Глупышка - Вера Окишева

Босс усмехнулся и, чтобы спрятать свое веселье, отвернулся к окну. Куда мы ехали, я не знала, но судя по дороге – домой.

– Я же говорю, ты не из этого мира.

– Почему вы так говорите? Я обычная, – возмутилась я в ответ.

Но начальник так не считал, он молча смотрел в окно на сгущающиеся сумерки.

– Поужинаем? – вдруг предложил он, но я отказалась.

– Мне еще надо придумать, что сделать с прической, – объяснила я свой отказ.

– Завтра я заеду за тобой в три и отвезу в салон. Так что лучше выспись хорошенько и не думай о глупостях, – посоветовал мне начальник.

* * *

Когда я все рассказала Юле, она лишь качала головой и с трепетом гладила рукой платье. Мы обосновались в моей комнате, предварительно объяснив маме, откуда пакеты и что в них. Лгать ей я не могла, поэтому это делала Юля, с упоением заливаясь про некую подружку Веронику, у которой богатые родители, и она все это одолжила на время сходить завтра на корпоратив. Я же локтем перекрестилась, узнав, что баба Таня никому не говорила, на какой машине я сегодня каталась. Также мама рассказала, что она наговорила Большому Боссу: просто объяснила, что дочь на работе, а телефон забыла. Просила передать мне, чтобы я не волновалась.

– Ну хорошо, что еще эротичное белье тебе не купил под такое платье, – со смешком заявила подруга, а я от изумления открыла рот.

– Зачем? – спросила я, а затем поняла. – Юля, он не такой!

– Ой глупая. Такой не такой, а мужикам всем нужен секс. Если секс не нужен, то все – списывай такого со счетов. Таким вообще ничего не надо, а от женщин и подавно.

– Юля, ну почему ты такая злая. А как же любовь, отношения. Я не верю, что всем мужчинам нужен лишь секс.

– Секс – первопричина всего. Именно он движет мужчинами. Секс, секс и еще раз секс. Они любую женщину рассматривают с позиции секса: какая задница и прочие прелести.

– Фу, как противно, – я передернула плечами. – Большой Босс точно думает только о работе, а не о сексе. Он от телефона не отрывается.

Юлька рассмеялась, затем махнула рукой и сменила тему.

– Можно я примерю?

Я благосклонно кивнула. Когда она еще такое шикарное платье увидит.

– А это точно «Дольче и Габбана», не подделка?

– Юля, мы в фирменном магазине были, там только коллекции «Дольче и Габбана».

– Шикарное, – с придыханием похвалила она платье и стала резко раздеваться, стягивая с себя футболку и шорты.

Размер у нас с ней практически один, поэтому и платье ей подошло. Юля попросила застегнуть, потом долго вертелась перед зеркалом, пища от восторга.

Я сидела и смотрела на нее, думая о Боссе. Он показался мне таким одиноким тогда, в машине. Тоскливый взгляд в окно, пустой голос. Неужели у него нет никого, кого бы он мог привести с собой на корпоратив, чтобы чувствовать себя уютно.

– Людка, а если он не хочет, чтобы ты ему платье отдавала, его же можно вернуть в магазин, а деньги забрать себе.

Я выпучила глаза и постучала пальцем по виску.

– Совсем сбрендила. Деньги возвращаются на карту, с которой была сделана покупка. Никто тебе наличными не даст.

– Вот облом, – обиженно шепнула она и встала ко мне спиной, прося расстегнуть. – А так бы столько денег. У него их, смотрю, куры не клюют.

– Знаешь, Юля, куры есть и деньги есть, а не клюют, потому что он им не дает до них добраться. У него знаешь как все строго, сплошная подотчетность. Я видела, как один менеджер потерял чек на две тысячи и трясся от страха так, словно его убьют за это. Умолял главного бухгалтера помочь.

Я расстегнула молнию платья и, придерживая подол, помогла Юле выбраться из него. Подруга взяла с кровати футболку и нетерпеливо спросила:

– Ну и? Помогла?

Я расстроенно покачала головой.

– Сказала, что если не найдет, то через два дня может считать, что зарплату получил раньше.

– Сурово у вас там, прямо как в армии.

– Да уж. Он нашел чек, через день принес.

Я уложила платье в коробку, прикрыла бумагой и закрыла крышкой.

– Так что я обязательно все верну, а деньги ему на карту перечислят.

– А цацки? – указала подруга на черную бархатную коробочку из ювелирного.

Я пожала плечами.

– Оставляй себе. Дашь мне поносить.

Я усмехнулась, узнавая в этих словах подругу. Мы еще долго обсуждали, что я надену завтра. Юлька сбегала и принесла свое черное манто. Пусть из искусственного меха, зато лучше, чем моя красная куртка. Лишь в одиннадцать Юля вернулась в свою квартиру, а я забралась под одеяло.

Немного подумав, достала смартфон и отправила привычную эсэмэску – сообщение с пожеланием спокойной ночи, а также поблагодарила за отличный день. Даже если отбросить все неприятности, день и вправду выдался отличным, несмотря на то, что ноги гудели от усталости. Только после этого я убрала смартфон под подушку и моментально уснула.

* * *

Без десяти три следующего дня Дмитрий стоял возле подъезда Люды и поглядывал на рыжего кота, который сидел на скамейке и деловито вылизывал задние лапы, при этом подозрительно косясь на Негласного. Кот был большой, матерый, весь в шрамах, одно ухо порвано, но при этом Дмитрию казалось, что кошачьи янтарные глаза на него смотрят по-королевски снисходительно. В который раз мужчина поймал себя на мысли, что приезжая в этот двор, он окунался в другой, давно забытый мир. Обычный жилой дом советских времен навевал брезгливость своей серостью, обветшавшим фасадом. Пестрая детская площадка никак не вписывалась в заснеженный зимний пейзаж. Три женщины сидели на скамейке, наблюдая за Дмитрием, а не за собственными чадами, копающимися в песочнице. Никаких клумб, декоративных живых ограждений. Но тем не менее здесь все было теплым, уютным, далеким и уже чужим.

Дверь подъезда скрипнула, отвлекая мужчину от грустных мыслей, и наконец появилась Люда в черном манто, с накинутым на голову капюшоном, придерживающая подол платья и… в ботинках!

Дмитрий не поверил своим глазам и моргнул, но мыски светло-рыжих зимних ботинок на толстой подошве, в которых обычно ходила Люда, из-под подола платья никуда не делись. Сумка, перекинутая через плечо, разбухла, скорее всего, от туфель. Негласный прикрыл рукой рот и отвернулся, не в силах сдержать смех. Он целый день ломал вчера голову, в каком наряде Люда чувствовала бы себя комфортно среди моделей и главных редакторов модных журналов. Хотел сделать из нее элегантную леди в стиле Шанель. Что может быть очаровательнее женщины в маленьком черном платье? Так нет. Ошибся с цветом. Ее постное лицо портило весь замысел. И тогда Дмитрий вспомнил, какие она цвета предпочитает, даже залез в интернет посмотреть последние веяния моды и натолкнулся на пеструю коллекцию. И вроде не ошибся, нашел компромисс, чтобы Люда соответствовала ему и они смотрелись вполне гармонично. Вот только девушка осталась верна себе. Барышня-крестьянка.