Рассвет любви - Шеннон Дрейк

— Убирайся с дороги, скотт. Иначе мы заколем тебя, как свинью.

— А потом зажарим и пошлем нашему королю! — загоготал второй.

Брендан заметил, что не знает никого из этих людей. Они носили цвета лорда Эбера, человека, которого в этих краях люто ненавидели. По его приказу несчастных фермеров согнали со всей округи на постройку мощной крепости, заставляли трудиться, как рабов. Старики мерли как мухи, но остальные в страхе за судьбу жен и детей молчали.

— Это какому же королю?

— Королю Эдуарду, грязный дикарь! — рявкнул первый.

— Но Эдуард-то ведь пока еще не король Шотландии! О, мои бедные господа, возможно ли, чтобы вы сбились с дороги? Это ведь Шотландия — не Англия!

— Ткнем мечом этого ублюдка — пусть убирается! — нетерпеливо бросил второй.

— Мечом? А я-то еще хотел сохранить вам. — жизнь! — с разочарованным видом протянул Брендан.

— Сохранить нам жизнь?! — Первый из англичан захохотал так, что забрало съехало ему на нос.

Подняв лошадь на дыбы, он одним скачком оказался рядом с Бренданом.

— Ах, сэр, вы, должно быть, не заметили там, на ветке, моего приятеля. Конечно, у всех у вас под одеждой кольчуги, но на таком расстоянии… Ага! Видите, мой друг улыбается! Кстати, для грязного дикаря он удивительно искусно стреляет из лука. Держу пари, он попадет вам прямо в глаз или в горло… а то и кольчугу продырявит насквозь в том месте, где у вас бьется сердце.

Англичанин, нахмурившись, поднял глаза вверх. На него с усмешкой смотрел с дерева Гарт.

— Бросай оружие, идиот! — прорычал англичанин. — У нас тут отряд из двенадцати вооруженных людей! Только попробуй выстрелить — и тебя в клочья раздерут!

— Охотно. Если вы оставите нам свои повозки, — любезно согласился Брендан.

— Мерзавцы!

— Бог с вами, сэр! Вас ведь оставят в живых!

— Мы разделаем вас, как свиней!

Он ударил коня шпорами, и в тот же миг в воздухе пропела стрела. Англичанин схватился за горло, пытаясь вырвать острое жало, и захрипел. Воспользовавшись минутным замешательством, Брендан, обнажив меч, сшиб с коня другого англичанина, и острие меча так же быстро и безошибочно нашло единственное уязвимое место в его броне.

На шум подоспели остальные воины. Гарт снова натянул тетиву. Коллум и все остальные, издавая дикие крики, посыпались с деревьев, и через несколько минут от английского отряда уцелело лишь пятеро.

Брендан велел Коллуму и де Лонгвилю подогнать повозки и проверить, что в них, а сам вместе с остальными занялся пленниками.

— Может, отпустим их? — спросил он, обращаясь к Эрику.

— Но они ведь отказались сдаться.

— Это Норвуд отказался, а вовсе не я! — завопил вдруг один из пленных англичан.

— К тому же они обозвали нас грязными дикарями! — напомнил Эрик.

— К тебе это не относится. Ты ведь почти что норвежец.

— Почти что норвежец? Ну извини! Такого оскорбления…

— Я вовсе не хотел обидеть тебя, кузен. Просто хотел сказать, что ты отнюдь не такой дикарь, как чистокровный шотландец вроде меня.

— Брендан, о каких чистокровных шотландцах ты говоришь? И это после того, как здесь столько лет хозяйничали викинги?

— Да, они смешали нашу кровь с кровью берсеркеров, древнескандинавских воинов, и научили нас кромсать пленников. — Подняв меч, он свирепо повернулся к лежавшим на траве англичанам.

Один из них с трудом поднялся на ноги.

— Подождите, умоляю! Мы были в арьергарде и просто не слышали, как вы приказывали сдаться!

Брендан окинул взглядом говорившего. Совсем юный, почти мальчик, с едва пробивающимися усиками, он бесстрашно смотрел им в глаза, стараясь не дрожать. Юноша мужественно ждал решения своей судьбы. И только зоркий глаз Брендана заметил, как у него на шее пульсирует жилка.

— Не забудьте забрать английские доспехи, — напомнил Эрик.

— Я уже и так с ног до головы перемазался кровью, — буркнул Лайам.

— Слушайте, у этих парней неплохие мечи, — заметил Эрик.

— Мы уже забрали их мечи, — отрезал Брендан. — Но я согласен с тобой — куда приятнее снимать доспехи с живых, нежели с трупов.

При этих словах англичане принялись поспешно стягивать с себя кольчуги.

— Вот это дело! — обрадовался Эрик. — Только вот мне до смерти охота спалить их дурацкие туники с гербами этого мерзавца Эбера!

— Прямо как есть, на них? Или снимать будем? — лениво осведомился Брендан.

— Прошу вас, пожалуйста! — взмолился юноша, вдруг заговорив по-гэльски.

Брендан с Эриком в изумлении уставились на него.

— А что, неплохое произношение у мальца! — одобрительно хмыкнул Брендан.

— У меня мать была шотландка, — чуть слышно прошептал парнишка.

— Так ты говоришь по-гэльски? — спросил Брендан.

— Да, — он умоляюще взглянул на Эрика, — и по-норвежски тоже. Моя мать была родом с Ионы.

— И ты, парень, при таком происхождении носишь цвета английских мясников?! — поразился Эрик.

— Мой отец был англичанином, — объяснил юноша.

— Жаль, — пожал плечами Эрик.

— Да уж, тебе куда лучше было бы уйти с нами в лес.

— Не убивайте меня, и я клянусь, что буду служить вам верой и правдой! — взмолился юноша.

— Как тебя зовут, парень? — спросил Брендан.

— Грегори, сэр.

— Грегори… видишь ли, мы никого не собираемся убивать. Нам противно пачкать руки кровью. Однако они носят цвета, которые нам ненавистны. Хотят остаться в живых — пусть скинут свои плащи.

— Но у нас под ними нет ничего, кроме льняных рубах да рейтуз… — робко заикнулся один из пленных.

— Хорошие рейтузы, — одобрительно кивнул Эрик.

— Ага, как раз для меня, — со вздохом заявил Лайам.

— Но, добрый сэр, неужто вы оставите нас нагишом?..

— Англичане, да еще голые, и притом в лесу! — мечтательно прищелкнул языком Лайам.

— Ох, беда будет, коли на них наткнется жена какого-нибудь рыбака, да еще, не дай Бог, с разделочным ножом! Как пить дать рассердится, и тогда эти парни кой-чего недосчитаются! — добавил, покачав головой, Эрик.

— Ничего, зато это отобьет у них охоту грабить наши фермы! — угрюмо отрезал Брендан.

— Сэр, — робко прервал его Грегори, — позвольте напомнить, что весна тут у вас, в Шотландии, не то что у нас, в Англии. Оставив их нагишом, вы так же верно обречете их на смерть, как если бы вы своей рукой перерезали им горло!

Эрик вопросительно взглянул на Брендана. Тот пожал плечами.