Глупышка - Вера Окишева

– О, вам для вечера? – обрадовалась продавец и упорхнула, попросив ее немного подождать.

Я с любовью поглаживала розы на подоле белого платья и недовольно поглядывала на начальника. Мужчины. Что они понимают в красоте? Да я бы в таком платье и под венец пошла. Оно было как раз средней длины и прилично скрывало коленки.

Но мои грустные мысли и обида на директора были развеяны появлением продавца, которая несла очередное чудо. Черное длинное платье с белыми и алыми розами! Подол был пышный, рукава шифоновые, длинные, ворот под горлышко и атласный пояс. Я даже хотела похлопать в ладоши от восторга, но смутилась и просто прижала руки к груди.

Когда я, придерживая подол, вышла из примерочной, то с удовлетворением увидела одобрительный кивок начальника. Я чувствовала себя принцессой викторианской эпохи. Мне не хватало лишь короны. Я осторожно покружилась, чтобы не подметать пол подолом, и подмигнула начальнику.

– Ну как? Подойдет?

– У нас есть из такой же ткани, но облегающее, – зачем-то сказала продавец. Я от расстройства прикрыла глаза, когда Дмитрий Анатольевич сказал: «Несите».

– Я это хочу, – капризно шепнула я в ответ.

– Я вижу, – ровным голосом ответил Босс, а я не сумела уловить, какие эмоции он при этом испытывал. Ободрение или нет?

Я вернулась в примерочную, так как продавец принесла мне другое платье, и тут мне в глаза бросился ценник. Мне стало стыдно за себя, даже уши покраснели. Да мне столько за три года не заработать, а я тут стою и капризничаю. Зачем начальник меня вообще сюда привел?

Я с трепетом сняла с себя шедевр кутюрье и надела платье поскромнее, той же длины, с теми же белыми и красными розами, только рукава были не из шифона, а из ткани.

Когда я вышла к начальнику, тот опять нахмурился. Я разочарованно выдохнула. Ну что опять не так?

– Это.

Мы с продавцом переглянулись, и я в очередной раз повернулась к зеркалу. Платье было элегантным, ярким, но без пояса и эффектно облегало мои бедра. За моей спиной встал Большой Босс – как обычно, он был в деловом костюме, и я засмотрелась на нас. Да, это платье идеально подходило под его стиль. Строгость, выдержанность, элегантность. Но в том-то и дело, что платье подходило, а я нет. Дмитрий Анатольевич собрал мои волосы в хвост, а затем аккуратно перекинул их на одно плечо. Он оглядел меня с удовольствием, смешанным с чем-то еще, собственническим и пугающим. Я опустила глаза, пытаясь скрыть румянец, от смущения заливший мое лицо. Рядом с ним должна стоять модель, а никак не я, коротышка, ниже его на целую голову. Да и подол платья немного волочился по полу, так как мне не хватало роста. Но, видимо, это заботило лишь меня, поскольку Большой Босс легонько подтолкнул меня к примерочной со словами:

– Переодевайся, нам еще обувь надо тебе купить.

Я кивнула, подчиняясь. Спорить не было сил. Уже настало время обеда, а я все никак не решалась спросить – будем мы есть или нет? В принципе, я могла пообедать и в салоне машины, но решила, что это неприлично.

Выйдя из примерочной, я залюбовалась Больший Боссом, стоящим с фирменным пакетом в руках, в котором угадывались очертания коробки. Я тепло попрощалась с продавцом. Девушка мне понравилась – благодушная и очень милая.

На улице я осмотрелась, пытаясь угадать, куда мы теперь направимся. Но Дмитрий Анатольевич приказал сесть в машину. Ему кто-то позвонил, и он, молча выслушав собеседника, ответил: «Ясно» и отключился.

– Я отвлекаю от работы? – с затаенной надеждой спросила я, но ответ меня не порадовал.

– Сам справится, – сказал как отрезал мой босс, устраиваясь рядом на заднем сиденье. Коробку с платьем водитель убрал в багажник, и только затем мы тронулись с места.

– А мы заедем пообедать? Или, может, прямо здесь? Я с собой взяла, – заискивающе спросила я и продемонстрировала пакет, который все время поджидал нас в машине.

– А что там? – проявил интерес Дмитрий Анатольевич, разворачиваясь ко мне всем корпусом.

– У папы вчера была ностальгия по армии, и он попросил приготовить ему плов. Мама его делает обычным, не как на юге, и папа вечно критикует. Так что мама вчера обиделась, и папа остался без плова, а мне приходится его есть.

Большой Босс усмехнулся, а я открыла крышку бокса и протянула вилку.

– Суровая у тебя мама, – восхитился начальник.

Я улыбнулась и решила оправдать ее:

– Просто она не любит, когда критикуют ее стряпню. И папа об этом прекрасно осведомлен, но как придет из рейса, всегда вредничает, а мама обижается.

Дмитрий Анатольевич так напряженно меня слушал, что мне стало неудобно.

– Но вы не переживайте, они уже вечером помирились. Вот только мама все равно ему плов не дала, сварила магазинные пельмени, чтобы не бубнил.

Я не удержалась и рассмеялась, вспоминая огорченное лицо папы, когда он ворчал, что его Натусик совсем по нему не скучала, раз даже накормить нормальной едой отказалась. Я, конечно, не лезу в их разборки, но отца пожурила. Мама скучала, и сильно, а он вот так с ней обошелся, и ладно бы в первый раз, ведь знает, что мама выкинет в ответ на его критику, но упорно выражает недовольство и, как следствие, остается на ночь голодным. Воспитание – дело принципа и выдержки, именно так вещала мне мамуля, отдавая контейнер с пловом, а заодно запрещая без спроса кормить отца.

Дмитрий Анатольевич оценил шутку, улыбнулся, но его отвлек смартфон. Он достал его, а затем демонстративно открыл рот, намекая на то, что я обязана его покормить, пока он будет строчить сообщение.

Я вздохнула. Как дите малое! Приказывает, капризничает и, кажется, даже не замечает, что ведет себя по-детски. Я аккуратно подцепила рис, желтый от куркумы, и протянула вилку Дмитрию Анатольевичу. Машину практически не трясло, поэтому мы даже не насорили. Начальник ел с удовольствием, вот только не отвлекался от гаджета, на котором что-то собранно читал. Так я скормила ему половину бокса, когда он приказал доесть самой. Я была рада подкрепиться, а то с этими магазинами никакого режима. Все съесть не успела, мы прибыли к очередному торговому центру. На этот раз мы остановились возле Красной площади, по которой пришлось прогуляться, чтобы зайти в ГУМ. Дмитрий Анатольевич, чтобы не потерять меня в толпе, подхватил под локоть и целенаправленно повел по золотому холлу прямо в бутик «Балдинини». Я оставила Большого Босса общаться с продавцами, которым он давал инструкции, сама же пробежалась вдоль стеллажей, рассматривая божественной красоты туфли. Некоторые даже решила подержать в руке. Я рассеянно ответила девушке, какой у меня размер, лишь бы меня не трогали. Я находилась в эйфории. Какая женщина не любит красивые туфли! Мне кажется, любая, особенно после сериала «Секс в большом городе», где туфли возвели в ранг женского божества стиля. И вот я вошла в храм этого божества. Такие модели я видела только на обложках журналов и в витринах магазинов, а вот потрогать не доводилось.