мои, и ее уязвимость сломала меня.

— Вот почему мне нужно включить голову. Если бы я больше использовала свои мозги, то бы никогда не попала в то дерьмо, в котором нахожусь сейчас.

Элли отошла, и я отпустил ее, хотя хотел прижать ее ближе к себе.

У нас с ней есть демоны, и когда они просыпаются, я знаю, как трудно снова заставить их замолчать.

— Я не хочу лишать тебя выбора.

Она быстро вернулась.

— Я не думаю, что ты можешь это сделать. Я не могу повторить те же ошибки, Коннор. Я сразу бросилась в отношения с мужчиной, который, как знала, не подходил мне. Я позволила ему… Сделать мне больно. Я дала ему власть над собой так, как никогда не должна была. Он сломал некоторые вещи внутри меня, и я не знаю, можно ли их исправить. Я никогда не буду цельной, я всегда буду немного поврежденной.

Я подошел к ней, не в состоянии удержаться подальше, но сдержался, чтобы не прикоснуться к ней.

— Мне все равно, повреждена ли ты Мне все равно, есть ли на каждом дюйме твоего тела шрамы. Поверь