Обновленная любовь - Дианна Тэлкот

— Ты до сих пор не поняла, что и я «ценю» тебя больше всего на свете? Ох, Кэти, Кэти! Я уже устал разбрасывать мячи и тарелки по твоему двору, лишь бы мельком увидеть тебя, когда ты принесешь их ко мне.

— Так-так. Значит, ты это устраиваешь специально?

— Конечно. — Он прислонился к двери гаража. — Вчера я даже вытащил письмо из твоего почтового ящика, чтобы иметь возможность принести его самому. Черт возьми, Кэт, этому надо положить конец, иначе тебе придется подать на меня в суд за кражу переписки или что-нибудь подобное. Мне неприятно думать, что ты засадишь меня в тюрьму.

Не сдержавшись, она расхохоталась.

— Находчивый мошенник! Вот почему ты принес мне крючок для задней калитки. И наверняка не было никакой нужды приглядывать вчера за твоими щенками, так ведь?

— Угу.

— И я напрасно ругала почтальона за то, что он опять все перепутал и отнес мои газеты к тебе? В третий раз за последнюю неделю!

— Подумаешь, отругала. Он получил за это десять баксов.

— Какой же ты мальчишка!

— Я делал это только потому, что не могу без тебя. — Таннер заглянул ей в лицо, надеясь вызвать нужный отклик. — Мне необходимо видеть твою улыбку. Со мной черт знает что творится, стоит только вспомнить твои поцелуи. И моя постель без тебя — просто жесткий матрас.

— Нет, Таннер, мы не можем… — Она отвернулась, решив немедленно забыть его слова. Невыносимо, сколько нежности он вложил в них. И желания.

— Подожди, Кэтрин. — Он взял ее за локоть. — Я хочу сказать тебе, что многое могу и готов изменить в себе. Но есть и то, против чего я бессилен. И это останется неизменным, хочу я того или нет.

Ее охватило отчаяние. Он с легкостью разметал все ее доводы и нейтрализовал единственный способ, которым она могла защитить себя.

— Послушай, Таннер. Дело ведь не в мотоцикле, не в мотосанях и даже не в бассейне. Все это лишь хобби той личности, которую я люблю. — Она ахнула, на секунду умолкнув и возненавидев свой болтливый язык. Но она обязана сказать ему всю правду и заставить понять себя. — Ты уже тысячу раз доказал, какой ты замечательный друг и человек. Ты думаешь, я не знаю, что ты спас жизнь Майклу? Домчал его в больницу, поставил на ноги всех врачей. Ты так же переживал за него, как и я. И я бесконечно благодарна тебе за это.

— Тогда, может быть, забудем про все наши разногласия?

— Нет. — Она коснулась его лица, провела по нему рукой, словно запоминая дорогие черты лица. — Мне нужна стабильность в жизни. Мне хочется постоянства. А ты не можешь дать мне этого.

Он легонько свистнул сквозь зубы и дурашливо пробасил:

— Пусть вы и доверяете мне, леди, но явно недооцениваете.

Что-то заставило ее кокетливо произнести на манер Скарлетт О'Хара:

— Нет, Таннер Пирс, Я знаю, что ты способен на все, что угодно.

— Так вот, солнышко. Главное, на что я способен, это любить тебя. — Он помолчал, с удовольствием наблюдая, как округлились ее глаза. — Я люблю тебя, Кэт. И знаю, что потеряю, если ты решишь исчезнуть из моей жизни. И не допущу этого.

Волна счастья окатила ее. Она так долго ждала этих слов.

Неужели дождалась?

Их руки сплелись мгновенно, а сами они полностью растворились в поцелуях, в их сладкой и многообещающей страстности.

— Я не исчезну, — прошептала она, отрываясь от него. — Теперь, когда я знаю, что ты любишь меня, я сама тебя никуда не отпущу.

— Я и не собираюсь уходить. Более того, я знаю, как справиться с одним из наших разногласий прямо сейчас. Убери ее оттуда.

— Что убрать?

— Ту бумажку, что наклеена у тебя на бампере.

Наклейка "Нет любому оружию!" так долго находилась на ее машине, что она уж и думать про нее забыла.

— Думаешь, она отклеится? Придется, наверное, продать машину… — задумчиво сказала Кэтрин.

— Что-о? Только попробуй! Я перебрал ее по винтику, заменил почти все детали, радиатор… — Он прошел в конец гаража и достал с полки две пластиковые ленты. Вручил ей одну, вызывающе усмехнувшись. — Если ты согласна, то я тем более.

Кэтрин прочитала, что написано на новой наклейке, и душа ее запела.

— Ох, Таннер, — выдохнула она, — ты никогда ничего не делаешь по правилам, да?

Мелодраматично встав на одно колено, он стиснул ее руку.

— Может, ты предпочитаешь вот такой стиль?

— Нет, конечно. — Она потянула его вверх. — Немедленно поднимись. Встань рядом со мной.

— Я собираюсь провести рядом с тобой весь остаток жизни.

Кэтрин все любовалась наклейкой, объявлявшей о его намерениях. «Молодожены».

— Когда она, кстати, нам понадобится?

— Сегодня, завтра, на следующей неделе. — Он пожал плечами, как будто это не имело значения. — Но только я не могу ждать вечно, Кэти. Я слишком хочу тебя.

— Но такие вещи требуется планировать.

В его глазах запрыгали веселые чертики.

— Неужели тебе никогда не хотелось сделать что-нибудь под влиянием минуты, настроения?!

Она выгнула бровь.

— Только с тобой.

Таннер расхохотался и обнял ее.

— Есть несколько условий, которые автоматически связаны с нашим решением.

— Серьезно? И какие же?

— Ты прекращаешь гробить себя с этой кучей детишек.

— Но… я не могу сделать этого. Этим я зарабатываю на жизнь.

— О'кей! Поищем компромисс. В обмен на то, что ты будешь печатать все мои бумаги, я позволю тебе держать полный дом детей. — Он задумчиво покусал губу. — А как тебе вот это предложение: ты оставляешь себе Хилари и близнецов, и я молча терплю это, а? Но только какое-то время.

— Хилари? Мисс Громкие Вопли?

— Ну-у, знаешь, в этой девчушке есть что-то этакое…

Кэтрин засмеялась:

— Отпадает нужда в будильнике, да?

— Наверное, мне импонирует то, как она дрыгает ножками и пылко обнимает папочку по утрам.

— О, так тебе нравятся вешающиеся на шею женщины?

— Некоторые очень нравятся.

Руки Кэтрин немедленно обвились вокруг него, и она прижалась лицом к его груди. Он уткнулся носом в ее пушистые волосы.

— Вот-вот, ты на правильном пути. Еще немного практики…

Она шутливо ущипнула его.

— Ладно, договорились. Но помни, что согласилась я только из-за комплимента.

— А я почему-то подумал, что из-за возможности держать полный дом детишек.

Таннер внезапно оставил шутливый тон.