Неукротимый: возрождение - Аврора Белль

Невысказанные слова повисли в воздухе.

Я тебе не доверяю.

Но уголки губ Твитча приподнялись.

— Хорошо. Он выходит в три, верно?

— Да. Ты помнишь, где это находится?

Он как-то странно кивнул мне.

— Да. — Через мгновение он сказал: — Когда мы поговорим? Действительно поговорим.

Я была трусихой, поэтому посмотрела на часы.

— В другой раз. Мне нужно идти.

— Да. — Его губы сжались. — Йога.

Что он только что сказал?

Мои брови медленно поднялись, а челюсть отвисла.

— Ты следил за мной?

Он издал сдавленный смешок и покачал головой, как будто я была смешной.

— Детка. — Это было все, что он сказал, как бы спрашивая: «Ты меня вообще знаешь?»

Я мысленно вздохнула.

Конечно, он следил за мной. Это же Твитч. Он, наверное, знал мое еженедельное расписание наизусть. Черт. Он, наверное, знал, в какое время я принимаю душ каждый вечер.

С глубоким вздохом я покачала головой и произнесла:

— М-да. Я даже не собираюсь туда сегодня, — и была вознаграждена самой красивой кривой улыбкой, известной человеку. И эта улыбка поразила меня так, что я поняла, мне нужно убираться отсюда и делать это быстро.

Твитч проводил меня, и когда я уходила, он окликнул меня. Когда я повернулась к нему, его челюсть была плотно сжата и он сказал:

— Чувак с йоги, твой учитель или кто он там, черт возьми.

Мои брови нахмурились.

— А что насчет него?

— Скажи ему, чтобы он держал свои лапы при себе... — он выпрямился, глаза немного потемнели, — … или я вырву их с корнем.

Мои внутренности пылали жарче, чем солнце.

Тьфу.

Дверь закрылась прежде, чем я успела отреагировать, и я не должна была чувствовать то, что чувствовала в тот момент.

Иисус Христос.

Нет.

Определенно нет.

***

Когда вошла в парадную дверь, я услышала его.

— Ты можешь, я не знаю, отвалить?

Я нахмурилась и замедлила шаг. Именно тогда я услышала нежный голос Молли.

— Нет, но спасибо за предложение.

Твитч громко вздохнул, и когда я прошла через холл, он посмотрел на меня совершенно взволнованно, его брови нахмурились от раздражения.

— Ангел, скажи ей, что она может оставить меня наедине с моим сыном.

Я перевела взгляд с Молли на Твитча, затем посмотрела на ЭйДжея, который, ничего не замечая, сидел на диване, поедая свой послеобеденный перекус. Я медленно покачала головой.

— Молли идет туда, куда идет ЭйДжей.

Он моргнул на меня, невероятно раздраженный, и когда Молли наградила его широкой победной улыбкой, шагнул ко мне.

— Господи, Лекс. Я, бл*дь, не собираюсь его красть.

— Разве?

Когда он посмотрел на меня с абсолютным отвращением, мне почти стало стыдно за себя.

Почти.

Я наблюдала, как его горло дернулось, когда он сглотнул от гнева. Но после он заговорил, и это было чуть громче шепота.

— Я бы никогда не забрал его у тебя. — Его губы сжались, а брови опасно опустились при этой мысли. — Никогда.

Приятно это знать, но не потому, что я настолько глупа, чтобы доверять тебе.

Прежде чем мы вступили в спор, я скинула сумку с плеча на пол.

— Останешься на ужин?

— Не знаю. — Он все еще казался оскорбленным моим обвинением. — Что у нас в меню?

— Баклажаны с пармезаном.

На его лице отразился чистый восторг.

— Бл*дь, да, я остаюсь.

Я покачала головой, сдерживая улыбку от его странно знакомой реакции. Он любил итальянскую кухню, и когда я готовила для него, ему нравилась приготовленные мной итальянские блюда. Когда он последовал на кухню, я тихо произнесла:

— Тебе нужно перестать ругаться при нем.

Твитч усмехнулся.

— Он все это уже слышал раньше. Он знает, что нельзя говорить такое дерьмо. — Я издала низкий горловой звук, и он крикнул: — ЭйДжей, скажи маме, что папа сказал тебе о ругательствах.

Из другой комнаты ЭйДжей заговорил достаточно громко, чтобы мы оба услышали.

— Я могу это слушать, но не могу сказать. — Затем он добавил: — Пока не стану старше.

Я нахмурилась и крикнула в ответ:

— Никогда, — Твитч на это улыбнулся так сильно, что я почувствовала это в своей вагине.

Во время ужина мы сели за стол, и пока Твитч доедал уже вторую порцию моих баклажанов с пармезаном, ЭйДжей уставился в свою тарелку.

— Мне это не нравится.

— Ты либо ешь, либо ложишься спать. Это твой выбор, дорогой, — сказала я ему. У нас никогда не возникало проблем, пока еда не состояла исключительно из овощей. Я осознавала — ему было пять лет; но в тоже время он был мальчиком, и мой сын был плотоядным.

Он скрестил руки на груди.

— Ты не ешь то, что тебе не нравится. Почему ты заставляешь меня есть то, что не нравится мне?

Выражение чистого сочувствия промелькнуло у меня. Я наклонилась, нежно положила руку ему на плечо и сжала.

— Потому что я твоя мать, и твои страдания очень важны для меня.

Твитч подавил смешок, и когда ЭйДжей посмотрел на него умоляющими глазами, Твитч поднял руки.

— Не смотри на меня, приятель. Мама устанавливает здесь правила.

Признаю, было приятно иметь поддержку, и, неудивительно, что после того, как Твитч сказал это, ЭйДжей начал ковыряться в своей еде.

Вскоре ЭйДжею пришло время принимать ванну, и Твитч пожелал спокойной ночи своей крошечной версии, и после того, как он ушел, мне пришлось серьезно задуматься о том, почему дом казался таким пустым без него.

Глава 15

Лекси

— Привет. — Твитч трусцой бежал с другой стороны улицы. — Я заберу его сегодня?

Прошлый вечер казался слишком знакомым, слишком естественным, и я потратила половину времени на размышления о том, почему была так расстроена этим. По правде говоря, это было все, о чем я мечтала. Дом с моим сыном и его отцом, домашняя обстановка. Это было то, от чего у меня болела душа.

С моей стороны было не