От винта-2! Довериться дракону, обуздать императора! - Ясмина Сапфир

И… нас подхватил вихрь, мы закрутились над деревьями. Выше, выше, еще выше.

– Не бойся, я сейчас все исправлю! – крикнул Руд.

– Не надо! – взмолилась я. – Пожалуйста, только не это!

Но недоимператор оказался неумолим в своем желании причинить мне добро. Убедить Рудэя, что я еще слишком молода, чтобы испытать на себе еще раз всю спасительную мощь его магии у меня не вышло…

Он снова что-то там сделал, дернулся… Нас выкинуло из вихря так, словно нами плевался кто-то очень большой и зловредный и… швырнуло прямо в… макронту! Это гадкое растение жглось почище земной крапивы. От него все тело покрывалось волдырями на несколько дней и дико чесалось.

Я продолжала визжать, потому что ничего другого сделать уже не могла. Придушить Руда руки не дотягивались. А летели мы очень быстро и он опережал, так сказать – шел в авангарде.

Кусты макронты уже маячили перед взором. Я искренне пыталась вызывать свою магию. Но вызвала лишь страх у некоторых пролетающих мимо птиц – они от моего припадка «мельницы» рванули подальше.

Я завизжала еще сильнее, постаралась закрыть лицо руками и… вдруг очутилась на спине Лейса.

Причем хвостом он подцепил и Рудэя.

Я распласталась на золотом ящере и обтекала… во всех смыслах слова.

Недоимператор бормотал извинения, убеждал, что хотел как лучше…

И когда мы уже начали снижаться, я сказала только: «В следующий раз, когда захотите использовать магию и сделать как лучше, ваше высочество, просто шибаните себя по голове, чтобы там не рождалось даже мысли колдовать рядом со мной…»

Рудэй замолчал, начал обиженно пыхтеть. Я принялась его передразнивать. Лейс тоже начал нас изображать. Из его ноздрей повалил пар…

И вот так мы приземлились.

К недоимператору немедленно рванули его любимые полуодетые дамочки. Ну как же? Надо ведь узнать – все ли там у него цело. Да-да! Там! Остальное не так важно для восхищения женскими прелестями.

А я поспешила уйти подальше вместе с Лейсом.

«Он, конечно, дурак… и вообще проклят с этой своей магией… Но я видел как он мчался тебе на помощь. Правда… Ты небезразлична ему…У него было такое испуганное лицо… В последний раз я таким его видел только, когда лично пыхнул в него пламенем… Честно-честно! А я его еще ребенком помню!»

Не знаю почему Лейс это сказал.

«Ну да. Я ж нужна, чтобы получить трон и все этих дамочек, только в еще большем масштабе! В масштабе всей страны!» – фыркнула я.

Хотелось, чтобы дракон спорил. Начал убеждать, что это не так и мне вовсе не почудилось, будто Руд ко мне неровно дышит и даже где-то симпатизирует. Весь Руд, а не только то, на что подействовал антигистамин.

Но дракон только мотнул головой и отправился обратно на луг. Видимо, убеждать меня в планы Лейса пока не входило.

Оно и правильно. Убедить женщину в чем-то – дело гиблое.

Пока она сама себя не убедит… Ничего не выйдет, как пить дать.

Глава 31

Почему арахнов все так боятся? В природе арахны – на Земле они называются пауки – не нападают на человека без надобности. Наоборот, избегают его. Да, впрочем, как и многие другие хищники.

Потому что нормальный хищник знает – с человеком лучше дела не иметь.

Иных и есть нельзя – отравишься!

Именно! Это я рыжую ведьму имею в виду.

Это же надо иметь такой отвратный, тяжелый характер? Хуже агрианской змеехвостки!

Решила пытать меня молчанием и пренебрежением? Ей это, увы, прекрасно удавалось.

Да, да! Эти две недели стали настоящей пыткой. Я не преувеличиваю. Напротив – преуменьшаю!

Нет, первые пару дней я, на самом деле, кайфовал. Было время подумать о многом, просчитать, какие остановки впереди, и что в конкретном пункте надо узнать и сделать. О чём поговорить, что пообещать местной знати и жителям.

Всё-таки у меня была не увеселительная прогулочка по ночным заведениям. Деловая поездка. И даже если сейчас я формально не был императором, то я собирался им стать. И быть. И нужно было уже сейчас закладывать фундамент будущих отношений с нацией и народом.

Плюс к этому занятию я еще и размышлял о том, кому, собственно, не хотелось бы видеть императором меня?

С какой стороны мне «прилетело»? Все эти пророчества, проклятия, гонки на драконах? Что это? Как? Кто-то очень прицельно метит на трон? Но кто?

Еще в Аллизии, тогда на празднике седмицы я думал о том, что это мог быть Виджин.

В нём течет наша кровь, но сильно разбавленная. И вообще… Видж – слабак! И его клан – не особенно выдающийся. Если только за ними не стоит какая-то другая, неведомая, могущественная сила.

Мой разум постоянно возвращался к этой мысли, прокручивал её. Я понимал, что если получится найти ответ то, вероятно, будет намного проще противостоять всем грядущим катаклизмам.

А то, что противостоять еще придётся – я понимал.

Путешествие вроде бы только началось – а вот уже пролетели первые четыре недели. Вернее, заканчивалась четвертая. Почти треть кругосветки уже позади.

Из потерь, главная – потеря доверия Джасинды.

Никто не убит, не покалечен, все живы здоровы. Но выносить её молчание и презрение было уже невозможно.

Да, повторюсь, сначала я даже удовольствие получал. Молчит? Так молчание – золото, эта поговорка в любом мире работает.

Хочет ночевать с прислугой? Ради Единого и Аллизии! Я смогу развлечься!

Ага, три раза! – ёмкое выражение, подслушанное у Джасинды.

О каких, сто ежей мне в печень, развлечениях я думал?

Выпить аллезианского багряного в городе виноградарей? И что? Нет, оно прекрасно, и голова с утра не болит. Но багряное хорошо пить с красивой женщиной, которую потом хочется опрокинуть на пурпурные простыни и долго-долго, медленно, ласково, рассказывать и показывать то, как хорошо может быть мужчине и женщине наедине.

Мда… Багряное превращало в поэтов даже таких прожженных циников как я.

Отметить лихо очередную седмицу в городе девственниц? Да, да, и такой городок в нашей стране был. Правда, девственниц в нём явно уже не осталось. Так, одно название. Но девицы были хороши.

И я видел, каким взглядом окинула меня рыжая драконоводительница, когда толпа придворных куколок повела меня к очередному замку на пиршество и танцы.

Она была совсем не равнодушна! По крайней мере, не так, как ей хотелось казаться.

В общем, ничего у меня с