Суши с хлебом - Тата Кит

— Ветчину, сыр, хлеб, яйца и что-нибудь из овощей. Типа, помидоры, огурцы… — перечислила я.

— Ты что это, яйца в магазине берёшь, что ли? — ко мне подошла милейшая бабуля, которая, похоже, решила крайне бурно наехать на меня.

— А где их ещё берут? — я даже немного растерялась от её натиска. О личном пространстве она явно ничего не слышала.

— Так у меня берут! — всплеснула она возмущенно руками. — И дешевле, чем в магазине. И свежее. Пошли ко мне, у меня купишь. Только-только из-под курицы достала, говна на них ещё даже обсохнуть не успела.

— Спасибо, — я попыталась улыбнуться и при этом не думать о не обсохшей «говне» на продукте, который собиралась употребить в пищу. — Но, я, наверное, здесь всё возьму.

— Не-не, Сонька, — вклинилась в беседу Надежда Леонидовна. — У Михайловны лучше бери. У неё яйца большие, желтки вкусные, а иногда их по два в одно яйце попадается. А от магазинских только вонь по всему дому, а вкуса никакого.

Пришлось согласиться с уникальным предложением. В конце концов, яйца можно помыть.

— И овощи у меня возьмёшь. У меня в теплице как раз огурцы уже опять подошли. Отдам задаром. Один хрен, мой дед не жрёт их. А курицам уже много, — какая щедрая женщина, однако, эта Михайловна.

— Спасибо, — улыбнулась я ей.

— Чё «спасибо»? — гаркнула она неожиданно. — Стой и жди теперь меня. Сама я тебе всё не понесу. Заодно мои пакеты дотащишь.

Вроде, и злиться хочется на её столь хамский выпад, а улыбаюсь почему-то. Наверное, просто потому что по ней видно, что он не со зла так говорит, а просто манера речи такая.

Я думала, мне дадут пару огурцов, но в итоге, домой от Михайловны я принесла их почти ведро. Оказывается, она сначала выращивала их дома на подоконнике, а с приходом тепла пересадила их в теплицу. Сумасшедшая бабка. И хочется ей так заморачиваться ради каких-то огурцов?

В четыре часа Надежда Леонидовна вместе с мужем привезла мне рассаду петунии. И её оказалось так много, что теперь мне придётся хорошенько подумать о том, куда её всю пристроить.

Я уже поискала информацию об этих цветах в интернете и, оказалось, эти цветы очень красивые. А Надежда Леонидовна привезла мне цветов, процентов шестьдесят из которых, уже были цветущими. Самые разные расцветки.

Ещё она привезла мне шафраны. Милые и пушистые желто-рыжие цветки.

Михайловна тоже хотела всучить мне рассаду всяких разных цветов, но, к счастью, я сообразила отказаться, помня о том, что Надежда Леонидовна раньше застолбила цветочное место в моём огороде.

— Так…

Для начала я позавтракала. Не зря же тащила через полдеревни ведро с огурцами?

И какие же эти огурцы вкусные! Учитывая, что раньше я видела их только нарезкой или в салате, есть целый огурец, просто откусывая от него, — какая-то детская радость. Жаль похвастаться не перед кем.

За завтраком я снова прошерстила все новости и не нашла информации о том, что кто-то ищет именно меня.

Скорее всего, папа всё ещё надеется без огласки и по своим каналам найти меня и вернуть в семью.

Скорее всего, у него и получится, но я не вернусь или сбегу снова, если условия о навязанном женихе не изменятся.

Я уже стерпела его выбор универа, в который исправно ходила целых два года. Но престарелый жених, под которого мне придётся лечь и отдать свою честь… Увольте.

Низ живота потянуло, по телу пронеслась волна холодного пота. Знакомые симптомы. Кажется, я просчиталась и неверно поставила в своём календаре начало критических дней. Либо стресс из-за побега и так себе условий жизни сыграл со мной злую шутку.

Дома с наступлением этих дней я бы легла в постель и показательно страдала, но сейчас я очень хотела действовать. Рассада цветов будто вдохнула в меня новую жизнь — мне хотелось что-то делать, работать физически, сделать двор Тихона красивее с помощью цветов и нужно не забыть про оставленный им в моё руководство огород.

Всё ещё игнорируя наличие прямо перед собой огромного кирпичного дома, я вышла во двор.

Повернулась к своему домику лицом и упёрла кулаки в бока.

Цветы — красоты. Хоть они и были посажены в картонные коробки из-под кефира и прочей молочки, с ними дом всё равно стал казаться свежее.

— Надо тебя покрасить, — уверенно кивнула я, глядя на дом. Вынула из кармана телефон и в список покупок внесла краску и кисти. — Жёлтую. Да. А у крыльца посажу шафраны. Класс!

Возможно, прямо сейчас я схожу с ума, но мне это нравится.

Составив список покупок, я вернулась в дом, переоделась в одежду попроще, вынула из Тихоновского комода пакетики с семенами.

Он что-то говорил про огурцы и парник. С помощью видео я вспомнила, что Тихон перед посадкой говорил о том, что семена нужно замочить на ночь. Но я замочила их прямо сейчас, чтобы посадить вечером. К счастью, парник был готов. Земля здесь была рыхлая и мягкая и только ждала того, чтобы в неё уже хоть что-нибудь посадили. А вот с теми грядками, что были на земле, всё оказалось куда сложнее. Готовых тут было только три. И все три, насколько я помню, уже были чем-то засажены. Кажется, морковью и чесноком. В одной из них уже даже что-то проклёвывалось ровными рядами, но, возможно, это была просто трава.

Мне же предстояло накопать оставшиеся грядки. И это оказалось очень сложным и физически тяжелым делом.

Лопата — тяжелая, земля — ещё тяжелее, а я — неумелая.

И снова мне в помощь видеоуроки и о том, как правильно вскопать огород.

Час пыхтений, желаний сдаться, всё бросить и расплакаться, не дали почти никаких результатов. То, что было мной накопано, выглядело странно. Ещё и Ржавый наблюдал за мной со столбика забора, как за неуклюжим карапузом.

Хорошо, что хоть хозяин его не вышел посмотреть и прокомментировать. Хотя…

Рано я начала радоваться.

— Привет, соседка, — суровый взгляд Матвея скользнул по моей фигуре и вынудил меня не смотреть в его сторону вообще.

Как стыдно-то, божечки!

— Здравствуйте, — буркнула я, понимая, что пора сворачиваться и уходить отсюда. — Я, вообще-то, уже ухожу.

— Да? — с усмешкой вопросил мужчина. Боковым зрением я видела, как он сложил руки на невысокий забор между нами и, кажется, прожигал взглядом дыру в моей щеке. — И что теперь? Будем как малолетки гаситься каждый в своих хатах? Пососались и пососались. Да и прятки твои смотреть мне уже подзаебало.

— Я не прячусь, — ощетинилась я.

— Ну,