Запретам вопреки - Елена Болотонь

Схватилась за голову, пытаясь справиться с приступом. Мягкая прохлада фамильяра коснулась рук, ног, но это не помогало. Не тут-то было. Боль усиливалась, становилась всё ярче.

Ускользающим сознанием я заметила, как рядом свирепо вскинулся задержанный враг, полыхнули ярко-красным его жуткие безумные глаза, забились яростно, в попытке раскрыться, кожистые чёрные крылья. И сильные руки Маркуса, неожиданно подхватившие меня сзади, его не на шутку встревоженное лицо. В тот момент я отключилась и очнулась уже на мягком диване.

Взглядом выловила окна, портьеры, резную, деревянную мебель. Вазу с цветами в углу. Похоже, меня перенесли из подземелья в гостиную.

— Элизабет! Как же вы нас напугали! — тут же подхватился Дэм, как только наши взгляды встретились. — Снова мигрень? Или вас так напугал варкон?

Маркус держал меня за руку, прослушивая пульс. Сосредоточенно его считал, а когда закончил, посмотрел мне в глаза.

— У вас были раньше обмороки, Элизабет?

— Вчера. Был подобный приступ вчера.

— Как всё началось?

— Голова разболелась. Внезапно.

— А сейчас? Как себя чувствуете?

— Лучше, но голова всё равно ещё болит.

— Я послал за целителем, но наместник Фахрад сказал, что тот не сможет прилететь скоро. Придётся чуть-чуть подождать.

— Мне гораздо лучше, — тут же отозвалась я. — У мамы бывают мигрени. Похоже, это наследственное.

— Я предлагал Элизабет целебные капли. Их готовят в моей семье. Может, вы, Ваше Высочество, сможете на неё повлиять? — неожиданно спросил Дэм. — Уверен, они ей помогут. Дождаться врача.

Дракон внимательно посмотрел на магистра, затем перевёл взгляд на меня.

— Вряд ли Лафей хочет вам навредить, Элизабет, — произнёс он. — И если вам это поможет, то думаю, не следует пренебрегать зельем.

Я кивнула, соглашаясь выпить неизвестное снадобье. Присутствие Маркуса успокаивало, а после всего лишь одного глотка вдруг почувствовала неимоверное облегчение. Вкус у зелья был не горьким, не сладким. Чуть терпким, в нём угадывались нотки знакомой травы. Перконию привозили нам откуда-то издалека и поговаривали, что она растёт в землях безумцев.

Но было ещё кое-что. Это «кое-что» засело острой занозой и разъедало теперь плоть и кровь. Слова варкона. Вполне осмысленные, сказанные с полной серьёзностью о том, что я такая же, как и он. Что он имел ввиду? Можно ли как-то узнать?

— А что с варконом? — спросила я.

— Что может быть с безумным чудовищем? — с усмешкой ответил Лафей. — Буйный, совершенно не в состоянии говорить. Впал в ярость, на всех бросается.

— Но он… сказал…

— Он мог сказать что угодно, Элизабет, — мягко перебил меня Маркус. — Думаю, не следует придавать значение словам безумца. Поэтому, как только вас осмотрит целитель, и вы отдохнёте с дороги, можно отправляться обратно.

— Обратно? А как же варкон? Вы ведь ничего не узнали…

— Всё, что нужно, я уже выяснил.

Маркус внимательно смотрел на меня, и в его глазах повисла тень выжидания. Стали мрачнее, резче черты лица. Казалось, дракон что-то скрывал и раздумывал говорить мне или нет. В золотистом янтаре скользили отголоски тоски, которую можно увидеть в глазах преступника ожидающего приговора. Необратимого, не имеющего обратной силы.

— Постарайтесь не волноваться, Элизабет. Похоже, мы нашли ваших родителей и сестру. Они находятся в одном из замков Верховного магистра Алторры.

— Это правда?

Забилось сердце как заполошное, в горлу подкатил сухой ком. Живы. Я знала, что живы!

— Правда. Это значит, что, если информация подтвердится, то совсем скоро вы сможете с ними увидеться. Думаю, понадобится не больше недели.

Лаконичный ответ Маркуса, который ещё неделю назад я восприняла бы за высшее счастье, стал неожиданным. И пусть я была рада узнать, что с родителями всё в порядке, но вдруг осознала другое — придётся расстаться с наследником, и вряд ли мы когда-нибудь встретимся.

Мне бы поблагодарить, но я вдруг растеряла слова. Просто молчала, осмысливая то, что узнала. Спас положение кот, снова пришёл мне на помощь.

— Прекрасная новость, Лизок! Спасибо вам, Ваше Сочество. Мне уже прям не терпится взглянуть в глаза своей новой родне! Как думаешь, Лиз, я им понравлюсь? Может, стоит надеть на выход голубой бант?

Пожалуй, из нас троих только Варфалаам чувствовал себя замечательно и теперь предвкушал перемены.

Глава 25. О том, как истерики некоторых приводят к плачевным последствиям

В обратную дорогу мы отправились следующим утром, несмотря на попытки наместника хоть как-то задержать Маркуса радушным гостеприимством. Фахрад предлагал устроить бал в честь прибытия столь важных гостей, устроить смотр войска. На что Маркус ответил отказом. Состояние войск он уже видел на боевых позициях, а балы — ненужный пафос в такое нелёгкое для империи время. Война. Слишком много забот.

Целитель после обследования сказал прямо, что не видит особых проблем с моим здоровьем. Аура чистая, я — молода. Причиной всему может быть утомленность и беспокойство. Все тяготы, с которыми мне пришлось столкнуться с момента нападения врага на замок родителей, оставили след в виде мигрени. Уже немолодой и сильно уставший дракон после приёма выписал какие-то капли и на этом раскланялся.

Во дворец Рейи Велинды мы вернулись другой, более короткой дорогой, сэкономив тем самым почти целый день. Маркус после отъезда переметнулся и улетел, оставив возле кареты свою стражу для более надёжной охраны. Рэф и Вэллис следовали за нами по небу, Варфалаам переместился в карету, чем основательно подпортил настроение магу. Любая предпосылка к флирту уничтожалась котом без сожаления, что меня только радовало. В отличие от магистра. С каждым часом, приближающим дорогу к завершению, Лафей становился мрачнее.

И всё же… Внутренней лёгкости я уже не испытывала. В голове засели слова варкона, сердце противилось разлуке с наследником, хоть разумом я понимала, что так будет лучше всего. Собственно, Маркус сам делает всё, чтобы свести к минимуму наше общение.

Императорский дворец встретил нас степенной полуденной тишиной. Белоснежные стены по-прежнему отбрасывали блики на солнце так, что болело в глазах. На горизонте высилась одиноко гора, шелестели от ветра деревья. Я прислушивалась к шёпоту ветра, который тихонько рассказывал о прекрасной свободе. Что ж… Наверное, должно пройти время, чтобы за моей спиной вновь раскрылись лёгкие крылья.

Я шла в свои покои в сопровождении фамильяра и думала, что не пройдёт и нескольких дней, как это место останется в прошлом.

— Мне кажется, Лиза, ты ко мне несправедлива, — заявил Варфалаам, — почему я — твой фамильяр — должен спать в каком-то кресле в гостиной?

— Чего ты хочешь, Варфик?

— Варфик?! — кот чуть-чуть не завыл. — Ты неисправима! Варфалааша, Варфик. У тебя фантазия сдвинутой на голову ведьмы!

— Ну, хорошо, — не стала спорить с истеричным