Разоблачение Атлантиды - Алисия Дэй

Грейс подождала, пока стихнут звуки его шагов, а затем испустила стон, который, казалось, она сдерживала в себе уже много часов. Она осторожно сползла со стола, прижимая к ране влажное полотенце. Ей было страшно смотреть вниз на разодранный бок. Всё время, пока Алексиос занимался раной, Грейс не сводила с него глаз, словно заворожённая сочетанием ярости и заботы на его лице. Этот свирепый воин так чутко и внимательно с ней обращался, что Грейс едва не расплакалась от нежности.

Но сейчас надо «мужаться». Или что там в аналогичной ситуации должны делать женщины. Пришло время набраться храбрости и посмотреть на рану. Ей уже случалось испытать на себе когти оборотней. Тогда что-то в её наследии помогало ей исцеляться быстрее и лучше. До сих пор на её коже почти не было шрамов. Но в этот раз под рёбра будто паяльную лампу подложили, и что-то подсказывало Грейс, что это плохой признак.

Она снова открыла кран с горячей водой и, наконец, приподняла окровавленное полотенце, вздрагивая от того, что пришлось отрывать прилипшую к краям раны ткань. Чёрт побери! Дело плохо. Хотя нет, плохо — это ещё слишком мягко сказано.

Просто царапина. Так она сказала Мишель. Настолько глубокая царапина на правом боку, что когти достали до рёбер и прошлись по кости. Края рваные, значит, кожа никогда не заживет как надо. Что ж, у неё появятся первые шрамы. И какие! Прекрасно! Как раз когда есть кому показаться обнажённой.

Это неожиданно проснувшееся тщеславие было так неуместно, что Грейс рассмеялась над собой. Смеялась она нервно и пискляво, едва ли не истерично. Нет, она ни за что не поддастся этому чувству. Надо сосредоточиться.

Она подняла левую руку, чтобы дотянуться до полки с аптечкой. Немного неуклюже повозившись с замком, Грейс всё-таки удалось её открыть. О бешенстве, конечно, можно не беспокоиться, но про инфекцию забывать не стоит. Грейс достала огромную коробку «Неоспорина» и вынула из неё тюбик. Выдавив на пальцы большую порцию мази, она глубоко вздохнула и задержала дыхание, после чего плавными движениями нанесла вещество на рваные, чистые края раны.

Хотя в комнате и было холодно, на лице Грейс выступил пот. Даже такое нежное прикосновение вызвало жуткую боль. На минуту комната перед её глазами закружилась. Грейс схватилась за край стола и подождала, пока головокружение пройдёт. Какой же из неё командир, если она падает в обморок от малейшей царапины.

Она положила тюбик обратно в аптечку и вымыла руки. Промокшая футболка вдруг показалась такой холодной и противной, что Грейс не могла больше терпеть её на своей коже. Она сняла рваную ткань с плеч и рук, скатала в комок и выбросила её в мусорную корзину, где уже лежали окровавленные полотенца. На мгновение она застыла, поражённая возникшим контрастом: ярко алая от крови одежда на фоне ослепительно белого пластикового пакета для мусора.

Кровь в мусорной корзине. Её кровь в мусорной корзине. Это не правильно. Кровь — это жизнь, а жизнь не может быть мусором. И тела погибших не должны лежать во внутреннем дворе среди хлама и разрушений.

Как она могла даже подумать, что справится сама? Она не должна командовать. Этим должен заниматься Сэм. Или Алексиос. Вот только он скоро уйдёт от них. Вернётся в Атлантиду. Покинет их. Оставит её.

Она снова будет одна. Навсегда.

Шум в коридоре прервал приступ жалости к себе. Как она может распускать нюни и думать об одиночестве, когда её неудача привела к смерти двух человек.

Внезапно Грейс осознала, что стоит посреди кухни без оружия и полуобнажённая. Отличная мишень! Она нажала замок на дне аптечки, и ящик — одно из секретных приспособлений Квинн — открылся. В нём лежал элегантный миниатюрный пистолет. Двадцать второй калибр — не самое грозное оружие, но вблизи он смертельно опасен и может ей хорошо послужить. Грейс огляделась и решила укрыться за столом. Она положила руки на столешницу для устойчивости и направила пистолет в дверной проём.

— Это я, Алексиос, — послышался голос из коридора. — Всё чисто, но у нас гости.

Грейс встала из-за стола и опустила пистолет, но не расслабилась.

— Что за гости? Сколько их? Надо ли сообщить паранормальным оперативникам?

Он остановился в дверном проёме, так что свет из коридора превратил его волосы в сияющую огненную корону.

— Не стреляй, — он кивнул на пистолет в её руке, — Извини, что сразу не пояснил. На этот раз хорошие ребята. Некто по имени Тайни. Он сказал, его послал Сэм.